- Обними меня, - шепнула Зена, впиваясь губами в шею Габриэль и начиная двигаться. Габриэль послушно обвила руками ее напряженные плечи, слушая, как учащается ее дыхание, чувствуя, как становятся сильнее и быстрее толчки бедра, расположившегося между ее ног, и не знала, что ей делать: отдаться на милость нарастающей волне наслаждения, которое испытывало ее тело несмотря на сопротивление разума, или же продолжать бороться. Она закрыла глаза.
Она видела туман на лице моря, серый рассвет, поднимающийся над ровными водами, слышала зов бегущего прилива и песню ветра, что как отточенный нож. Видела белый парус далекого корабля, ощущала свежесть воздуха и вкус соленой воды на губах. Это были воспоминания, ее воспоминания, не из этой жизни, а из другой, которая кончилась много веков назад.
Требовательные губы Зены сомкнулись на ее левой груди, дразня языком чувствительную плоть, и они вознеслись над землей, наверх, к звездам, изумительным, неправдоподобным, застывшим на небе сверкающими россыпями росы после ночного дождя. Бездонные глаза Зены вновь поманили Габриэль к себе. Она видела расцвет и падение империй, войны, унесшие жизни миллионов, бури, землетрясения, бесконечные рассветы и закаты. Она уже обессилела от нескончаемой смены этих видений и готова была просто рухнуть в пропасть глаз Зены, чтобы забыться, но Зена продолжала удерживать ее. Габриэль видела, как умирает старый мир и рождается новый: под звуки снега, скрипящего под ногами медленно бредущих солдат, в морозном воздухе, вырывающемся из уст распятых на крестах людей... Кресты?!
Руки Зены конвульсивно сжали бедра девушки, прижимая ее еще крепче к мускулистому телу. Габриэль хотела взмолиться о снисхождении, не в силах более выносить происходящего, и тут все кончилось, лишь горькое слово "прощай" эхом витало в тишине. Спрятав голову на груди Зены, Габриэль почувствовала, как женщина толкнулась по направлению к ней еще несколько раз, потом выгнулась, запрокидывая голову, и низкое глухое рычание в совокупности с мгновенно задрожавшим телом подсказало Габриэль, что Зена получила облегчение. Она притянула ее к себе, и Зена зарылась лицом в ее волосы, прижимаясь задыхающимися губами к ее шее. Они пробыли так какое-то время, не шевелясь и не размыкая объятия. Габриэль чувствовала одиночество Зены и сама была одинока; одинока, как никогда прежде. Ее сердце плакало, а его слезы превращались в сотни и тысячи капелек, которые, кружась, падали с небес на спящую землю... За окном начинался дождь.
- Боже, прости меня, - прошептала Зена, когда вновь смогла говорить. - Я не хотела, чтобы наш первый раз получился таким. Не знаю, что на меня нашло. Прости...
Она подняла голову и увидела слезы в изумрудных глазах.
- Я сделала тебе больно? - срывающимся от злости к себе голосом спросила Зена. Габриэль всхлипнула и обняла ее.
- Отнеси меня на кровать.
Зена выполнила ее просьбу. Очутившись на постели, девушка с плачем прижалась к ней.
- Я чувствовала, что ты уходишь от меня, - прошептала она, слыша, как размеренно стучит сердце под ее ухом. - Уходишь далеко, туда, где нет ни мрака, ни света, только серый туман. Я зову тебя обратно, но ты не возвращаешься. И я иду за тобой, потому что знаю, что однажды ты не откликнешься и не вернешься назад..
Зена судорожно вздохнула, крепче обнимая Габриэль.
- Мне часто снится один сон, - она закрыла глаза. - Я вижу комнату, и себя в ней, и серые земли за дверью. И неясные тени что-то нашептывают мне на ухо. Я хочу пойти вперед и не могу, но и назад пути нет. Так я и стою на пороге, боясь двинуться, ибо любой шаг будет означать дорогу, по которой мне предстоит идти.
Следующие несколько минут прошли в молчании, сквозь которое пробивалось лишь потрескивание догорающего пламени в камине. И вдруг Габриэль вскинула голову.
- Мы пойдем вместе по той дороге, которую ты выберешь. Я никогда не оставлю тебя, Зена! Слышишь, никогда! Я всегда буду ждать тебя, что бы ни случилось!
"Наверно, это и есть счастье, - Зена пристально вгляделась в скрытое полумраком дорогое лицо, - когда, возвращаясь, ты знаешь, что кто-то ждет тебя..."
Она робко потянулась к девушке.
"Наверное, это и есть счастье, - подумала Габриэль,- знать, что есть кто-то, чьего возвращения ты всегда будешь ждать."
Она заглянула в голубые глаза.
- Сделай меня своей...
* * * * *
Габриэль только вздрогнула, когда обнаженное тело Зены прижалось к ней. Для нее все смешалось в единый водоворот, центром которого была ее возлюбленная. Габриэль могла лишь обнимать ее, теряя себя в жарких поцелуях и страстных ласках. Руки Зены ласкали талию девушки.
- Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Просто обними меня...
Габриэль так и сделала и робко заглянула в потемневшие голубые глаза. Сначала, едва касаясь, она провела пальцами по плечам Зены, изучая мускулы, еле заметные шрамы от давно заживших ран, напомнившие ей о том, какую жизнь ведет Зена, потом по подбородку. Ей стало не по себе от заметного внутреннего напряжения Зены, от огня, горящего у нее в глазах, и Габриэль отвела взгляд, закусив нижнюю губу.
- Все еще смущаешься? - прошептала Зена.
- Нет, просто... Я не могу перестать дрожать.
- Боже, как ты прекрасна, - Зена зарылась лицом в золотистые волосы Габриэль, согревая ее щеку своим дыханием. - Я хотела держать тебя вот так с первой минуты, когда увидела... Не бойся... Я никогда не обижу тебя. Разве ты не хочешь прикоснуться ко мне?
Габриэль осторожно повела руками вниз по спине Зены, чувствуя гладкие мускулы, напрягающиеся и расслабляющиеся под ее ладонями. Она слышала, как тяжело дышит Зена, отзываясь на ее прикосновения, ощущала, как двигаются бедра, стремясь прижаться к ней еще ближе.
Зена приподнялась.
- Я буду твоей первой, - прошептала она, накрывая ладонью левую грудь девушки. Габриэль не совсем поняла, о чем речь, но ей было очень сложно думать в этот момент, поэтому она просто кивнула. Зена глубоко вздохнула, пытаясь хоть немного успокоить себя и думая о том, как долго она мечтала быть вот так с Габриэль: обнимать ее, целовать и просто смотреть, как загораются эти глаза невероятно зеленым светом.
- Я верю тебе, - девушка крепче обхватила широкие плечи.
- Все будет хорошо, - хрипло прошептала Зена, опуская руку.
Габриэль, замерев, ждала того неизбежного и желанного, чего жаждали все клеточки ее тела, и что она неосознанно стремилась отдалить, ведь все, даже самое прекрасное, неизбежно кончается. Она тихо вскрикнула, и Зена склонилась, ловя губами ее стон.
