Получилось, что 14-я армия, имея достаточно сил для отражения удара противника на Мурманском направлении, расположила их в настолько невыгодной в оперативном и тактическом отношениях конфигурации, что немцы изначально получали преимущество, для сохранения которого им достаточно было просто не распылять имевшиеся у них силы.
Противник не имел преимущества ни в танках, ни в артиллерии, более того, отсутствие дорог, примыкающих к предполагаемому театру военных действий с финской территории, затрудняло снабжение немецкой группировки. Кадровые части 14-й и 52-й дивизий не сильно уступали по уровню боевой подготовки егерям. По сути, противник имел одно-единственное преимущество перед противостоящими ему частями Красной Армии: его планы соответствовали реальной обстановке.
И как показали события первых месяцев войны, этого преимущества оказалось вполне достаточно, чтобы судьба Мурманска и Полярного повисла на волоске, и только огромное количество жертв, которых можно было избежать, и мужество десятков тысяч бойцов и командиров армии и флота не дали этому преимуществу обернуться катастрофой для всего Мурманского направления.
Накануне
(21–28 июня)
Командование 14-й армии первую попытку повлиять на ситуацию, складывающуюся на границе, предприняло только 21 июня, в последний мирный день, когда генерал-лейтенант Фролов обратился за разрешением придвинуть войска к границе и начать занимать оборонительные рубежи. Однако он получил запрещение «проводить какие-либо мероприятия, могущие вызвать подозрение у финнов и спровоцировать их на войну». Впрочем, подобные запрещения получили тогда и немало других командиров на всем огромном протяжении государственной границы…
И снова явочным порядком, под видом учений командарм несколько усилил угрожаемые направления. Начали частично заниматься оборонительные рубежи. Уже тогда Фролов, понимая ключевое значение реки Титовки, постарался предпринять все возможное для уменьшения угрозы прорыва на этом направлении.
Титовка, беря начало в озере Лайя, течет фактически с юга на север, в нижнем течении несколько отклоняясь на северо-восток, и впадает в Мотовский залив. Вдоль верхнего течения реки, постепенно отклоняясь к западу; проходила государственная граница. Между границей и речкой располагался не включенный еще в план прикрытия Титовский укрепрайон. Впрочем, все его укрепления составляли 6 недостроенных и невооруженных дотов в районе озера Куосме-ярви.
За укрепрайоном находились две переправы через Титовку — южная, так и называвшаяся — «южный мост», и северная, выполненная в виде дамбы. Местность с большим количеством сопок в районе реки, болотами и озерами на подходе к ней была удобна для обороны.
К вечеру 21 июня сюда по приказу Фролова были выдвинуты два батальона 95-го СП 14-й СД генерал-майора Журбы. Третий батальон был оставлен в резерве, в нижнем течении реки, прикрывая деревню Титовка и пристань. В деревне Титовка расположилась оперативная группа штаба 44-й стрелковой дивизии во главе с комдивом генерал-майором Журбой.
Хотя 95-й полк был недоукомплектован и имел численность меньшую, чем по штатам военного времени, роковую роль, еще до начала оборонительной операции, сыграло не это, а неспособность командующего дивизией верно определить угрожаемое направление в своей зоне ответственности.
Единственная грунтовая дорога, имевшаяся в тылу советских войск, проходила в нижнем течении реки, к дамбе, где разветвлялась. Одна ветка уходила к пристани в Малой Волковой губе и расположенному поблизости строящемуся аэродрому, другая на полуостров Средний — вдоль западного берега Мотовского залива.
Сухопутной дороги от Титовки в армейский тыл не было. 95-й полк снабжался морем. Выгрузка всего необходимого производилась на пристани близ деревни Титовка. Зенитного прикрытия, пристань не имела, и авиация противника могла в любой момент дезорганизовать снабжение полка.
Незадолго до войны приступили к постройке дороги от Титовки к реке Большая Лица. Но успели соорудить только Южный мост и всего три километра пути. Командование дивизии сделало вывод, что немцы будут стремиться перерезать эту единственную дорогу, чтобы сразу, по кратчайшему пути выйти в тыл полуостровам Средний и Рыбачий и отрезать их от линии фронта.
Соответственно такому замыслу происходило и сосредоточение и без того скудных сил, выделенных командующим армии в обход указаний штаба округа.
Два стрелковых батальона вытянулись в линию вдоль границы, пытаясь прикрыть участок в тридцать километров — от губы Малая Волоковая Баренцева моря до озера Куосме-ярви. Роты и взводы обосновались на отдельных высотах. Промежутки между ними порой были настолько велики, что не простреливались пулеметным и винтовочным огнем,
Еще пять километров до озера Лайя, в районе Южного моста прикрывались лишь стрелковой ротой разведбатальона 14-й дивизии, имевшего несколько танкеток и бронеавтомобилей, применить которые, по существу, было негде.
На западном берегу реки по обе стороны Южного моста заняли позиции два артиллерийских дивизиона 241-го артполка. Через пять дней в устье реки, где находилась пристань, выгрузился и занял предназначенные ему позиции еще один дивизион, принадлежавший уже 158-му артполку 52-й стрелковой дивизии, которая также начала выдвижение к границе.
Не имея навыков оборудования позиций в каменистом грунте, за неделю, имевшуюся в их распоряжении, бойцы 95-го СП оборудовали только мелкие окопы для стрельбы лежа и с колена, а также укрытия из камней. Кое-где были выставлены проволочные заборы. Непосредственно на линии границы находились три усиленные погранзаставы, имевшие в своем составе по 65–70 бойцов.
Местность в Заполярье труднодоступна и имеет крайне малое количество дорог. На финской территории дорог на этом участке вообще не было, что, как ни странно, сослужило горным егерям добрую службу. Не имея своего традиционного превосходства в транспорте и боевой технике, немцы и тут сумели создать себе преимущества в маневренности. Все подразделения горноегерских дивизий полностью перешли на вьючную тягу.
В ночь с 21 на 22 июня 1941 года, в ходе операции «Северный олень» соединения и части корпуса «Норвегия» пересекли норвежско-финскую границу и оккупировали Печенгскую область, захватив никелевые рудники.
В первую неделю войны сухопутные войска противника на советско-финской границе активности не проявляли. Пользуясь этим, командования 14-й армии и Северного флота предпринимали дополнительные меры для усиления обороны государственной границы.
22 июня Военный совет 14-й армии отдал приказ о переброске на западный берег Кольского залива 325-го полка 14-й дивизии. 52-я дивизия, которой командовал генерал-майор Никишин, дислоцировалась в Мончегорске. Ее переброска к Мурманску началась вечером 24 июня.
Отрывать окопы в Заполярье было сложно, и бойцам приходилось использовать естественные укрытия.
325-й полк переправился через залив в сравнительно спокойной обстановке, но 75-километровый переход к государственной границе по открытой тундре, при беспокоящих налетах авиации противника, занял несколько дней. Лишь к вечеру 28 июня полк занял линию обороны.
Вечером 26 июня отправились в поход 112-й стрелковый и 158-й артиллерийский полки, еще через день утром — 58-й стрелковый и 208-й гаубичный. Двигались они не так быстро, как хотелось бы. Переправившись через Кольский залив, полки двинулись по Мишуковской дороге на запад.
Части 52-й стрелковой дивизии медленно двигались к границе; на пути следования, и особенно во время переправы через Кольский залив, дивизия неоднократно подвергалась налетам авиации и понесла потери. Немецкая авиация, базировавшаяся на норвежских аэродромах, интенсивно бомбила суда и колонны, движущиеся к границе. 30 июня дивизия развернулась в боевые порядки на реке Западная Лица.
Погрузка на не подготовленные к перевозке войск суда, переход морем, выгрузка, пеший переход по единственной дороге даже без противодействия вражеской авиации занимали много времени. Штаб 14-й армии еще в мирное время настойчиво добивался постройки моста через реку Тулома у городка Кола. Это обеспечило бы сквозное сухопутное сообщение от Мурманска до границы. Но мост так и не был построен.
23-й УР, расположенный на полуостровах Средний и Рыбачий, имел в своем составе 135-й стрелковый и 104-й пушечно-артиллерийский полки, 2-й дивизион 241-го гаубичного артиллерийского полка, 7-й и 15-й отдельные пулеметные батальоны и береговые батареи Северного флота, но силы его были по-прежнему распылены вдоль побережья для недопущения морских десантов. С началом боевых действий части укрепрайона заняли участки по боевому расписанию, то есть согласно утвержденному плану прикрытия.
