И только 26 июня командующий армией приказал командиру 135-го стрелкового полка усилить прикрытие полуостровов с суши и выдвинуть один батальон на хребет Муста-Тунтури. Выполняя приказ, 2-й батальон вышел в указанный район, развернулся и к исходу 26 июня оборудовал окопы.
Северный флот успел за эту неделю в сравнительно благоприятных условиях провести мобилизацию и первые оборонительные мероприятия. В состав частей охраны водного района военно-морской базы (ОВРа) был введен 1-й Северный отряд пограничных судов Морпогранохраны НКВД вместе с береговой базой в Кувшинской салме.
За счет переоборудования торговых и рыболовных судов флот пополнился тральщиками, сторожевыми кораблями, различными катерами и минными заградителями. Из призываемых рыболовных траулеров, дрифтеров и мотоботов были сформированы два дивизиона траления, два дивизиона сторожевых кораблей, дивизион катеров-тральщиков и дивизион сторожевых катеров. По числу вымпелов ОВР увеличился в три с лишним раза, примерно во столько же раз увеличилась и численность личного состава.
С началом войны стала проводиться систематическая авиационная и корабельная разведка силами Северного флота в водах противника, были установлены дозоры на подходах к портам и базам, выставлены несколько оборонительных минных заграждений у своего побережья. На позициях у норвежского побережья начали действия походные лодки.
При выполнении этих мероприятий сильное противодействие оказывала авиация противника. В первые дни войны советским летчикам-истребителям приходилось по нескольку раз в день совершать боевые вылеты. 24 июня командир эскадрильи старший лейтенант Сафонов сбил первый немецкий самолет.
Утром 27 июня в штаб генерала Журбы позвонил комбат с левого фланга Титовского укрепрайона. Он доложил, что показались войска противника, которые подходят с северо-запада и занимают исходное положение на самой границе.
Журба позвонил в штаб армии и попросил разрешения открыть артиллерийский огонь.
— Не торопитесь, — ответили в штабе Фролова, — не надо прежде времени обнаруживать нашу артиллерийскую группировку.
28 июня противник продолжал придвигаться к границе. Вечером опустился туман, но советские наблюдатели всю ночь слышали голоса, ржание коней, лязг металла.
Катастрофа на Титовке
(29 июня)
В 4 часа 20 минут 29 июня 1941 г., после полуторачасовой огневой подготовки, в которой участвовали два артиллерийских полка при поддержке авиации, горноегерский корпус «Норвегия» начал наступление на занимающие оборону вдоль советско-финской государственной границы 6-ю и 7-ю пограничные заставы 100-го погранотряда и части 14-й стрелковой дивизии.
В этот день началась стратегическая оборонительная операция в Заполярье и Карелии, продолжавшаяся до 10 октября 1941 г.
Немцы сразу сумели развить высокий темп наступления, несмотря на сложный рельеф местности, и к вечеру сумели продвинуться до реки Титовка в ее нижнем течении. Титовка была важным стратегическим пунктом, так как, переправившись через нее, противник мог отрезать полуострова Средний и Рыбачий. Это хорошо понимали обе стороны. Бой за переправы через реку был страшным.
Поначалу внешне ничего не предвещало катастрофического развития дальнейших событий. В три часа утра немцы открыли ружейный и пулеметный огонь по нашим подразделениям. Завязалась перестрелка. Обстрел сопок из пулеметов и минометов егерям особых результатов не принес. Вскоре ударила немецкая артиллерия. Заговорили и советские орудия. Артдивизионы повели беглый огонь по обнаруженным скоплениям егерей. Сосредоточенный удар двух дивизионов явился для немцев неожиданностью. Как показали захваченные через несколько часов пленные, артиллерийский огонь нанес немцам большие потери.
Под прикрытием тумана немцы попытались переправиться через реку на левом фланге, где их в общем-то как раз и не ждали. Об этом сообщил по телефону командир разведбата, находившийся в боевых порядках своей стрелковой роты.
Атака бойцами, находящимися на выгодных позициях, была отбита без особых затруднений. Были захвачены несколько пленных, по показаниям которых было установлено, что против разведбата действуют подразделения 138-го полка 3-й горноегерской дивизии.
В 8 часов утра, когда туман рассеялся, над полем боя появилась вражеская авиация. На сосредоточенные удары артдивизионов немцы ответили не менее сосредоточенными ударами с воздуха. Ju-87 штурмовали позиции разведбата и бомбили артдивизионы.
Телефонная связь с левым флангом была прервана, а вскоре прекратилась и радиосвязь.
Телефонная линия, связывающая штаб дивизии с правым флангом, пока действовала. В 10 часов оттуда поступило донесение комбата-1: рота, расположенная на западном склоне хребта Муста-Тунтури, вступила в бой.
К этому моменту генерал-майор Журба начал понимать, что направление главного удара противника определено неверно, и для выяснения обстановки решил направиться на левый фланг.
Несмотря на то что это решение Журбы критиковалось многими авторами, не исключено, что оно было единственно верным. Еще до введения в бой противником основных сил Журба почувствовал, что дивизии грозит разгром и что судьба боя решается на левом фланге.
Последующие события показали, что он был абсолютно прав. Но только после войны стало известно, что один из батальонов 2-го эшелона 137-го полка 2-й горноегерской дивизии получил задачу выйти в тыл позиций полка через район озера Титовское, захватить Южный мост и после получения поддержки от частей 138-го полка 3-й горноегерской дивизии продолжить наступление с тыла для осуществления окружения частей 14-й дивизии…
Генерал Журба передал руководство боем с КП дивизии командиру 95-го СП майору Чернову, так как начальник штаба дивизии незадолго до начала немецкого наступления заболел и убыл в Мурманск, а сам вместе с командующим артиллерией дивизии и адъютантом сел в легковую машину и отправился на левый фланг. В пути, видя, что авиация противника почти непрерывно бомбит Южный мост, он приказал командирам двух артдивизионов, которые находились здесь, перейти, пока цел мост, на восточный берег реки.
Но отъехать от моста далеко не удалось, пикировщики разбомбили штабную машину, о чем и доложил вернувшийся на КП дивизии шофер. Он сообщил, что все пассажиры машины погибли, после чего командование дивизией принял начальник политотдела дивизии полковой комиссар Волков.
Однако Журба не погиб во время бомбежки. Вместе с адъютантом, старшим лейтенантом Абрамовым, он пытался пробиться на позиции разведбата, что, скорей всего, ему и удалось.
Когда выяснилось, что немцы проводят маневр на окружение, генерал-майор с собранными им бойцами и остатками техники завязал бой в районе Южного моста с прорвавшимися туда егерями 137-го полка. Бой шел фактически в окружении, к немцам подходили подкрепления, а наладить связь с частями дивизии не удавалось. Об этом позднее сообщил Абрамов, взятый во время боя в плен и освобожденный из него в 1944 г. в Норвегии.
К вечеру положение дивизии ухудшилось.
Правофланговый 1-й батальон 95-го СП вынужден был вести бой с 136-м полком 2-й немецкой горноегерской дивизии, который постепенно в течение дня ввел в бой все свои три батальона. И если сначала батальон отражал атаки и даже захватывал пленных, то после достижения противником 3-кратного превосходства стал пятиться и отошел на пару километров, зацепившись за хребет Муста-тунтури.
Ситуация в батальоне была катастрофической. Почти все командиры были выбиты, поредевшими взводами и ротами командовали сержанты, завхозы и даже врачи. Командир батальона уцелел, несмотря на то что получил 10 ранений.
Со вторым батальоном ситуация была похожей. Против него действовал 137-й полк, правда, не в полном составе, так как один его батальон во взаимодействии с 138-м полком соседней 3-й горноегерской дивизии окружил разведбат 14-й дивизии и пытался захватить Южный мост.
Не добившись подавляющего численного превосходства, немцы стянули сюда с помощью вьючных лошадей часть дивизионной артиллерии и огнеметы. В результате 2-й батальон также оказался отрезанным, потерял связь с штабом полка и оперативной группой штаба дивизии и вынужден был начать отход.
Связь с разведбатом наладить так и не удалось, и в своем докладе командующему армией полковой комиссар Волков сделал вывод, что разведбат окружен и уничтожен, а 2-й батальон также окружен, связи с ним нет, и очевидно, что его уничтожение только вопрос времени.
По мнению полкового комиссара, против 95-го полка действовали 2 немецких дивизии, причем одна из них занималась как раз тем, что, перемалывая остатки батальонов и захватив Южный мост, выходила в тыл частям дивизии.
