Цзюем.
Когда Ци Сян-ван встретился с посланниками Вэя, он вспомнил свою прежнюю ненависть и отругал Вэй за то, что не должен бы помочь Яню сражаться с Ци. Он сказал: «Я еще не отомстил, а вы пришли, вам не стыдно?!» Сюй Цзя при это не знал, что сказать. Фань Цзюй ответил за него: «Теперь, вы, великий правитель, уже вступили на престол, наш монарх очень рад и надеется, что вы сможете продолжить дело правителя Хуань-гуна (имеется в виду Ци Хуань-гун, один из пяти правителей периода Весен и Осеней) и прикрыть неудачи времен Минь-вана. Только при этом он отправил нас на празднование и хочет, чтобы две страны снова вступили в союз. Однако вы, великий правитель, только вините других, а не думает об ошибках царства Ци. Разве вы не научились скромности у правителя Хуань-гуна, а вместо этого учитесь высокомерности у Минь-вана?» Когда Ци Сян-ван услышал это, он не мог не всплеснуть руками и сказал: «Это моя ошибка!» Он обернулся и спросил Сюй Цзя: «Кто это?» Сюй Цзя сказал: «Это один из моих нахлебников, его зовут Фань Цзюй». Ци Сян-ван очень оценил Фань Цзюя, и хотел оставить его в Ци.
Ци Сян-ван послал кого-то тайно повидаться с Фань Цзюем и сказал ему: «Наш правитель очень уважает вас. Он планирует пригласить вас как иностранного высокопоставленного чиновника. Пожалуйста, не отказывайтесь». Он также дал ему пять килограмм золота, тарелку говядины и бутылку хорошего вина. Фань Цзюй решительно отказался. Тот просит его обязательно взять подарки, он сказал: «Это желание нашего правителя. Если вы не примете, как я могу вернуться и сказать об этом правителю?». Он упорно умолял, и не уходил, ожидая, когда Фань Цзюй не примет подарок, поэтому ему пришлось взять говядину и вино, но он отказался от золота.
Кто-то доложил Сюй Цзя об этом, и Сюй Цзя заподозрил, что Фань Цзюй вступил в тайный сговор с царством Ци. После возвращения в Вэй Сюй Цзя рассказала об этом первому министру Вэй Ци. Вэй Ци подумал, что Фань Цзюй обязательно рассказал Ци Сян-вану о государственных секретах царства Вэй, поэтому он приказал подвергнуть его жестоким пыткам и попросил Фань Цзюя признаться. Фань Цзюй закричал и сказал: «Бог — свидетель, я не сделал ничего плохого, в чем ты велел мне признаться?» Сюй Цзя просто усмехнулся, сидя в стороне. Вэй Ци очень разозлился и приказал своим подчиненным убить его. Сначала Фань Цзюй жалобно кричал, но вскоре вообще не было слышно ни звука. Подчиненные доложили: «Испустил дух!» Вэй Ци лично спустился, чтобы взглянуть, и увидел, что на все его тело было истерзано. Одно из его ребер было сломано, выступая наружу, и два передних зуба также выскочили. Вэй Ци приказал своим подчиненным завернуть его в сломанную тростниковую циновку, бросить в туалет и попросить гостей помочиться на него.
Когда стемнело, Фань Цзюй медленно проснулся и увидел слугу, который смотрел на него. Фань Цзюй сказал ему: «Я больше не могу так жить. У меня дома все еще есть немного золота. Если ты можешь помочь мне и позволишь мне умереть дома, я отдам тебе все золото». Слуга сказал: «Ты должен лежать как мертвый. Я спрошу первого министра». Он сообщил Вэй Ци, что труп Фань Цзюя уже воняет. Вэй Ци сказал: «Брось его за город и пусть стервятники съедят его».
Человек, который охранял труп, подождал до полуночи и отнес Фань Цзюя домой. Когда члены семьи Фань увидели это, они все заплакали. Фань Цзюй велел им молчать и попросил свою невестку дать золото тому слуге в благодарность, дал ему сломанную тростниковую циновку и велел выбросить ее на пустырь за городом. Он сказал своей невестке: «Вэй Ци, возможно, придет узнать о моем местонахождении. Как можно быстрее доставляй меня к семье Чжэна». Членам семьи пришлось отвезти его на ночь в дом его хорошего друга Чжэн Аньпина. Фань Цзюй также сказал членам семьи, чтобы они не разглашали тайну, и велел им оплакивать покойника и одеть траур на следующий день.
Чжэн Аньпин лечил Фань Цзюя, и когда Фань Цзюй смог двигаться, он отправил его в горы, чтобы жить в уединении. Фань Цзюй сменил свое имя на Чжан Лу. С тех пор никто больше не упоминал Фань Цзюя. Позже, Чжэн Аньпина организовал поездку Чжан Лу в Сяньян царства Цинь. Циньский Чжаосян-ван велел ему жить в гостинице и ждать встречи.
Чжан Лу жил в гостинице больше года, и циньский Чжаосян ни разу не пригласил его. Чжан Лу почувствовал себя очень разочарованным. Однажды он шел по улице и услышал, как люди разговаривают о том, что первый министр Жан Хоу собирается напасть на Ганшоу в царстве Ци (Ганъи и Шойи; Гангьи в Нинъяне провинции Шаньдун; Шойи в Янгу провинции Шаньдун). Чжан Лу схватил руку старика и спросил его: «Ци так далеко от царства Цинь, а посередине находятся Хань и Вэй. Почему зайдут так далеко сразиться с Ганшоу?» Старик шепнул ему: «Разве ты еще не знаешь, что власть нашего царства Цинь находится в руках матери правителя и первого министра? Ганшоу находится рядом с летней резиденцией первого министра Фэньи Таои (в Динтао провинции Шаньдун). Если первый министр захватит его, разве это не перейдет его собственные земли?» Когда Чжан Лу вернулся в гостиницу, он написал письмо правителю Цинь Чжаосян-вану в тот вечер, сказав, что ему нужно сообщить что-то чрезвычайно важное. Циньский Чжаосян-ван определил дату встречи с ним во дворце Лигун.
Пришел тот день и Чжан Лу отправился в дворец Лигун, и на полпути он встретил циньского Чжаосян-вана, ехавшего в повозке. Он не поздоровался с ним и не избегал его, а шел своей дорогой, как обычно. Подчиненные правителя велели ему отойти и сказали: «Правитель здесь!» Чжан Лу ответил: «Что? Есть ли еще великий правитель в Цине?» Во время ссоры прибыл циньский Чжаосян-ван. Чжан Лу все еще кричал там и сказал: «В Цине есть только мать правителя и Жан Хоу. Где же великий правитель?» Эти слова именно были, что думал в глубине душе циньский Чжаосян-ван. Он поспешно вышел из повозки, почтительно пригласил Чжан Лу в повозку и вместе приехали во дворец Лигун. Циньский Чжаосян-ван велел подчиненным отойти, поклонился Чжан Лу и сказал: «Я восхищаюсь вашим талантом и искренне прошу совета у вас. Что бы это ни было, от матери правителя до министров императорского двора, просто скажите прямо, об всем хочу услышать». Чжан Лу
