так? – спросил Рогов.
– А женихом он той Елене Отрепьевой приходился. И крепко его сия девка зацепила. И слух прошел, что скоро объявится она на Москве.
Рогов усмехнулся.
– На Москве? Да мало ли там татей33 да разбойников что людей именем самозванца смущают?
– То тати, а то Елена. Слышно, что к Басманову её подсылают. И скажи кому надобно, что поймать девку нужно. Она многое показать сможет.
– Да что в той девке? Не возьму в толк.
– А толк в том, что все дела самозванца она ведает. И коли раскроет рот, то все узнают, кто есть «царевич Димитрий».
– Да к про сие и так знают многие. Али в Путивле начальные люди, что присягнули самозванцу, почитают его за истинного царевича? Али Василий Сумбулов верит в него? Не верит, но присягу самозванцу принес.
Рогову надоело рисковать здесь своей жизнью. Но и вернуться в Москву он не мог. Там его люди Клешнина запытают. Отчего де пост свой покинул?
– А скажи мне, дьяк, доколи мне терпеть?
– Ты про что?
– Да про то, что моя башка мне дорога. Все что сказал ты, я в грамотке напишу да на Москву отправлю. Но коли гонца перехватят? И тот гонец про меня скажет.
– Государева воля. Служба.
– Кто заплатит за сию службу, коли самозванец в Москве окажется?
– Что болтаешь? Ополоумел?
– То-то что в своем уме. Семейка моя на Москве бедует. Клешнин ничем не помог им. Сказал бабе моей, что пришла припасу кормового просить, муж не расторопен! А детишкам харчить надобно! Вот и смекай.
– Али измену предлагаешь?
Шишкин схватился за рукоять сабли.
– Ты тише! – предостерег его Назар Рогов. – Шум ни к чему. Коли хотел бы изменить, то тебя ждали бы здесь. Совета прошу.
Шишкин убрал руку от оружия. Его положение было таким же, как и у Рогова. Что дал ему Клешнин? Почти ничего! Все средства пошли на подкупы и посулы (взятки). А он сам стал ли богаче? Ни на грош. Больше того, все, что есть в его карманах, дал ему самозванец. Тать и вор Юшка Отрепьев.
– Так чего присоветуешь? – спросил Рогов.
– Служи государю верно.
– Какому государю?
– Государь един – Борис Федорович Годунов!
– Оно так, – с усмешкой согласился Рогов. – Но вот надолго ли? Слышно плохо ныне государю. Лекари подле него постоянно дежурят. А коли призовет его Господь?
– Так есть наследник! Царевич Федор Борисович.
Назар Рогов только усмехнулся в ответ на такие слова.
– А признают наследника-то?
– Что? – Шишкин посмотрел на купца.
– Я спросил, а ты не ответил. Признают наследника?
– Как можно не признать?
– А как можно было младенца убить? И не простого, но царского сына? Но нашлись люди и подняли руку на царскую кровь. А таких рук, что на Федора нож поднимут, много найдется…
***
Димитрий Иванович зашел к Елене. Она читала книгу при свете свечей.
– Сестра!
– Здравствуй, брат. Что на ночь глядя?
– У меня к тебе важный разговор.
– Без этого бы ты не пришел.
Самозванец запер двери, прошел в комнату и сел в кресло.
Он протянул ноги в сафьяновых сапогах к камину. В комнате Елены было холодно.
– Так что ты хотел сказать, Юрий? – спросила она, назвав его настоящим именем.
– Ты не думала, отчего я так некрасив, а ты такая красавица? Мы дети одного отца и одной матери.
– Я женщина, а ты мужчина, Юрий. Что у меня есть кроме моей красоты?
– Если сяду на трон в Москве, у тебя будет все. Но Годунов шлет войско на меня. И не могу знать, что ждет нас, Елена.
– Юрий, скажи, что тебе нужно. Я все сделаю для того, чтобы ты сел на трон. Я сама того добиваюсь.
– Тебе надобно ехать в Москву, Елена.
– В Москву?
– Может так статься, что мне придется отступить. Если не выиграем мы битву у Милославского.
– И что мне делать в Москве? Соблазнить царевича Федора?
– Нет, перетянуть на мою сторону воеводу Петра Басманова. Дело сие трудное и опасное.
– Но отчего именно Басманова? – не поняла Елена. – Не он главный воевода. Роду он не сильно знатного.
– Это так, но именно ему Годунов доверит своего сына. Знатным он не сильно довериться сможет. Они продадут его за грош.
– Ты про что говоришь, брат? О смерти Бориса?
– Рональд Гаршильд, иезуит, сказал мне, что недолговечен Бориска Годунов. И нам к тому надобно подготовиться.
– А Гаршильду это откуда известно?
– Он не просто иезуит, сестра. Он астролог. И так сказали ему звезды.
– Когда мне ехать?
– Как можно скорее, Елена.
– Ты стал часто рисковать моей жизнью, Юрий.
– Мы рискуем всем, сестра. Мы решились на отчаянное дело. Проигрыш для нас – смерть.
– Я всё сделаю! Не нужно меня убеждать, брат. Главное не забудь потом моих услуг.
– Ты моя сестра.
– Но ты теперь царевич. И, возможно, скоро забудешь о нашем родстве.
– Я обещаю тебе, Елена, что отблагодарю тебя по-царски…
Глава 12
Отступление самозванца.
Кровь русская, о Курбский, потечет!
Вы за царя подьяли меч, вы чисты.
Я ж вас веду на братьев; я Литву
Позвал на Русь, я в красную Москву
Кажу врагам заветную дорогу!..
Но пусть мой грех падет не на меня –
А на тебя, Борис-цареубийца!
А.С. Пушкин «Борис Годунов».
***
Война продолжалась дальше не так быстро, и не так успешно, как рассчитывал самозванец. Приграничные города встречали Дмитрия Ивановича с радостью и распахнутыми воротами. Но по мере его углубления в Московию сопротивление нарастало.
Воевода Юрий Ежи Мнишек сам отбыл в Самбор для набора новых войск. Он обещал прибыть обратно и привести новые полки наемников и хоругви панцирных крылатых гусар. Без него это дело шло слишком медленно. Вместо себя он оставил Станислава Дворжецкого, которого царевич пожаловал в гетманы.
– Ты должен продержаться, гетман, – сказал Мнишек Дворжецкому. – Я никому не могу доверить набор войска. А нам будут необходимы подкрепления.
– Это я понимаю, пан воевода. Но сил у меня не столь много.
– Я это вижу, и наша армия возросла пока лишь за счет московской рвани. Против тебя будет воевода Мстиславский.
– Я выполню свой долг, пан воевода.
– Верю тебе, пан гетман. Скоро сюда придет небольшое подкрепление, которое ведет Нильский.
– Но много ли их будет, пан Мнишек? А у Мстиславского наёмная немецкая дружина Розена и приказы (полки) московских стрельцов…
***
В декабре 1604 года воинство самозванца встретилось с армией Мстиславского. Армия царевича к этому времени выросла до 10 тысяч человек.
Ян Нильский привел 500 всадников-пятигорцев, снаряженных за деньги Рафаловича. Все они были в отличных доспехах, у каждого был мушкет, запас пороха и пуль.
Легкую кавалерию составили 4 тысячи казаков донцов и запорожцев.
Две тысячи было русских стрельцов у князя Сумбулова.
Отряд Бучинского увеличился до тысячи конных.
Под командой полковника Жулинского и ротмистра Станислава Мнишека было 800 панцирных гусар.
Остальные отряды были сформированы из горожан и мужиков, что поднялись добывать трон для сына Ивана Грозного.
Войска князя Мстиславского насчитывали 18 тысяч человек. И русский воевода был уверен в своей победе. Шуйский привел к нему полки московских стрельцов. Боярин Шереметев почти 7 тысяч дворянской
