и знал…
– Шесть из тридцати, – пробурчал голем.
Я не успел спросить отца, что именно он знал. С вытянутых пальцев кардинала слетели струи сине-зеленого пламени и ударили в рог поглотителя. Точнее говоря, в невидимый магический щит, окружающий постамент с рогом.
Оксана резко опустила руки, упираясь ладонями во что-то невидимое. Сияющий синими и зелёными сполохами щит вспыхнул, и поток пламени в руках Динария превратился в серый дым.
– Молодец! – закричал я.
Я видел такое в академии, ничего особенного, старшие ученики частенько баловались магическими поединками. Один ставил щит и защищался, другой пытался пробиться и атаковал.
– Восемь из тридцати, – констатировал голем.
Стряхнув льнущий к рукам дым, кардинал отчаянно бросился вперёд. И началось такое, чего я ещё не видел. Даже вообразить не мог, что так бывает. Обычно маги, надменно расправив плечи, стоят на месте и выстреливают друг в друга заклятьями. А не бегают и не кидаются на оппонентов. Видали чародейский мордобой? Вот то-то и оно. Но кардинал колдовал по своим правилам. Пронесшись через котловину, он гаркнул через оскаленные зубы, ухнулся об невидимый барьер и его отбросило по дуге. Незримая преграда, прогнулась, спружинила и проявилась. Каждый из двадцати двух оставшихся слоев покрывал постамент полусферой и сверкал собственным цветом, накладываясь один на другой.
Динарий приземлился на полусогнутые ноги в нескольких шагах от ближайшего барьера и шевелил руками, будто что-то подтягивал. Его осунувшееся лицо покраснело, сморщилось и прорезалось морщинами. Разноцветные блики, окружающие магический щит, закрутились косичкой и поползли к раскрытым ладоням кардинала. А когда коснулись пальцев, он ухватился за сияющий полупрозрачный канат и потащил. Брови наплыли на глаза, а щеки вздыбились от усилий. Магический барьер изогнулся в его сторону и мне показалось, что Динарий собирается стрелять из лука. Разноцветные блики обернулись тетивой, и я даже увидел стрелу. Она соткалась из перемешанных цветов, став абсолютно чёрной. Кардинал зло прищурил глаз, привычным движением довёл руку с тетивой до уха и разжал пальцы. Тонкий тёмный стержень пронёсся над полусферой барьера и вонзился защитнице в грудь. Согнувшаяся пополам, она отлетела к стене котловины и упала навзничь.
Вскрикнув, я бросился к лестнице, но отец схватил меня за плечо.
– Подожди! – закричал он. – Ты не…
Он снова не успел договорить. Оксана, содрогаясь, поднялась. Губы побелели, сжавшись тугой чертой. Сузившиеся зрачки, почти растворились в голубых глазах. Чёрный стержень втянулся в её тело и защитница, шатаясь, пыталась нащупать что-то у пояса. Её ладонь исчезла, и я вспомнил про невидимую бездонную сумку, о которой говорил Евлампий. Оксана распрямила руку с зажатой серебристой ложкой.
– Надо помочь! Пока не поздно! – закричал отец и спрыгнул вниз.
От неожиданности я вскрикнул, но помешать не успел. Защитница и Динарий равнодушно посмотрели на падающего главу совета и отвернулись. Я успел подумать, что он, как всегда, приземлится на четыре конечности, но из синего барьера вытянулась полупрозрачная лапа. Схватила его поперек туловища и прижала к стене котловины. Отец повис в воздухе, продолжая дёргать ногами. Один из скрюченных пальцев лапы прикрыл ему лицо, чтобы замолчал.
Защитница крутила ложкой, что-то на неё наматывая. С губ сорвался мучительный стон. Чёрный стержень вылез из её тела, извиваясь змеёй, и пополз по руке. Обвил кольцами, растекся между пальцев и втянулся в ложку. Оксана перестала кривиться и криво улыбнулась.
– Не удалась порча? – спросила кардинала. – Оставлю себе? Поиграю и верну!
Не дожидаясь ответа, защитница спрятала ложку в невидимой сумке.
– Не оставляешь мне выбора! – закричал кардинал.
Он выбросил вперёд руку с раскрытой ладонью. Растопыренные пальцы дрожали. А вслед за ними начала содрогаться вся пещера.
– Ты разрушишь гору! – вскрикнула защитница, нахмурившись, и взмахнула рукой, отвешивая Динарию пощечину.
– Вы хотите разрушить все миры! – взвыл кардинал.
Два, жёлтый и оранжевый, магических барьера, окружающих рог поглотителя, лопнули.
– Десять из тридцати, – так и не став боеголемом, сообщил Евлампий.
Оксана размахнулась сильнее и нанесла еще несколько ударов в пустоту, но кардинал не замечал атак. Магические оплеухи не долетали до него, всасываясь в щиты вокруг пьедестала. Дрожь с его пальцев распространилась по руке и выше. Со своего места я видел, как вздулись желваки на его шее. Он шипел и кричал на всю пещеру:
– Вас надо остановить! Миры катятся в бездну, а вы толкаете их посильнее…
Защитница прервала атаку и зажмурилась, приняв ту же позу, в которой я застал её в начале.
Со свода грота посыпались мелкие камушки. Динарий побледнел. Его лоб покрылся каплями пота, сверкающими в отсветах магических барьеров, но трясущаяся рука неумолимо тянулась вперёд. Лицо уже превратилось в белую деревянную маску. А клубы тьмы в глазах норовили выплеснуться наружу и сожрать защитницу. Стены пещеры дрожали, я уже едва стоял на ногах. Кардинал решил разрушить не магические барьеры, а всю Скалу Советов. Он бы достиг цели, если бы, внезапно открывшая глаза, Оксана не крикнула:
– Пусть щит распрямятся!
Подпрыгнув, она зависла над защитными барьерами. Котловина содрогнулась. Радужная полусфера, закрывающая постамент, разогнулась, вырываясь из каменного дна котловины. Раскрылась куполом огромного многоцветного зонта, прикрывающего рог поглотителя сверху, а потом и вовсе превратилась в перегородку. Слои щита выпрямились и поднялись. Прошли сквозь кардинала и заполнили всю котловину, перегородив её так, что Динарий остался в нижней части, а Оксана оказалась над ним.
Защитница спрыгнула на полупрозрачный разноцветный пол из защитных барьеров, и посмотрела вниз на кардинала. Тот ещё чертил в воздухе волшебные фигуры, вспыхивающие огнем, но слишком медленно и обречённо.
– Под барьером колдовать нельзя, – сочувственно пояснила Оксана.
Светящиеся знаки погасли. В последней, отчаянной попытке, Динарий упёрся руками в щит над головой, пытаясь его поднять. В лице читалась самоубийственная решимость.
– Вам не дотянуться до колеса льда! – рявкнул он.
Я в нерешительности спустился на две ступени. Вмешиваться в магический поединок глупо, но стоять без дела не было сил.
Глядя на потуги кардинала, Оксана усмехнулась.
– Неужто великаны помешают? – захлопала глазами она.
Легко подпрыгнула и, приземлившись на верхний барьер, сдвинула все слои вниз. Они схлопнулись с оглушающим грохотом. Постамент рухнул на бок и магические щиты поехали за ним, придавив Динария ко дну котловины.
Он больше не шевелился. Волшебные барьеры прижали его к камням, не оставив ни одного шанса на спасение. Искаженное, то ли от боли, то ли от ненависти, лицо пылало дикой яростью. А из пустых глаз извергались багровые сполохи.
Защитница покачала пальцем и подпрыгнула. Каблуки туфель вонзились в верхний сиреневый щит. Барьер треснул и рассыпался на мгновенно исчезнувшие осколки.
– Одиннадцать из тридцати, – зачарованно считал голем.
Оксана больше не прыгала. Подняв
