и молниеносно перекатился вбок. Шелестя ветвями вяз осел на землю. Меня придавило крупными ветками, но не сильно. Создав кольцо защитного поля вокруг себя и, вскинул его вверх. Тот же эффект, как от плоских лезвий. Отрезанные ветки осыпались вокруг меня.
Тварь, что мне удалось повалить на землю, дико вереща сопротивлялась. Я видел, что двоих из ребят друзья уж не дождутся из похода.
Монстр был весь истыкан стрелами, сочился кровью, но остервенело бился. Еще одного бойца зацепило и отбросило практически к моим ногам.
Я нашел глазами Настю. Девушка в недоумении смотрела на происходящее.
— Скачи в деревню! Укройся! — приказал я ей.
Настя медлила всего секунду. Затем спрыгнула с лошади, подбежала ко мне и схватила клинок, что выпал из мертвой руки бойца.
Мне некогда было уговаривать девушку. Я махнул рукой, представив, как поднимаю Настю и усаживаю в седло. Затем хлопаю лошадь по крупу.
Конь заржал и понесся вправо. Там была самая близкая дорога к поселению.
Настя что-то недовольно крикнула, но я не обратил внимания. Не хватало еще, чтобы она тут погибла.
Третий монстр разметал клетку и кинулся на помощь своим. Я не стал создавать ни клетки, ни плоскостей. Представил себе струну с грузиками на концах и запустил ее в монстра. По ходу полета струна вращалась и шла четко в нужном направлении. Еще немного и шея твари окажется обмотанной тонкой силовой нитью. Но вдруг моё оружие резко пошло в сторону. Я сосредоточился, аж пот выступил, и вернул ее на нужную траекторию.
Едва струна оказалась на шее твари, я принялся ее стягивать так сильно, как только мог.
Звук летящего в меня дерева на этот раз я услышал. Оттолкнулся обеими ногами одновременно и распластавшись в полете отпрыгнул метра на три-четыре. Ствол рухнул там, где я только что стоял. Что это за горный тролль завелся в лесу?
Накинув щит, я довершил начатое, и голова монстра покатилась по полю. Тело еще какое-то время неслось вперед и угодило в моих товарищей, что сражались с другой тварью.
Мое зрение как-то само собой переключилось на видение энергетического плана, и я оторопело уставился на прореху, сияющую практически надо мной, но чуть позади. Прямо над кромкой леса. Что за черт⁈ Волоконцев? Что он творит?
Я видел, как Иван с Романом успешно сражаются с раненым монстром, а второго окружила толпа бойцов, но вот фигура высокой женщины, вышедшей из леса, меня смутила не на шутку. Следом за ней шел Аркадий Иванович.
Маг воздел руку вверх и на меня обрушился град камней, непонятно откуда взявшийся над моей головой. По щиту забарабанили булыжники. Я видел, что они не наносят вреда кокону, а значит были магическими в полном смысле этого слова.
Спутница Волоконцева рассмеялась, повела рукой, вырывая с корнем вековой вяз и запустила им в меня.
Политу я раньше не видел. Даже на сходке она мне как-то не попадалась на глаза, а точнее на глаза Шансу. Но сейчас я сообразил, что передо мной именно она — дух юго-западного ветра.
— Что все это значит⁉ — крикнул я Волоконцеву, но ответом мне был только новый поток магии.
Хорошо, что мой щит почти не проницаем для нее. А вот летящее дерево — это неприятно. Скрестив руки и представив себе две острые, как бритва плоскости на своих предплечьях, я запустил их в полет одновременно увеличивая в размерах. Буква «Х», вспыхнувшая в воздухе, разрезала ствол вместе с ветками на четыре неравные части и отбросила их в стороны.
— Хер вам! — крикнул я, вспомнив старое название этой буквы.
Полита вскинула обе руки и лес вздрогнул.
— Предатель! — рыкнул я на Волоконцева, но тот только рассмеялся.
Теперь предстояло сражаться не только с тварями, но и с духом, которого Волоконцев вызвал в прямом смысле у меня за спиной. Какого черта тут вообще происходит? Я мало что понимал, но знал, что нужно сопротивляться.
Над деревьями взметнулись камни. Видимо, Полита подняла их, решив запустить в меня. Я видел, что там сотни снарядов. Она же не сможет их все направить в одну точку! Черт! Парни!
Я обернулся на миг и накинул коконы на всех, кто был еще жив.
Камни словно пули рванули с места и устремились на нас. Первые булыжники пришлись на людей Романа. Их отбрасывало на несколько метров, но защитный кокон держал, хотя после первого же удара начинал мерцать.
Две огромных каменюки угодили в израненного монстра, и того расплющило в одно мгновение.
Я заметил, как лицо Политы скривилось в недовольной гримасе.
Как противостоять духу, я даже не представлял. Попытался накинуть на нее клетку, чтобы хоть немного выгадать время для построения тактики. Но Полита лишь отмахнулась, и клетка угодила на несколько метров вбок. Так вот, кто сбивал мне прицел!
Как-то непроизвольно я схватился за рукоять ножа с осколком. В голове тут же раздался крик Шанса.
— Дурак! Меня выпускай в мир! Ты с ней не справишься!
Ага, сейчас! Если на меня вдруг ополчились духи, то кому теперь можно верить? Шанс он ведь тоже из того же серого тумана, что и все остальные. Может этой непонятной субстанции не понравилось, что я сжег ее в монастыре? Может поэтому она на меня натравливает своих порождений? Ведь мне казалось, что Волоконцев был благодарен мне за спасение и помощь той ночью. А сейчас… В голове все смешалось.
— Давай же! — недовольно выкрикнул Шанс.
Я медлил. Я не мог решить, что мне делать. Первый раз за многие годы, я оказался в ситуации, когда стоило бы поторопиться с решением.
Камни закончились и Полита принялась снова выдирать деревья. Волоконцев же поливал моих соратников такими потоками разнообразной дряни, что если бы не коконы, ребята уже были бы мертвы. Про монстров я уже и не вспоминал. Третьего, кажется, добила магия Волоконцева. А может это Иван изловчился и снес ему голову. Я не заметил.
— Нет!
Я отпустил рукоять и голос Шанса в голове смолк.
Если против одного духа я мог бы что-то придумать, то если тут появится змей и встанет на сторону Политы с Волоконцевым, мне однозначно не справиться.
Обновив щиты на бойцах, я принялся разрубать летящие в нашу стороны деревья. На мелкие ветки сил уже не оставалось. Лишь бы не дать крупным придавить парней и себя.
Нужно было что-то решать. И для начала стоило бы закрыть прореху. Без нее Полита ослабнет, а то и вовсе решит рвануть назад, заметив, что проход в ее мир закрывается. Ведь если я смогу избавиться от Волоконцева, то дух так и останется в нашем мире, а как я понял, это им ой как не нравилось.
Замучавшись создавать все новые и новые лезвия, для борьбы с разбушевавшимся лесом, я принялся просто отбрасывать летящие в нас стволы подальше вбок. Сила у меня была, но я чувствовал, как она меня покидает. Какое-то время я еще смогу защищать своих, а дальше… Дальше все.
Я сосредоточил внимание на прорехе, не переставая участком сознания отслеживать все новые и новые прилеты.
Края прорехи начали стягиваться.
Полита недовольно глянула на происходящее и, хлопнув в ладоши, начала светиться сильнее. Энергию она в себя накачивала что ли?
Тело духа оторвалось от земли и поднялось на метр в воздух. Волоконцев удивленно на нее глянул и отошел на несколько шагов в сторону, даже перестав колдовать. Похоже, он чего-то испугался.
Прореха уже почти стянулась осталась щель в несколько метров, как вдруг из нее высунулась перекошенная от ярости морда Шанса. Змей поймал мой взгляд, оскалился и рванул вниз.
Кажется это конец! Промелькнуло в голове.
Прореха была позади Политы, и парящая в воздухе женщина не видела, что там происходит. Она прикрыла глаза и начала разводить и поднимать вверх руки. Похоже, что-то сейчас должно было случиться.
Шанс, извиваясь резвым ужиком, долетел до кромки леса. И вдруг, словно кобра в броске, столь же молниеносном, кинулся на Политу. Мгновенно сковал ее кольцами, как когда-то Шалока. Сковал и принялся давить.
Руки Политы прижались к телу, глаза открылись и начали вылазить из орбит от натуги. Кажется, духи боролись между собой.
Я представил себе огромное лезвие и создал прореху над своей головой, одновременно закрыв ту, что сделал Волоконцев. Не знаю, поможет ли это, но я уже вообще мало понимал происходящее.
Аркадий Иванович кинулся на меня, позабыв про магию. Это и понятно, все его магические действия не могли причинить мне никакого вреда.
Я сбросил щит и легко принял
