признался тебе. Я люблю тебя! Готов ждать сколько угодно, пока ты не переболеешь Ником. Черт, да я даже готов сделать тебе предложение!
Я в шоке подняла на него глаза. Он шутит? Я любовница его брата, а он делает мне предложение? Я не люблю его, а он готов ждать, когда полюблю?
– Если Никита – эгоист, то ты – мазохист? – успела выдавить я, прежде чем Саша нагнулся и грубо накрыл губы поцелуем.
Я задыхалась, колотила по его груди, но все бестолку. Он впивался в меня губами, жалил поцелуем, требовал ответа и не собирался отпускать.
Я сдалась. Не потому, что слабая, а потому, что по-другому Саше ничего не доказать.
Именно в этот момент открылась дверь и вошел Никита. С порога нас было отлично видно. Прижавшихся друг к другу, целующихся взасос, даже лихорадочно.
– Так стремительно меняешь любовников? Красавица. Только я тебя близко к Тобольским не подпущу, – прошипел он, делая шаг к нам.
Саша наконец отпустил меня, продолжая бедрами придавливать к стене, но уже внимательно наблюдая за братом.
А в моей голове плескались мысли. Это что, подстава? Никита подговорил Сашу устроить эту сцену? Саша сам захотел подставить меня? Но зачем?
– С этим я бы поспорил, Ник, – проговорил он. – В отличие от тебя, я не женат. Но буду рад, если Ира примет мое предложение.
– Что?!
Никита вскинулся, презрительно вглядываясь в брата.
– Ты сделал этой шалаве предложение?!
– Давай поаккуратнее с обращением к моей будущей жене.
– С какого, сука, перепугу, она будет твоей женой? Она очередная соска, которая раздвигает ноги за деньги. И ты ей сделал предложение?
От его эпитетов у меня онемел язык. Я даже закричать не могла от творящегося вокруг меня безумия. Господи, он спал со мной, целовал, разговаривал, кормил меня с рук и думал обо мне вот так? Что я шалава? Соска? Что с ним только из-за его кредитки?
Пусть в жопу ее себе засунет, урод!
– Я ее люблю! – Саша почти выкрикнул брату в лицо, а мне на глаза опять навернулись слезы.
– Любовь. Не. Обсуждается. Трахни ее и все пройдет. Переболеешь.
От шока я открыла рот, даже не зная, что сказать на это предложение. Саша тоже молчал. Неужели обдумывает?!
– Ты за этим пришел? – заорала я на Никиту. – Чтобы передать меня другому Тобольскому? А не пошли бы вы нахрен? Оба! Вон! Убирайтесь!
Никита поднял руки, останавливая меня.
– Не зарывайся, это моя квартира.
– Моя! – взвизгнула я. – Она моя еще три дня! Так что проваливайте оба! Видеть вас не хочу! Достали! И… И…
Я развернулась, пытаясь в этом хаосе вспомнить, где лежит кредитка. Вытряхнула из сумочки все содержимое на пол, схватила пластик и швырнула в Никиту.
– Подавись ей, урод! Убирайтесь!
Несмотря на то, что они быстро ретировались, неприятные сюрпризы на этом не закончились.
Через два дня я ждала Гельку, чтобы собрать сумки и вернуться в общагу. Поэтому с улыбкой распахнула дверь и сразу получила пощечину от высокой ухоженной женщины, свободно отстранившей меня и зашедшей внутрь.
– Значит, вот из-за кого он меня третий месяц парит, – протянула она, оглядывая меня сверху до низу.
– Вы кто? Какого…
– Катя. Екатерина Игоревна Тобольская. Жена Никиты Сергеевича Тобольского. Не скажу, что мне приятно с тобой знакомиться.
– Тогда… зачем явились?
– Было интересно посмотреть на шваль, которая устроила бардак в моем доме.
– Ну и как? Посмотрели? Тогда дверь открыта. Не закрываю ради вашего удобства. Можете проваливать.
Вместо этого незваная гостья развернулась, осматривая квартиру, и пошла экскурсией по всем комнатам, еще и комментируя по ходу.
– На припевочек он, мразь, не скупится.
– Совершенно с вами согласна, он та еще мразь, – поддакнула я, невольно сопровождая ее по квартире.
– Содержание всей этой элитки примерно полмиллиона в месяц…
– Да вы что?
– Да-да…. А ты считаешь только чаевые после секса?
Я замолчала.
– Еще плюс услуги и развлечения. Что ж, за три месяца он мне должен три миллиона. Вычту оттуда Париж и скромный подарок. Добавлю моральную компенсацию, итого хватит на месяц на Сейшелах отдохнуть.
Мы дошли до ванной.
– А вот косметика и парфюм у тебя дешевые. Воняют отвратительно. Я устала менять ему одежду и отдавать в химчистку дорогие костюмы. Не думаешь о себе, подумала бы о нем.
– О нем вы хорошо думаете, – огрызнулась я в ответ.
– И уже больше двадцати лет! Но я пользуюсь отличной косметикой, поэтому и выгляжу достойно.
– Достойно своих лет?
– Не дерзи. Ты свой лоск с этой штукатуркой потеряешь уже через три года.
На этом она резко прервала экскурсию и только на пороге повернулась:
– Знаешь, наверное, ты должна была у него появиться, чтобы кое-чему научить меня. Я даже благодарна тебе за это. Но вот мой настоятельный совет, держись впредь от Тобольских подальше, чтобы не иметь еще проблемы со мной.
Катя развернулась и вышла, оставляя после себя шлейф очень приятных и запоминающихся духов. Но я так и не поняла, почему именно я должна была случиться у Никиты, если я очередная игрушка?
Гелька серьезно задерживалась, а дозвониться я до нее не могла.
Но на очередной стук на пороге снова оказалась не она, а Александр.
– Что тебе? – встретила я его не так приветливо, как он, наверное, рассчитывал.
– Ты как?
– Странный вопрос. Жива. Или ты думал, что все после встречи с Катей падают замертво?
Саша удивился.
– Катя была здесь?
– Да. Вышла пару часов назад.
– Плохо.
– Серьезно? Надо было тебя дождаться? Или лучше сразу Никиту? Он, кстати, не собирается тоже сюда приехать?
– Не смешно.
– Нет, – согласилась я. – Вы меня вообще затрахали своей семейкой. И знаешь… Ты был прав! Это не любовь. Или, как любит говорить Никита, любовь тут даже не обсуждается. Вы не умеете любить! Это не про вашу сумасшедшую семью!
Саша сорвался и сделал шаг, но я успела отскочить и наставить на него палец.
– Не трогай меня. Мне терять нечего. Я тоже могу подпортить вам репутацию. За три месяца я очень много узнала о Тобольских.
Саша развел руки.
– И не пытался. Я просто соскучился. И хотел доказать, что ты ошибаешься. Мое предложение все еще в силе.
Я нахмурилась.
– Какое предложение? – тот вечер был для меня как в тумане.
Я помню, что Саша что-то говорил о любви, о женитьбе. Но не всерьез же? Он просто хотел позлить брата, как и я.
Зазвонил телефон, и я с облегчением увидела входящий Гельки. Ну хоть не одна буду. Сашка меня знатно напрягал.
– Да? Ты внизу? Чего так долго?!
– Я… нет.
