денег. Какие могут быть у геолога мечты, кроме как куда-нибудь поехать? Благо в то время они жили с тремя маленькими детьми в однокомнатной квартире. Геологи — дружный народ, любят всякие вечеринки, устраивают каждый день их у себя с гитарой и песнями, мы их тоже приглашаем. Геологи — ещё довольно патриотичный народ. Геолог из еврейской эмиграции, живущий на две страны примерно по полгода (бизнес у него в Америке, а работает в России), говорит, что в Америке он делает деньги, а живёт в России.
Если по Марии Кеонян, то следующим моментом для воспитания должны быть шахматы. Действительно, оба моих сына играли в шахматы, мы ездили на многочисленные турниры, хорошо были знакомы с шахматным сообществом. 1990-е — начало 2000-х прошло при полном доминировании русских гроссмейстеров (часто из бывших союзных республик), эмигрировавших в Америку, чаще всего они выигрывали чемпионаты Америки и занимали большинство мест в топ-10 участников. Я бы не назвала их жизнь сладкой: выиграть турнир и получить какое-то количество денег (часто не очень большое) довольно трудно. Компания World Chess by Agon составила первый рейтинг заработков ведущих профессиональных шахматистов. За 2018 год только 8 человек во всём мире имели доходы выше 100 000 евро. А средний заработок элитного гроссмейстера в 2018 году был меньше 30 000 евро. Многие гроссмейстеры переключились на тренерскую работу, и если у них это получалось хорошо, то они забрасывали или почти забрасывали свои личные турниры. Тренерская работа могла приносить какие-то деньги, достаточные для оплаты дома и страховок, если человек был очень активный и продвигал свою школу, организовывал летние сборы и соревнования. Да, конечно, времена Советского Союза, когда гроссмейстерам не нужно было преподавать, прошли: здесь, в США, нужно зарабатывать деньги. Для тех, кто продолжал играть, какой-то спонсор купил дом в Силиконовой долине, где жило несколько гроссмейстеров; жить, однако, в одном доме для взрослых людей непросто.
После вышесказанного понятно, что даже способные дети перестают играть уже в старших классах или играют редко, поскольку надо получать хорошие отметки и хорошие отзывы для университета. Хорошими тренерами остаются наши шахматисты из Советского Союза (разных этнических групп, много армян) и некоторые американцы, например без семьи, которые способны работать за идею, то есть почти без денег.
Шахматы очень популярны среди детей в Америке. Шахматы занимали у нас много времени, поскольку обычный турнир идёт целый день — две игры по 5–6 часов (обычный максимум). Маленькие дети играют четыре игры по часу. Крупные турниры, обычно не в нашем городе, идут 2–4 дня. Дети играют, а родители много общаются между собой. Так мы сдружились с несколькими китайскими и индийскими семьями в нашем городе, потом уже встречались и за пределами шахматных турниров. И конечно, русские, которых мы встречали на турнирах в разных городах, были очень приятными людьми, обычно муж — профессор или занимает какую-то старшую должность в компании, а жена ездит с детьми на турниры; то есть для игры в шахматы, помимо таланта у детей, нужны также деньги (это не Россия, где до сих пор хорошие дети-шахматисты ездят на турниры бесплатно), а ещё свободное время. Поскольку я работала, то мы ездили мало — в основном на все праздники, благо турниры как раз в это время тоже проводятся. Мой младший сын, когда был в младшей школе, даже выигрывал первенство штата и входил в топ-20 для своей возрастной группы по Америке. Но потом стал продвигаться медленно, хотя и оставался первым в городе и входил в топ-100 (разные позиции в разные годы). Возможно, потому, что у него никогда не было особо дорогого и успешного тренера. Шахматы очень популярны среди детей в Америке, все школы между собой соревнуются в течение всего года, поэтому даже на чемпионатах мира американские дети в младшем школьном возрасте часто выигрывают, а вот в более старшем возрасте уже обычно нет. Чтобы было понятно, чего стоит такая успешная игра: наш знакомый русский ребенок, который к окончанию школы получил звание международного мастера, никогда не ходил в школу, очень много занимался шахматами с очень хорошими тренерами, правда, в школе он сдавал экзамены экстерном очень успешно и ещё брал какие-то классы в университете. Кстати, дети, хорошо играющие в шахматы, были и топ-учениками в школе: видимо, шахматная игра приучает к собранности; ещё нужна очень хорошая память, чтобы помнить ходы, а также способность к аналитическому мышлению, поскольку нужно просчитывать вперёд на много ходов.
Потом у меня возникла мысль, чтобы сделать шахматы более привлекательными, вложить в шахматный клуб несколько идей. Так мы организовали шахматный клуб при университете, один из родителей — профессор — помог с помещением в здании, где он работает, а также с лекциями. Ещё один отец провёл агитационную работу, а я разработала идеологию клуба, была председателем и фактически находилась в этом клубе. Клуб просуществовал 1.5 года, что для организации, где деньги не были вовлечены, довольно много. Идеология клуба была такая: вначале — шахматная лекция, если можем, то приглашаем профессиональных тренеров, они себя рекламируют, а ещё мы проводим соревнования — вот тут деньги идут этим тренерам. Оплата турнира обычная, даже чуть дешевле, организуют тренеры, а помещение для них — бесплатное. Обычно приходится платить большие деньги за ренту помещения. B другие недели лекции читали сами дети: сначала наиболее продвинутые, а потом у меня читали почти все. Дети знают эти все шахматные дебюты, гамбиты, эндшпили очень хорошо, и то, что они могут об этом рассказать, уже развивает их умение держаться перед аудиторией, умение говорить. Учиться этому лучше на материале, который они знают лучше всего — сами играли и анализировали много раз. Мой младший сын, конечно, тоже участвовал в этом нe один раз, и, возможно, это ему пригодилось, когда он стал играть сложные роли в школьных спектаклях. Кроме того, благодаря тому, что клуб находился в университете, мы могли приглашать профессоров с разных факультетов, чтобы они рассказывали про те специальности, по которым они учат студентов (профессорам тоже нужно отчитываться за общественную работу в массах). После таких лекций (обычно по полчаса, профессора делали по часу) ребята оставались и играли. Ещё одно общее мероприятие было таким: более сильные ребята — пара человек — выбирались для анализа игры более слабых ребят, у них это тоже хорошо получалось.
3.5. Школа
Основным постулатом чартерной американской школы, в которой учился мой сын, было сочетание европейского подхода к всестороннему характеру образования, американской креативности и
