На ужин Нел постаралась, была жареная скумбрия и отварное мясо. Она хотела сделать «шашлик», но я ее переубедил, сказав что для этого нужно молодое и свежее мясо. Во время ужина Раг поднял всем настроение, спросив меня будут ли женщины там куда мы плывем. Пришлось мальчику соврать, что нас там столько женщин ждут, что нам их будет трудно прокормить.
— Раг хороший охотник, всех прокормит, — хвастался луома под смех брата и сестры. После ужина все занялись своими делами, я же сидел молча и думал, глядя на огонь.
Мысли были самые разнообразные и среди них была главная: «а если все нормальные места уже заняты, что делать, воевать или вливаться в местное общество»? Я хотел создать свою империю, оставить ее потомкам, а что если империи уже существуют, а мне просто не повезло и попал в жопу древнего мира. Ночь была звездная, на мгновение мне показалось, что я вижу МКС, но это наверное был какой-нибудь метеорит, сгоревший в атмосфере.
Я долго сидел, увидел как в палатку направились братья, затем в ту сторону пошла Нел, но я окликнул ее.
— Нел подойди. Девушка сразу подошла, не задавая вопросов.
— Нел, здесь мы познакомились с тобой, здесь я гонялся за тобой прошлой весной. И завтра мы отсюда уплывем. Ты будешь скучать по этим местам?
— Макс, я не знаю что скучать. Мы пойдем туда куда ты скажешь, ты наш вождь. И может мы найдем места, где больше добычи и зима совсем теплая, как раньше.
— Пойдем, — я вскочил и потащил за собой девушку. Мы дошли до той группки деревьев где Нел стала женщиной. И хотя было еще довольно прохладно, мы истекали потом занимаясь сексом, это была самая страстная ночь за все наше время. Нел плакала, визжала, стонала, кусалась и царапалась. Я понимал, что парни нас могут слышать, но не мог остановиться, раз за разом набрасываясь на нее. Прошла целая вечность, прежде чем мы насытились друг другом. Молча лежали рядом на зеленой нежной траве, погруженные в свои мысли.
Наконец озябнув я поднялся, накидывая на себя шкуру. Нел также оделась и уже двинулась в сторону палатки когда я остановил ее.
— Пойдем на обрыв, в последний раз посмотри на долину, что два года кормила нас.
Выйдя к краю обрыва я вначале не понял, приняв это за мерцание звездочек на низком небосклоне, но Нел поняла сразу:
— Костры, — голос девушки звучал тревожно, но без страха. Всмотревшись я понял, что это действительно костры, целых шесть прямо у самой реки подальше от скал. Если приблизительно посчитать, то у костров находилось пять шесть десятков людей. Это мог быть как боевой отряд и все племя вместе с женщинами и детьми. Могло быть и совершенно новое племя, которое не сгинуло в мороз и пересидев зиму в пещерах, решило идти туда где теплее.
Легче от этого не было, у нас под боком находился враг, а мы не могли отплыть потому что сейчас шел отлив, и вода уходила в море, ставив плот на песке. До утра мы были в абсолютной безопасности, ночью дикари не воюют и стараются не передвигаться без крайней необходимости. От костров у самой реки до нашего обрыва для нас было около трех часов хода. Предположим, что дикарям идти на час больше — они на чужой территории и будут идти осторожно.
Если допустить худший вариант и дикари с самого утра пойдут в сторону обрыва, наткнутся на трупы своих сородичей, начнут атаку, мы просто не успеем отплыть: только в час дня прилив поднимет плот. С другой стороны, с какой стати дикари должны ни свет ни заря ломануться в сторону обрыва? Если это все племя, то логичнее что они останутся на месте. Выслав вперед разведчиков, которые могут обнаружить, а могут и не заметить трупы. И даже обнаружив трупы им придется вернуться к своим, чтобы на месте решать что делать дальше.
Я немного успокоился, не стоит паниковать, пока дикари проснутся, очухаются и дойдут до обрыва, а может они вообще не пойдут в эту сторону, предпочтя отправиться вправо по побережью на запад, мы пять раз успеем отплыть.
Удивляла многочисленность племени кангов, которые в разведку могли отправить почти три десятка воинов. Скорее всего это было не одно племя, а целый союз племен, теснимый ледниками. Однозначно я умный, что еще год назад понял необходимость поиска нового места для жилья: не будь у меня плота мы оказались бы в ловушке и были бы просто задавлены численностью врагов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Утром послал на обрыв Бара, наказав следить за противником и сообщить если он начнет движение в нашу сторону. Нел собрала мясо которое высохло до приемлемого состояния, все наши вещи были перенесены на плот и теперь мы ожидали только прилива. Пока ждал возможности отплыть мне в голову пришла идея сделать якорь: привязал небольшой обломок скалы килограмм на сорок к свободному концу второго троса. Пришлось отвязать трос от колышка, вбитого мной на берегу и привязать камень к свободному концу. Затем якорь лег на песок, выполняя функцию прикола на причале. Получился якорь с длиной троса около пятнадцати метров, думаю этого хватит. Если стать на якорь, где глубина моря больше человеческого роста, ни один дикарь не полезет в воду, плавание здесь пока неизвестно, хотя мои луома или точнее русы, более или менее научились.
Мы на пляже ждали пока вода поднимется, никогда еще прилив не подбирался так медленно как сегодня. Бара на обрыве сменил Раг, который ушел взяв с собой и копье и большой запас камней для рогатки. Полчаса спустя, когда до плота воде оставалось дойти метр, Раг появился:
— Макс, два отряда по пять человек направились в долину. Я поспешил за парнем на обрыв: удивительно как на таком расстоянии он сумел точно посчитать два маленьких отряда, у меня картинка смазывалась, я видел точки, которые сливались в глазах. Через полчаса стало ясно, что одна группа взяла правее от нас направление, решив исследовать каменную гряду, вторая группа шла вглубь долины, практически прямо на нас.
Даже если они будут идти максимально быстро, переходя временами на бег, им понадобится час, чтобы приблизиться к нашему обрыву. А прилив уже через полчаса будет в своей высшей точке. Еще через полчаса фигурки людей увеличились до размера детей ясельного возраста, они шли довольно быстро. В этот момент к нам прибежал Бар, который сообщил, что плот уже на воде. Я окинул последним взглядом равнину, ставшую мне родной, кормившую нас два года. Капсула, стояла немного накренившись, подошел погладил корпус рукой, поднялся наверх и до отказа закрыл затвор. «Я еще вернусь, милая», — пообещал ей, словно это был живой человек. И на минуту мне показалось, что я услышал вибрацию металла, словно моя капсула прощалась со мной, напутствуя в дорогу.
— Пошли Раг, нам пора искать себе новый дом, — ребята двинулись за мной молча. Мы вышли к пляжу, плот покачивался на мелкой зыби приливных волн. Мы взошли на плот, я донес наш якорь до плота и опустил на самый край, мы медленно поплыли по направлению к выходу из бухты, преодолевая силу прилива. Раг и Бар взялись за весла, гребя как я их учил на нашем маленьком плоту. Тяжелая махина двинулась неторопливо и вальяжно, словно не хотела покидать ставшей такой родной бухты.
Глава 21. На восток
Когда мы вышли из бухты, сразу стала заметна разница плавания в тихой воде и в открытом море: на море были небольшие волны, но даже их было достаточно, чтобы приходилось балансировать, удерживая равновесие. Плот все время покачивался, пусть и незначительно. Но линия горизонта то поднималась, то опускалась.
Я не стал далеко отходить в море, примерно на расстоянии двухсот метров от береговой линии мы взяли курс на восток, ориентируясь по солнцу. Если бы не прилив, я бы шел еще ближе к морю, но во время прилива мы просто могли не заметить рифы или мель и наскочить на них. Сядешь на мель во время прилива, считай там и останешься. На мель лучше садиться во время отлива. Тогда прилив сам снимет плот с мели, но лучше избегать таких экспериментов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда мы обогнули каменную гряду вдоль которой тек ручей, то взгляду открылось каменное нагорье. Эту часть я никогда не видел: камни и валуны тянулись в восточную сторону и в глубину материка сколько хватало глаз. Сам берег был приподнятый. никакого следа песка, серые безжизненные скалы. Это меня очень удачно вынесло в капсуле в мою уютную бухточку. Скорость передвижения у нас была невысокой, даже через три часа после взятия курса на восток, мы не отплыли больше десяти километров: пешком прошли бы куда больше.
