застал со своей женой Румянцева, который взбешенному рогоносцу доходчиво объяснил, что возмещение было за многократное пользование. Возмущенная этим поступком императрица Елизавета немедленно отослала Петра к отцу, а тот – за поведение, порочащее звание полковника, – сначала сына публично высек, а потом женил. В Семилетнюю войну, отличившись при Егерсдорфе и Кольберге, Петр Румянцев стал любимцем Петра ІІІ, который пожаловал его в генерал-аншефы, награждая при этом орденами. Румянцев одним из немногих сохранил ему преданность во время лишения его власти. Императрица Екатерина ІІ, которая была не прочь воспользоваться талантами генерала, поспешила разубедить Румянцева в том, что «бывший его фавер ему в порок служить будет», и отозвала его из армии. Он не спешил, развлекался с прелестницей в Данциге, а когда все-таки прибыл в столицу, то заслужил отзыв: «Румянцев с его надменным нравом и решительным тоном едва ли удержится». Это не оправдалось, своенравная, но практичная императрица более не выказывала своего неудовольствия. Причиной этого, мне кажется, была якобы текшая в Румянцеве царская кровь. Он получил назначение правителя Малороссии вместо гетмана Разумовского, откланялся 21 декабря 1764 года Екатерине ІІ и отбыл, чтобы 30 лет править самым непростым краем Российской империи. По дороге карета опрокинулась и военачальник, который и до и после был неуязвим даже в гуще боя, получил телесные повреждения, от которых не сразу оправился. Поэтому первым делом во вверенном ему крае стало приведение в порядок дорог.
П. А. Румянцев. Худ. Т. Г. Шевченко, 1844 г.
Много сил и энергии у Румянцева забрало Генеральное описание Левобережной Украины, проводимое почти 5 лет. Но, несмотря на благие намерения, оно вызвало большой интерес лишь спустя сто лет, да и то – у историков. Большое значение имело введение конной почты, которая не только перевозила конверты с посланиями, но даже и небольшие грузы (не более 10 пудов). Особенно благодарны мы правителю Украины за внедрение в нашей стране как основного продукта питания… картофеля. Сенат указом 31 мая 1765 года прислал подробное наставление, как разводить «земляные яблоки», а вскоре было получено 12 пудов самого продукта. Граф, проштудировав инструкцию, понял, что садить ее не время. Заморский продукт сгрузили в казенный погреб, где он немного подмерз, но удалось спасти два пуда, которые раздали для посадки. Граф эту важную операцию держал под личным контролем. Результаты вы вкушаете. Так что grande merci графу!
Румянцев уделял внимание всем вопросам, стараясь искоренить бытующие в народе суеверия, предписал в 1767 году разослать по всему краю разъяснение, что все чародейства, внушения, колдовства силы не имеют и не опасны. На следующий год правитель провел целую серию мероприятий против пьянства, «порока столь мерзкого, от которого текут наибольше злые дела», а именно драки, беспокойства, ночной шум. Граф пытался ввести порядок, равенство по взиманию налогов. Также в корне пресекались неоправданные поборы с приезжих, мздоимство при судах и делопроизводствах.
В то же время события в Польше, а особенно война с Турцией надолго отвлекали Румянцева от «малороссийских дел». Не могу не остановиться на одной военной операции, которая прославила его на века, сделала фельдмаршалом, а Суворова и Кутузова вдохновила в будущем называть Румянцева своим учителем. Это битва при Кагуле 21 июля 1771 года, когда полководец вступил в битву с десятикратно преобладающим противником, вышел победителем, к тому же без значительных потерь. При этом Румянцев, увидев дрогнувшие российские части, со словами: «Стой, ребята!» сам повел их в контратаку. Эта победа и ряд других, им достигнутых, в конце концов привела к Кючук-Кайнарджийскому миру, в результате которого Крым стал независимым от Порты, а Россия получала выход к Черному морю в виде трех портов, одним из которых стала Одесса. Сам виновник торжества занемог и пожинал плоды победы, лежа в постели. По выздоровлении на Румянцева посыпались награды и отличия. К его фамилии прибавлялась приставка Задунайский; дозволено писать свое отчество с окончанием «-вич» (только Потемкину и Разумовскому были позднее даны такие привилегии). Ему жаловались: за разумное командование – бриллиантами украшенный повелительный жезл; за храбрые предприятия – шпага, алмазами украшенная; за победы – лавровый венок; за заключение мира – масличная ветвь; в знак монаршей ласки – орден Св. Андрея Первозванного; для увеселения – пять тысяч душ в Гомеле; для построения дома – сто тысяч; для его стола – серебряный сервиз; для убранства дома – картины… Из всего перечисленного меня, как патриота Киева интересует одно: где жезл фельдмаршала? Его после смерти отца Н. П. Румянцев передал на вечное хранение в Киево-Печерскую Лавру. Он там был до 1921 года, откуда его забрали в Москву. Что было далее… Об этом история умалчивает.
Покончив с турецкой армией, Румянцев взялся за разрешение проблем в подвластном крае, к тому же наступило время разделения империи на губернии меньшего объема с населением от 300 до 400 тыс. душ, а их в свою очередь на уезды от 20 до 30 тыс. душ. Пока шла подготовка к созданию новых административных регионов, Румянцев проживал в д. ишенки на Черниговщине (сохранился дворец, где сейчас приют престарелых), наслаждаясь сельской жизнью с небольшим числом приближенных, и с большим – женского пола (общение с турками не прошло даром). Граф, живя с женой Екатериной Голицыной только для продолжения рода (у них было три сына, каждый из них – замечательная личность), был всегда окружен своеобразным гаремом. И, не смотря на это, ни одна из прелестниц не смогла оторвать Румянцева от выполнения им в крае прямых обязанностей: охранять землю от разбойников, бороться с пожарами, нищими, которых было не счесть, особенно возле святынь Киева. Не было того дела, вне зависимости от важности, которое бы игнорировал правитель: от приведения к нормам применяемых купцами мер и весов до прокладки дорог, чистоты улиц и освещения их, укрепления мостов, посадки различных насаждений возле домов и вдоль дорог, чтобы движение проезжего проходило в тени. Тогда и был проложен тот путь, по которому мы отправляемся из Киева в Глухов, а там и в Москву. Через территорию края пролегали основные дороги в Европу, поэтому всем обывателям было введено обязательное «воздержание от пьянства и бесчинства, ласковое и дружеское обхождение с соседями и гостеприимное с приезжими». Так что порядок в наших землях начался не столько с приходом Рюриковичей, сколько с назначением Румянцева. Но если в крае стало спокойно, то на свои имения у графа не хватало времени, о чем он сетовал в письме к Репнину: «У меня ничего не растет, не зреет и не собирается». Он был одним из крупнейших в России землевладельцев, и после
