какая разница кто кому предложил, главное, чтобы сработало.
Зарубились неплохо. Время от времени Голодец останавливал игру и разъяснял ошибки, подсказывал что-то персонально. Но в одном из моментов, когда Аничкин излишне жестко встретил Данилу и тот кубарем полетел по чахлой траве, тренер решительно скомандовал:
— Шабаш! Вы так друг дружку поубиваете. Вокруг поля бегом марш!
Футболисты было заворчали, но, нарвавшись на недовольный взгляд Бескова, который по-прежнему стоял неподалеку и внимательно наблюдал за тренировкой, начали привычно выстраиваться в колонну. Мельник заметил, что Дерюгин и Семенов ушли. А вот Ривелино и переводчица остались. И если очкастая мымра сидела с прежним недовольным видом на скамейке и равнодушно глазела по сторонам, то бразильский талант стоял рядом со старшим тренером «Динамо» и смотрел за тренировкой очень внимательно. Что ж. Молодец парень, сразу пытается въехать в игру своей будущей команды. Профи. Кстати, можно было намекнуть Дерюгину, что вместо экскурсии по базе Ривелино надо было отправить на тренировку — у бразильцев же тяга к мячу появляется с молоком матери. Что ему комнаты и кровати — вы ему мяч дайте. О, а ведь интересно, куда его жить определят? Небось, гостиницу какую приглядели.
Пробежав несколько кругов, динамовцы по команде тренера перешли на ходьбу и, пройдя метров триста-четыреста, собрались в центре поля.
— Ну, как настроение? — осведомился Голодец. — Не устали, часом?
— Да не, порядок! — вразнобой откликнулись игроки. — Можно и еще малость позаниматься.
— А вот это уже лишнее! — отрезал подошедший Бесков. — Перегружать организм не следует. — Константин Иванович внимательно оглядел своих футболистов. Вроде бы все в порядке, лица бодрые, веселые. На стоящего рядом с тренером заморского новичка поглядывают со сдержанным любопытством. — Если кто не в курсе, — не стал тянуть кота за известное место Бесков, — то сообщаю: это игрок бразильской сборной и с сегодняшнего дня наш одноклубник. Прошу любить и жаловать, Ривелино. У нас в аренде до конца чемпионата. Сейчас утрясаются последние детали с Федерацией, так что в ближайших матчах он уже вполне может выйти на поле. Тем более, что сам рвется в бой.
Переводчица, вставшая за плечом бразильца, склонилась к его уху и торопливо переводила речь старшего тренера. Футболист улыбался и согласно кивал.
— Константин Иванович, можно вопрос? — Аничкин словно прилежный школьник поднял руку. Бесков недовольно вздохнул.
— Валяй.
— А в Кубке кубков он играть за нас в финале с «Барселоной» сможет?
Тренер мрачно пожевал губу.
— Вряд ли. Мы заявку заранее подавали, он в ней не значится.
— Жаль, — разочарованно вздохнул капитан.
— Что за упаднические настроения? — мгновенно вызверился Бесков. — Вы что, без легионера ни на что не годитесь? Это переводить не нужно! — повернул он голову к переводчице. — В общем так, дискуссию завершаем. В душ и на ужин. Сегодня ночуете на базе. — Игроки заворчали. — Я сказал, на базе! — повысил голос Константин Иванович. — Хватит с меня ваших загулов и драк. Ничего, поскучаете, не развалитесь.
— Это ж какая сука нас заложила? — вполголоса поинтересовался Маслов. — Я ведь халдеям сотку лишнюю подкинул, чтобы рот на замке держали. Вот гниды брехливые! Ну ничего, доберусь я до них, слезами кровавыми умоются.
— Да ладно тебе, — повернулся к приятелю Аничкин. — Думаешь, там без них некому настучать было? Вот ты наивный.
А Мельник тем временем напряженно размышлял, как можно связаться с Валей и сообщить ей о том, что сегодняшняя вечерняя встреча и обещанный серьезный разговор не состоятся. Желательно, корректно. Бля, бешенная ведь девка — нафантазирует себе какую-нибудь глупость с чушью пополам и жди беды. Кто его знает, что придет в голову подруге. С нее вполне станется завалиться прямиком на базу и устроить здесь хороший скандал.
— Дани! — Ривелино подошел к Мельнику и требовательно подергал за рукав футболки. — Скажи, а ты в какой комнате живешь? Может быть, разместимся вместе? — Бразилец говорил с забавным акцентом, иногда смешно путая окончания и падежи, и Данила невольно улыбнулся.
— Хорошо, я поговорю со своим соседом. Думаю, он поймет. А тебе уже выделили номер?
— О, да, — оживился Ривелино. — Знаешь, у нас такие комнаты не всегда даже для сборной дают. Все просто замечательно.
— Надо же, — удивился Мельник. — А я думал, что тебе покажется все очень скромным и простым. Кстати, а твоя переводчица куда делась?
— А, — легкомысленно улыбнулся бразилец. — Сказала, что ей пора уезжать домой. Обещала приехать завтра. Мне она, правда, совсем не понравилась. Футбол не любит, смотрит, будто островной ботропс.
— Кто?!
— Это, — Ривелино замялся, подыскивая слова. — Змея такая. Очень ядовитая и опасная. У нас есть остров — Кеймада-Гранди — так вот на нем этих тварей просто не сосчитать. Говорят, что несколько тысяч. Не знаю, не проверял. Но если такая гадина укусит человека, то пиши пропало — верная смерть! — Футболист быстро перекрестился.
— Ты что, верующий? — поинтересовался Данила.
— О, да! — истово закивал бразилец. — Вся моя семья очень религиозна. И у меня с самого детства воспитывали любовь к богу. А мой отец не терпел, если я пытался ослушаться. Он тогда брался за ремень. — Ривелино помрачнел. — Отстал только когда я подписал свой первый контракт с «Коринтиансом». Вот тогда он понял, что благодаря моему увлечению футболом можно заполучить хорошие деньги.
— Скажи, если не секрет, конечно, — спросил Мельник. — А как твоему клубу заплатили за аренду?
— Не знаю, — пожал плечами бразилец. — Но синьор президент, глава клуба, был очень доволен и улыбался так широко, словно ему улыбнулась Дева Мария, — он снова набожно перекрестился.
— Понятно, — кивнул Данила. В конце концов, какая разница, сколько там получили хозяева «Коринтианса» или сам Ривелино. Главное, что по настоящему классный игрок мирового уровня оказался в «Динамо». По хорошему, если они славно пошумят в Европе, то цена на талантливого бразильца подскочит до небес и его боссы не останутся внакладе. В этом розыгрыше еврокубка, правда, «Динамит» им уже не поможет, но зато осенью вполне отработает, как надо. Лишь бы травмы не помешали.
— Малой, ты чего там застрял? — окликнул Мельника Сергей Сергеевич Ильин. — Хватай своего приятеля и веди на ужин. Потом поболтаете.
Малявиной Данила так и не дозвонился. В сам театр пробился, но звать актрису к телефону неизвестная дама с начальственным баритоном отказалась категорически. Дескать, не положено перед спектаклем отрывать людей от дела и сбивать им настрой. В принципе, наверное, она права. Футболисты ведь тоже страсть как не любят, если перед важной игрой кто-то лезет с посторонними вопросами или разговорами. Такой болтун легко может схлопотать по мордасам. Бывали прецеденты.
В общем, Мельник не стал нарываться и просто попросил передать Валентине, что он не
