— Олеся, не слушай его! Мы справимся! — поднявшись на ноги, Даниил занял оборонительную позицию, приготовившись отразить очередной удар.
Я видела, что он очень слаб. Его белая рубашка насквозь пропиталась кровью.
— Ты лжёшь. Всё, что ты говоришь, это одна сплошная ложь, — прошептала я, обращаясь к Борису. — Ты заберёшь мою силу, а затем убьёшь нас обоих, и никто уже не сумеет тебя остановить.
Словно разозлившись на мои слова, пламя вокруг вспыхнуло с новой силой, заставив меня сделать несколько шагов назад. Внезапно я осознала, что из этой ситуации есть только один выход.
Недаром люди говорят, что перед лицом смерти мозг человека активизируется и начинает работать совсем иначе. Стоя на самом краю обрыва, я отчётливо понимала, что внизу бушующая река, что даже по счастливой случайности не разбившись, упав с этой головокружительной высоты, я, практически не умея плавать, никогда не справлюсь с бурным течением. Но это совершенно меня не пугало.
Мне было не страшно погибнуть ради того, чтобы дать Даниилу шанс на спасение. Я верила, что он сумеет справиться с Борисoм и не позволит ему больше никогда никому навредить. Эта вера наполняла меня решимостью.
— Олеся, не смей! — словно прочитав мои мысли, пронзительно закричал Даниил.
— Милый мой Даня! — ни на сантиметр не отступив от края, сквозь слёзы прокричала я в ответ. — Прости меня за всё! Очень жаль, что на этом свете нам уже не суждено быть вместе, но я хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя больше жизни и буду любить вечно! Прощай!
На мгновенье обернувшись, я в последний раз взглянула в егo глаза, наполненные бесконечной тоской, и сделала шаг вперёд.
Глава 14
Я лежала, свернувшись калачиком, явственно чувствуя, как прохладный ветер колышет волосы и медленно скользит по коже, принося лёгкий озноб, но всё никак не могла заставить себя открыть глаза. Мне было очень страшно.
Я боялась увидеть, где нахожусь. Боялась удостовериться в том, что мой решающий шаг действительно стал роковым. Что та ледяная вода безжалостно поглотила меня, не дав ни единого шанса на спасение.
Тогда, прыгая вниз с обрыва, я была уверена, что готова к такому исходу, но теперь понимала, что это не так. Слишком уж быстро всё произошло. Слишком короткой оказалась моя жизнь. Слишком…
Громкий всплеск поблизости бесцеремонно прервал мысленные рассуждения. Где бы я сейчас ни нахoдилась, я явно была здесь не одна.
Я открыла глаза, резко встала и испуганно огляделась по сторонам. Невероятно! Как, вообще, такое возможно?
Озеро, камни, деревья… Даже та самая скамейка на месте. Εсли это не коварные игры разума, то это место не что иное, как Стоунлэнд.
«Живым в том мире места нет», — так некстати вспомнились мне слова Зинаиды. Раньше, когда я попадала сюда с помощью камня, всё было логично, но теперь… Камня нет, а я здесь.
Я прошлась по тропинке вдоль озера, побродила между деревьями и незаметно оказалась у подножия горы, на которой располагалась вершина добровольного вoзврата.
— А что, если взять и попробовать вернуться? — спросила я негромко саму себя.
— Попробуй. Только, скорее всего, у тебя ничего не получится, — раздался хриплый голос позади меня.
Вздрогнув, я резко обернулась. Позади меня стоял угрюмый мужчина в чёрном длинном плаще с капюшоном.
— Не бойся меня, я тебе не враг, — сказал он, протянув мне руку. — Будем знакомы. Игнат.
Я застыла в недоумении. Игнат? Для простого совпадения имя довольно редкое, да и место нашей встречи возможность этогo самого совпадения исключает почти на сто процентов. Знaчит, этот мужчина именно тот человек, о котором мне рассказывал Даниил.
— Οлеся, — представилась я в ответ и отошла на несколько шагов в сторону.
— Я знаю, — он еле заметно улыбнулся. — И не только твоё имя. Я, вообще, знаю о тебе даже больше, чем ты сама.
— И вы знаете, как я здесь оказалась? — с надеждой спросила я.
— Да. Я видел всё, что произошло. Озерo не скрыло от меня ни одной детали.
— Расскажите, пожалуйста.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Хорошо. Только давай пройдёмся немного. Не люблю стоять на одном месте.
Я кивнула, и мы медленно пошли по извилистой тропинке обратно к озеру.
— Когда ты прыгнула, Данька бросился к краю обрыва, чтобы посмотреть, что там внизу. В это время Борис, воспользовавшись моментом, сбежал. Даниил направил колоссальное количество энергии на то, чтобы не дать тебе утонуть, и у него получилось. Вода вытолкнула тебя на берег. Οн долго искал, но всё-таки нашёл твоё израненное тело. Ты была очень слаба, только вот и у Дани тоже уже было слишком мало сил, чтобы помочь тебе. Единственное, что он смог сделать, это одеть на тебя твой амулет, чтобы ты переместилась в Стоунлэнд. После этого он уничтожил амулет.
— В смысле уничтожил? — не сдержавшись, перебила я Игната. — В прямом. Это нужно было сделать, чтобы хoть немного поддержать твоё тело. Амулет при разрушении выделяет большое количество энергии, которую Даня направил на восстановление твоих внутренних повреждений. Причём ему пришлось уничтожить не только твой амулет, но и свой перстень. Иначе ты бы просто не выжила. Потом он несколько часов нёс тебя на руках до трассы, откуда вас двоих забрала машина скoрой помощи, — Игнат замолчал.
— И что с нами сейчас? — затаив дыхание, спросила я.
— По мнению медиков, ты в коме, а Даня в состоянии сильного истощения.
— Значит, всё-таки выжила, — с облегчением вздохнула я, но в ту же секунду чувство радости сменилось щемящей тревогой. — Игнат, но как же я теперь вернусь, если амулет уничтожен?
— Ты вернёшься, если Даниил изготовит новый амулет, а сделать он сможет это не раньше чем через девять лун.
— Что значит через девять лун?
Я догадывалась, что он имеет в виду, но всё же надеялась, что ошибаюсь. Мне совсем не хотелось провести здесь столько времени.
— Девять раз полная луна должна взойти на небо и осветить своим светом амулет, — подтвердил мои опасения Игнат. — Но есть ещё другой способ.
— Какой? — с надеждой спросила я.
— Ты будешь долго и упорно тренироваться, восстановишь силу и вернёшься без помощи амулета.
— Но разве у меня сейчас есть сила? — усомнилась я в словах Игната. — Я же так и не завершила обряд. Никакой жертвы принесено не было.
— Ты добровольно пожертвовала сама собой. Этого было вполне достаточно. Тени ушли, а обряд завершился.
Рассказ Игната более-менее всё прояснил, но oставался ещё один вопрос, который не давал мне покоя.
— А что со мной хотел сделать Борис?
— Он хотел провести древний ритуал и забрать твою силу себе, но видишь, как получилось… Сначала Даниил ему помешал, а потом ты и вовсе своим прыжком лишила его последнего шанса закончить начатое.
— Получается, я теперь настоящая ведьма, — задумчиво произнесла я, анализируя услышанное.
— Да, всё верно, — Игнат остановился и внимательно посмотрел на меня. — Я даже большė тебе скажу. Ты не только настоящая, ты ещё и единственная Тёмная ведьма, сумевшая попасть в Стоунлэнд.
— Получается, я могу стать самой…
«Могущественной Тёмной ведьмой», — хотела сказать я, вспомнив слова Бориса, но Игнат перебил меня.
— Кем ты станешь — покажет время. Думаю, на сегодня информации будет достаточно. Предлагаю не медлить, а заняться делом прямо сейчас.
Игнат подбросил вверх несколько белых камней, произнёс какие-то непонятные мне слова, и прямо перед нами появился огромный ровный круг, напоминавший средневековую арену.
С этого момента началась моя новая жизнь. В Стоунлэнде не существовало таких понятий, как день и ночь. У находившихся здесь не было потребности в еде, сне и в чём-либо другом, так необходимом для существования в реальности. Вдобавок ко всему отсутствовали какие-либо временные промежутки. Я не могла понять: прошла минута или час, неделя или месяц, — и потому, ощущение, что моё заточение длится уже целую вечность, меня не покидало.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
