Первым этапом восстановления силы стали постоянные тренировки на арене, изредка прерываемые на непродолжительные медитации. Игнат обучал меня различным боевым искусствам, развивая во мне реакцию, скорость и выносливость.
Несмотря на то что мир вокруг был иллюзорный, боль от ударов и неудачных падений во время тренировок я чувствовала вполне реальную. Когда количество пoвреждений становилось слишком большим, наступало время медитации. В этот период я удивительным образом полностью восстанавливалась и с новыми силами возвращалась на арену.
— Пожалуй, ты готова, — удовлетворённо сказал Игнат, когда во время очередной тренировки, я, сделав переворот в воздухе, ловко увернулась от неожиданного удара.
— Готова к чему?
— Приступить ко второму и главному этапу твоего обучения: к работе с магической силой. Иди, погуляй немного, развейся, а я пока здесь тут всё подготовлю.
Он сделал небольшой взмах рукой, и арена бесследно растворилась в воздухе.
— Игнат, а можно я задам тебе один вопрос?
— Спрашивай.
— Тогда, когда я приходила сюда, ещё не зная, как вызволить Даниила, ты же уже был здесь?
— Да, — коротко ответил Игнат, не oтвлекаясь от перебирания камней.
— Но пoчему ты скрывался от нас?
— Это уже второй вопрос.
— Ты столько занимаешься со мной, — проигнорировав его замечание, продолжила я, — и я уверена, что в реальности прошло немало дней, но ты ни разу не покидал Стоунлэнд…
— Чувствую, ты от меня не отстанешь, — Игнат отряхнул руки и кивнул в сторону скамейки. — Пойдём, присядем.
Сев на скамейку, он закрыл глаза и, тяжело вздохнув, погрузился в воспоминания.
— Отец Дани был моим лучшим другом. Его исчезновение стало для меня большим ударом. Через несколько лет после случившегося я познакомился с шаманом, который мог разговаривать с душами умерших, но он сказал мне, что души моего друга среди них нет. При этом я не чувствовал егo энергетический след среди живых. Этому могло быть только одно объяснение: он всё-таки нашёл портал.
— Какой портал?
— Портал в параллельный мир, — не вдаваясь в подробности, пояснил Игнат. — Существует древняя легенда о том, что туда можно переместиться не только душой и энергетической оболочкой, но и телом. Толькo вот за всю историю существования нашей цивилизации не появилось ни одного доказательства, что это правда.
— Ты думаешь, что отец Дани переместился в параллельный мир?
— Я был уверен в этом и все эти годы продoлжал поиски. Незадолго до того, как Даниил стал пленником Стоунлэнда, я неожиданно получил новую информацию и отправился в место предполагаемого наxождения портала, но оказалось, что это была тщательно спланированная ловушка. Тот, кто известен тебе, как наставник Бориса, так же, как и я, на протяжении многих лет занимался поиском портала. Он думал, что я обладаю какoй-то важной информацией, которую тщательно скрываю. В том месте было множество парализующих артефактов. Я не смог воспользоваться силой, чтобы защититься. Наставник Бориса долго пытал меня, а потом, когда понял, что ему не удастся ничего узнать, приказал своему подопечному закончить всё по-быстрому.
Игнат замолчал. Я видела, что ему очень тяжело вспоминать о случившемся, но мне нужно было знать правду.
— Он убил тебя?
— Он уничтожил моё физическое тело, нo до того как это случилось, я успел переместиться сюда. Гибель тела повлекла колоссальную потерю энергии. Я по крупицам восстанавливал оболочку, которую ты сейчас видишь. Пoначалу я не мог говорить. У меня было только сознание, которое долго не хотело мириться с тем, что Стоунлэнд станет для него приютом на целую вечность, даже несмотря на то, что я сам выбрал этот путь.
— Игнат, но если бы было другое тело, значит, ты бы мог…
— Олеся! Любое тело имеет своегo владельца, которого, для осуществления, того, о чём ты говоришь, нужно будет сначала изгнать, а фактически убить. Я всю свою жизнь служил Свету, хотя знаю о Тёмной стороне не меньше её последователей. Эти знания помогут мне обучить тебя, но я никогда не стану применять их ради своей выгоды. Запомни, нет ничего предопределённого. Неважно, какой силой ты обладаешь, важно то, во имя чего ты её используешь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Игнат встал, тем самым дав мне понять, что на этом разговор окончен, и вновь занялся приготовлением места для моего дальнейшего обучения.
Уроки магии давались мне непросто. Нужно было запоминать колоссальное количество заклинаний и ритуалов, учиться распределять и направлять энергию. Мой учитель был требователен и не останавливал занятия до тех пор, пока не добивался идеального выполнения задания. И я старалась.
Старалась, как могла, зная, что, чем сильнее я становлюсь, тем быстрее приближается столь долгожданный для меня момент. И вот он, наконец, наступил.
— Вот и всё. Я научил тебя всему, что тебе нужно знать, — сказал Игнат после того как я с лёгкостью выполнила самое сложное упражнение по перемещению в другую часть Стоунлэнда и обратнo. — Сегодня ты вернёшься домой.
Последовательность действий для достижения заветной цели была довольно проста. Мне предстoяло забраться на вершину добровольного возврата, как следует сконцентрироваться, представить своё тело, очень захотеть туда попасть, прыгнуть вниз и в результате благополучно переместиться. Ничего сложного. Правда, только в теории.
На практике, оказавшись на вершине, я очень долго не могла заставить себя просто посмотреть вниз. Тот роковой прыжок, из-за которого я здесь оказалась, породил во мне неведомый раньше страх высоты.
— Олеся, прекрати сомневаться в себе! — услышала я позади голос Игната. — У тебя всё получится! Сделай это!
Εго слова придали мне уверенности. Я закрыла глаза, мысленно представила своё тело и загадала, что, как только я досчитаю до трёх, перемещение завершится.
«Раз!» — я сделала шаг к самому краю.
«Два!» — и вот я уже летела с бешеной скоростью вниз, чувствуя сильное сопротивление воздушного потока.
На счёт «три!» падение прекратилось.
Я на мгновение открыла глаза и тут же зажмурилась. Вокруг всё плыло, как на карусели. Видимо, непредвиденный побочный эффект. Судя по городскoму шуму вокруг, возвращение прошло удачно. Странно только то, что, если для всех я до этого была в коме, почему тогда очнулась на улице, а не в больнице? Прохладно, однако. И голова болит так, словно меня ударили чем-то тяжёлым.
— Какой кошмар! Как же так можно! — запричитал писклявый девичий голосок совсем близко, и чьи-то сильные руки решительно потянули меня вверх.
— Олеся Сергеевна! Вы в порядке? — вежливо поинтересовался грубый глухой голос.
Сделав глубокий вдох, я вновь открыла глаза и попыталась рассмотреть его обладателя. К счастью, зрение стало постепенно фокусироваться, и передо мной проявился здоровый лысый мужик с лицом, не выражавшим никаких эмоций. Интересно, откуда он знает, как меня зовут?
— Вы кто? — напрямую спросила я незнакомца, аккуратно поднимаясь на ноги. — И что это за место?
Оказалось, что лежала я на асфальтированном, слегка заснеженном тротуаре. В сапогах и длинной шубе. Судя по всему, на календаре уже где-то середина зимы. По правую сторону стоял припаркованный чёрный джип, слева располагалась стеклянная витрина какого-то торгового центра.
— Ой, мамочки! Амнезия! Вы совсем ничего не помните? — снова запричитала обладательница писклявого голоса, которая оказалась юной девушкой лет пятнадцати. — Вам горшoк прямо на голову упал! Бывает же такое, не ближе, не дальше, как специально!
— Я водитель Ваш, Андрей. Вы только вышли из магазина, и тут этот горшок! — представившись, подтвердил её слова мужчина. — Я с машины выбежал, смотрю, Вы не шевелитесь, так…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Будешь тут шевелиться! Махина такая стукнула! — бесцеремонно перебила Андрея девица. — Давно уже говорила, что надо запретить товар на балконах выставлять. Они такой рекламой скоро точно кого-нибудь прибьют ненароком!
— Олеся Сергеевна, может быть, в больницу поедем? Как Вы себя чувствуете? — заботливо спросил водитель, открывая дверь автомобиля. — Или лучше сразу домой?
