Напомним, что холодное оружие использовалось не только для быстрого и окончательного перерубания шеи. На Востоке и в Азии, главным образом в Индии, Китае и Персии, его применяли для предсмертных пыток.
Человеку сначала наносили довольно глубокие раны или «надрубали» шею, а умерщвляли, медленно отпиливая голову мечом. Острое лезвие совершало бесчисленное множество возвратно-поступательных движений, постепенно погружаясь в плоть под тяжестью собственного веса.
Казнь графа Эгмонта. Зачастую одного удара оказывалось недостаточно. Гравюра Берже. Частн. кол.
В Европе обезглавливание никогда не являлось пыткой и осуществлялось примерно одним и тем же способом. Все европейские летописи содержат многочисленные описания таких казней.
В Англии, России и многочисленных немецких княжествах головы рубили топором, во Франции, Италии, Испании — мечом. Арабы предпочитали саблю. В общем, можно сказать, что северные страны предпочитали топор, латинские — меч.
В Англии, в правление Генриха VIII, происходило более семисот казней в год, две трети совершались топором. Сам монарх не колеблясь отправил на плаху двух из шести своих жен — Анну Болейн и Катерину Говард.
В 1554 году по приказу Марии Тюдор топором отрубили головы семнадцатилетней принцессе Джейн Грей, ее мужу и отцу. В 1587 году топор лишил жизни Марию Стюарт, королеву Шотландии, обезглавленную в тюрьме по приказу своей кузины Елизаветы I. И опять-таки топором в 1649 году на площади перед Уйатхоллом казнили Карла I Стюарта.
Душа к работе не лежит
Казнь Якова Шотландского, герцога Монмауса, в 1685 году на Тауэрхилл была ужасна. «Первым ударом палач лишь ранил законного сына Карла II. Монмаус поднял голову и с упреком взглянул на палача Джона Кеча. Тот нанес три удара подряд, но судорожно бьющуюся голову так и не удалось отделить от туловища. В толпе раздались крики. Палач выругался и бросил топор со словами: «Сердце не лежит». Шериф приказал ему продолжать. Толпа угрожала подняться на эшафот и разобраться с Кечем. Он поднял топор, нанес еще два удара, но и этого оказалось недостаточно. Ему пришлось воспользоваться ножом, чтобы отделить наконец голову герцога».
К началу XVIII века обезглавливание в Великобритании постепенно уступило место повешению. В России отсечение головы отменила Екатерина Великая, а в Германии, в рейнских землях, топор применяли еще в начале XIX века. К нему вернулись при Третьем рейхе — нацисты использовали его наряду с гильотиной и повешением. Именно топором казнили, например, Ван Дер Люббе, обвиненного в поджоге Рейхстага. До 1945 года этим древним способом были казнены сотни осужденных.
В Малине (территория современной Бельгии), по свидетельству архивных документов, в период между 1370 и 1390 годами из шестисот семидесяти пяти казней двести семьдесят семь были осуществлены при помощи топора.
Во Франции топор тоже использовали, но, как и в Италии, там быстро провели грань между топором и мечом. Приговоренных дворянского сословия постепенно избавили от топора, применявшегося для казни простолюдинов, предоставив им право умирать от меча, благородного оружия. Со временем обезглавливание, к которому изначально приговаривали выходцев из всех слоев общества, стало привилегией дворянства, топор окончательно ушел в прошлое, а разночинцев стали отправлять на виселицу или колесовать.
В итоге обезглавливание применяли все реже, а в начале XVIII века исчез и призванный внушать ужас обычай, когда палач разрубал обезглавленное тело на четыре части, которые вывешивали у главных ворот, тогда как голову водружали на столб на месте казни.
Принять смерть не от клинка, а любым иным способом считалось в Европе унизительным. Брантом пишет, что Франциск I, недовольный поведением некоторых придворных, пообещал «безжалостно» вешать тех, кто бесчестит дам.
О «благородности» обезглавливания свидетельствует и дело Хорна. Граф Анри де Хорн, внук принца де Линя и кузен регента, завлек в ловушку биржевого игрока под предлогом покупки акций на сто тысяч экю. Хорн с сообщником убили и ограбили этого человека. Их арестовали. Когда убийство было доказано, попавшие в неловкое положение судьи решили проконсультироваться с регентом, но тот объявил: «Пусть свершится правосудие». Тот факт, что убитый был евреем, по мнению графа, оправдывал его. Судьи были убеждены, что регент помилует родственника, и приговорили обоих к колесованию: так тогда казнили за подобные преступления. Семьи осужденных быстро поняли, что на помилование рассчитывать не стоит, и потребовали, по крайней мере, приговора к обезглавливанию, поскольку колесование считалось самой позорной казнью и бесчестье ляжет пятном на семьи и даже на самого регента, ведь он тоже связан с графом Хорном. Регент возразил цитатой из Корнеля: «Постыдно преступление, а не эшафот».
Обезглаливание саблей. Картина Реньо. D.R.
Две бесценных головы
Любовь заставила двух знатных дам — герцогиню Неверскую и Маргариту Валуа — совершить весьма странный поступок.
Любовником первой был уроженец Пьемонта граф Аннибал Коконас, второй — сир де Ламоль.
Оба отличились прискорбным рвением в Варфоломеевскую ночь и поступили на службу к герцогу Алансонскому, младшему брату Карла IX. Они вступили в заговор с целью убить короля — тот сильно болел и вскоре умер, — с тем чтобы корона досталась герцогу, а не его брату Генриху III, незадолго до этого ставшему королем Польши.
Заговор раскрыли, Коконаса и Ламоля привели на эшафот в апреле 1574 года. Герцогиня Неверская и Маргарита Валуа получили после казни головы своих возлюбленных и приказали их забальзамировать, чтобы сохранить. Александр Дюма-отец сделал этих женщин героинями «Королевы Марго», а Стендаль вспомнил об эпизоде бальзамирования голов в романе «Красное и черное».
Успех процедуры обезглавливания зависел только от исполнителя. Все решала сноровка: голова могла отлететь с первого раза, но, если требовалось, наносили несколько ударов. Меч палача был тяжелым, с длинным широким заостренным клинком. Этот меч держали двумя руками. Чтобы управляться с таким орудием, от палача требовалась недюжинная сила.
Палач раскручивал меч над головой, чтобы придать удару большую силу, и обрушивал его на шею осужденного. Обезглавить человека не так легко, ведь шея куда крепче, чем кажется на первый взгляд. В многочисленных отчетах о казнях говорится о том, что меч палача нередко страдал во время процедуры. Так, в документе, датированном 1476 годом, сообщается, что парижскому палачу выделили шестьдесят су на «восстановление старого меча, который зазубрился во время свершения правосудия над мессиром Людовиком Люксембургским», обезглавленным по приказу Людовика XI. В 1792 году парижский палач напоминает министру, что «после казни меч становится непригодным для следующей процедуры, ибо зазубривается. Совершенно необходимо заново его обрабатывать и заострять, когда приходится казнить сразу несколько осужденных. Необходимо также отметить, что при подобных казнях мечи часто ломаются».
Обезглавливание маршала Бирона. Гравюра. Частн. кол.
Что касается обезглавливания топором, процедура осуществляется следующим образом: осужденный кладет голову на плаху, и палач наносит сильный удар по шее. Когда казнят мечом, задача остается неизменной — отделение головы от туловища, однако существует несколько различных приемов.
Способ первый: как и при обезглавливании топором, осужденный опускается на колени со связанными за спиной руками и кладет голову на деревянную плаху. В некоторых случаях осужденному позволяли остаться со свободными руками. Так было, например, с господами де Ту и Сен-Маром.
Способ второй: осужденный стоит на коленях либо сидит на корточках, склонив голову на грудь так, чтобы открыть шею палачу. В этом случае руки осужденному обычно связывали впереди.
Третий способ — казнь в полный рост. Самый редкий и трудный метод обезглавливания, рискованный как для палача, которому в таком положении сложнее нанести удар, так и для осужденного: если палач неудачно наносил удар, он мог попасть не по шее, а по голове или плечу.
Обезглавливание «стоя» требовало от палача немалой сноровки. Этот способ применяли главным образом в Китае: так казнили тех, кто имел счастье встречаться с императором, тогда как обычных осужденных при обезглавливании ставили на колени.
Обезглавливание стоя применялось также в нескольких государствах Персидского залива и было традиционным в Йемене. В 1962 году на главной площади Таиза таким образом публично обезглавили двух осужденных за покушение на имама Мансура.
