Задумавшись, о фанатизме Эдварда во всем, что касалось его экспериментов, я вдруг вспомнила, что в какой-то его работе читала про ритуальную булавку Шойси,по описанию очень похожую на ту, что упиралась сейчас острым концом мне в шею. С помощью этого артефакта приносили жертвы богине Марре. Считалось, что умерщвленный таким образом человек, погибал навсегда, и душа его навеки уходила в услужение богине. Призвать дух жертвы после этого было невозможно.
Но был еще один нюанс, который давал мне надежду. Булавку Шойси использовали некроманты во время войны, когда противник был заведомо сильнее. Тогда добровольно жертвуя свою душу, можно было прихватить с собой и души врагов. В ситуации, когда смерть в любом случае уже неминуема, это был способ уйти достойно и даже в посмертии победить.
И вот сейчас, даже не будучи уверенной, что это та самая ритуальная булавка, сомневаясь, что богиня Марра примет добровольную жертву не некроманта, а обычной человеческой женщины, я все равно понимала, что у меня нет другого выхода, кроме как рискнуть.
По щеке покатилась слеза, я видела злое и растерянное лицо Роберта и понимала, что он тоже отчаянно пытается придумать выход из этой ситуации, но не может. Секунды стремительно убегали, и я услышала, как Эдвард начал шептать слова ритуального призыва.
И с каким-то злым торжеством - все-таки я оказалась права насчет булавки - я успела быстро прошептать :”забери душу мою и душу врага моего навеки” и со всей силы повернула голову так, чтобы булавка вонзилась как можно глубже.
Я даже не почувствовала боли, только услышала отчаянный крик Роберта: “Аделина!” и одновременно с этим пронзительный детский зов: “Мама!”
Глава 30.
Я стояла посреди огромного пустынного поля. Резкий ветер периодически налетал, трепля волосы, взметая клубы серого песка и перекатывая туда-сюда сухие ветви. Больше здесь ничего не происходило.
Не знаю сколько времени я простояла так, слушая свист ветра и шорох песка. Иногда мне мерещились чьи-то голоса, но стоило прислушаться внимательнее, как я слышала все тот же свист.
Я не могла никуда уйти с этого поля, стоило только сделать шаг, как в груди начинало невыносимо ныть и тянуть, и я спешила поставить ногу обратно. И когда я уже привыкла к мысли, что мне предстоит целую вечность простоять посреди этого поля, пытаясь что-то расслышать в шуме ветра, передо мной появилась юная девушка.
Красивая, темноволосая, с сияющими зелеными глазами, в которых странным образом сочетались досада и предвкушение. Простое белое платье, без украшений, мягкими складками облегало стройную фигуру.
- Стоишь? - сочувственно спросила она.
- Стою, - вздохнула я.
- Идти пробовала? - деловито спросила девушка.
- Не получается, - снова вздохнула я.
- Ясно, значит крепко держат, - непонятно ответила девушка, кивая своим мыслям, - ну и неудивительно.
- Постой! - крикнула я, увидев, что девушка собирается уходить, - кто ты? И что это за место?
Девушка непонимающе нахмурилась, а потом звонко рассмеялась.
- А кому ты душу обещала? - отсмеявшись, спросила она.
- Ты и есть грозная Марра? - не поверила я.
- Пфф, - весело фыркнула девушка, - разве я грозная? Вот братец мой в гневе страшен, я сама его побаиваюсь. Вот и на тебя он сейчас сильно сердит, что дар его погубить хотела.
- Какой дар? - не поняла я.
- Ну как же? Ребенка он тебе послал в награду, будущего великого целителя, за то, что благодаря тебе сильная жрица у него будет, а ты его чуть не убила.
- Эдвард все равно бы убил и меня и ребенка, а так я смогла спасти Роберта и Людвига, - я понуро склонила голову.
- Вот если б Эдвард убил, он бы и отвечал, - назидательно ответила Марра, - но Ярос хотел какую-то свою игру провести, думаю, он планировал вас спасти, а тут ты со своим самопожертвованием. Знаешь как брат не любит, когда его планы ломают! Вот и решил тебя проучить, здесь подольше продержать.
- Погоди, - вдруг встрепенулась я, - ты сказала, чуть не убила! Как это возможно? Разве мы уже не все?...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Нет не все! - передразнила она, - говорю же, держат тебя. А душа ребенка вообще еще в теле. Раз уж брат решил, что пора родиться великому целителю, то не отступится. Помаринует маленько, да обратно отпустит. Любит он, чтобы все было четко по плану.
Тут она наклонила голову набок и как-то по-особенному меня оглядев, ухмыльнулась.
- А я люблю импровизацию, когда все внезапно и все планы в бездну! Раз уж Ярос мне запретил тебя забирать раньше срока, то все равно же за тобой должок? - она хитро взглянула на меня.
- А что я могу отдать? - я зябко поежилась. Встревать в непонятные игры богов очень не хотелось.
- Ничего не надо отдавать! Совсем наоборот! - она ослепительно улыбнулась, - просто у нас с братом давно есть спор нерешенный, может ли женщина быть некромантом, вот мы и проверим!
И Марра вдруг резко ударила меня в грудь. От резкой боли я закрыла глаза и почувствовала, как лечу куда-то вниз со страшной скоростью.
Меня словно впечатало в каменную стену со всей силы и я не сразу смогла открыть глаза. Веки почему-то тоже стали очень тяжелыми, а руки и вовсе не поднимались. Память возвращалась урывками. Сначала я просто лежала, не осознавая, кто я и где я, бездумно пытаясь что-то разглядеть в окружающем полумраке.
Потом я вспомнила встречу с богиней и лениво размышляла, было ли это сном или бредом. Но потом словно яркая вспышка мой мозг пронзило воспоминание об Эдварде, его вселении в бедного барона Торнтона, и я распахнула глаза во всю ширь.
- Аделина! Очнулась! - услышала я радостный женский возглас, и надо мной склонилось лицо Риллианны.
Я не успела ничего ответить, как ко мне подбежали Роберт и Людвиг и начали меня обнимать и тормошить. И даже призрак магистра Трабера носился наверху кругами, издавая какие-то торжествующие возгласы на непонятном языке.
- Воды, - хрипло попросила я, щупая рукой перебинтованную шею.
- Да, конечно, сейчас, - засуетилась Риллианна и строго скомандовала, - отойдите от Аделины, ей дышать нечем, а лучше вообще выйдите хоть на полчасика. Теперь уже самое страшное позади.
Как ни странно,Роберт молча кивнул, подхватил на руки Люса и вышел из спальни. Магистр поколебался немного, но под строгим взглядом Риллианны как-то стушевался, и тоже послушно выплыл из комнаты. “Ничего себе, как она их тут всех построила”, - подумала я, а вслух сказала:
Как ты тут оказалась и что произошло?
- Мне видение было, - спокойно ответила Риллианна, разматывая мое горло.
-Ты не бойся, раны уже нет, и внутренние повреждения я все залечила, - привычно затараторила она, улыбаясь, совсем как прежняя леди Дью-Берри и протягивая стакан с прохладной водой, - про остальное тебе расскажут попозже, я сама не все знаю, но, главное,что все позади, ты жива и девочка тоже.
- Какая девочка? - удивилась я, чуть не поперхнувшись водой.
-Ох, точно, - вспыхнула Рилли, - ты же еще не знаешь, у тебя дочка будет, с сильным целительским даром. А мне предназначено быть ее наставницей. Это такая честь! Знаешь, у жриц могут быть только духовные дочери, но обычно,это происходит в гораздо более зрелом возрасте, а я еще пока сама мало знаю и умею, но выбор пал на меня!
- Погоди-погоди, - прервала я трескотню Риллианны, - то есть, у меня будет дочь-целительница, а ты ей будешь вроде крестной?
- Кого?, - спросила Рилли, недоуменно нахмурившись.
- Неважно, - махнула я рукой, - я уже могу встать?
- Не стоит, - Риллиана строго посмотрела и покачала головой, - раны больше нет, но моральное потрясение было очень сильное, и в любой момент может настигнуть откат. Сильные успокоительные зелья тебе сейчас нельзя, так что я пока рядом побуду, если что, смогу успокоить ментально.
- Да вроде я себя нормально чувствую, спокойно, - с сомнением произнесла я и зевнула.
