Я освободилась из-под его руки и оделась, неся свою обувь по коридору к комнате Шепли. Америка сидела на кровати, и Шепли стягивал свою футболку через голову, стоя перед шкафом.
— Все в порядке, Эбби? — спросил он.
— Мери? — сказала я, показывая чтобы она вышла в холл.
Она кивнула, смотря с возрастающим напряжением
— Что происходит?
— Мне нужно чтобы ты отвезла меня в Морган. Я не могу ждать до завтра.
Одна из половинок её рта, искривилось в знакомой ухмылке
— Ты никогда не любила прощаться.
Шепли и Америка помогли мне с моим багажом, и я наблюдала как меняется пейзаж по пути в Морган Холл.
Когда мы внесли мои сумки в мою комнату, Америка обняла меня.
— Эх, без тебя все будет по-другому.
— Спасибо, что привела меня домой. Солнце поднимется через несколько часов. Тебе лучше идти, — сказала я, обняв её ещё раз на прощание.
Америка не оглянулась, когда выходила из комнаты, и я нервно пожевала губы, зная как она разозлиться когда узнает, что я сделала.
Моя футболка затрещала от статического электричества, когда я стянула её. Это означало, что зима грядет.
Чувствуя себя немного потерянной, я свернулась в клубок под толстым одеялом, и дышала через нос. Запах Тревиса был все ещё на моей коже.
Кровать была холодной и чужой, она отличалась от теплого матраца Тревиса. Я провела тридцать дней в тесной квартире с одним из самых известных раздолбаев Восточного Универа, и после все препирательств и внезапных гостей, это было единственное место где я хотела быть.
Телефон начал звонить в 8 часов утра, и звонил каждые 5 минут на протяжении часа.
— Эбби! — простонала Кара, — возьми свой идиотский телефон.
Я выключила в нем звук. И это было до тех пор, пока не раздались удары в дверь, и я поняла, что мне не удастся прятаться тут весь день, как я планировала.
Кара потянула за ручку
— Что?
Америка не глядя прошла мимо неё, и встала перед моей кроватью
— Что за херня происходит? — закричала она.
Её глаза была красными и опухшими, и она все ещё была в пижаме.
Я привстала
— Что такое, Мери?
— Тревис спятил к хуям! Он не говорит с нами, он разгромил всю квартиру, и со всей дури разъебал радио о стену… Шеп не может привести его в чувство.
Я протерла глаза тыльной стороной ладони, и заморгала
— Я не знаю.
— Да не пизди! Ты расскажешь, что блять происходит, и расскажешь сейчас!
Кара схватила свою сумку и выбежала. Она хлопнула дверью, и я нахмурилась, боясь что она расскажет все начальнику общежития, или ещё хуже декану.
— Да, боже Америка, успокойся, — прошептала я.
Она заскрипела зубами
— Что ты сделала?
Я понимала, что он будет зол на меня, но я не думала, что он впадет в ярость
— Я… не знаю, — сглотнула я.
— Да он набросился на Шепа, когда узнал, что он помог тебе съехать. Эбби! Пожалуйста, скажи мне! — умоляюще проговорила она, её глаза свернули, — это все до жути пугает меня!
Её страх требовал ответа
— Я не сказала до свидания. Ты же знаешь, это тяжело для меня.
— Что-то ещё, Эбби. У него нахуй крыша поехала! Я слышала как он звал тебя, потом он начал носиться повсюду ища тебя. Он ворвался в комнату Шелпи, намереваясь узнать где ты. Потом он стал звонить тебе.
Снова, и снова и снова, — она вздохнула, — его лицо было… Боже, Эбби. Я никогда его таким не видела.
— Он разорвал постельное белье, и выбросил его, выбросил подушки, разбил кулаком зеркало, и ударил ногой дверь и… выбил её с петель! Ты представь, он выбил дверь! Я такое только в кино видела, я и не думала, что в живую это так страшно.
Я закрыла свои глаза, сдерживая слезы, что должны были вот-вот политься по моим щекам.
Америка ткнула меня своим мобильным
— Ты должна ему позвонить. Сказать, что все в порядке.
— Лады, я позвоню ему.
Она ткнула меня снова
— Нет, ты позвонишь ему сейчас.
Я взяла её телефон, и провела пальцем по кнопкам, пытаясь понять, что я буду говорить ему. Она вырвала его из моих рук, набрала номер и вернула его обратно. Я глубоко вздохнула, и поднесла телефон к уху.
— Мери? — волнительно спросил Тревис.
— Это я.
Он помолчал, прежде чем продолжил говорить
— Что за хуйня произошла прошлой ночью? Я просыпаюсь утром, тебя нет и ты… ты даже не попрощалась.
Почему?
— Извини, Я…
— Извини? Да я тут на стенку лез! Ты не берешь трубку, ты улизнула и чт… почему? Я думал, что мы наконец во всем разобрались!
— Мне нужно просто немного времени, чтобы все обдумать.
— Что обдумать? — он умолк, — Я сделал тебе больно?
— Нет! Ничего такого! Мне действительно… действительно жаль. Я уверена, что Америка сказала тебе. Я ненавижу прощаться.
— Я должен тебя увидеть, — отчаянно произнес он.
Я вздохнула, — Мне нужно много сделать сегодня, Трев. Мне нужно разобрать вещи, и у меня куча нестираной одежды.
— Ты пожалеешь, — произнес он сломанным голосом.
— Это не то… не то что есть. Мы друзья. Ничего не изменилось.
— Друзья? Тогда что за хуйня была этой ночью? — сказал он, и в его голосе звучал гнев.
Я сжала веки глаз
— Я знаю, что ты хочешь. Я не могу это сделать… прямо сейчас.
— То есть тебе нужно немного времени? — спокойней произнес он, — Ты должна была мне сказать сразу, не нужно было убегать.
— Это самый легкий путь.
— Для кого?
— Я не могу спать. Я продолжала думать обо всем этом утром, когда клала вещи в машину Мери… Я не могу сделать это, Трев, — сказала я.
— Плохо уже то, что ты не можешь быть здесь сейчас. Ты не можешь просто выкинуть меня из своей жизни.
Я натужно улыбнулась
— Увидимся завтра. Я не хочу показаться странной, лады? Мне нужно обдумать, это все.
— Лады, — сказал он, — Я смогу это пережить.
Я повесила трубку, и Америка выпучилась на меня
— Ты, что СПАЛА С НИМ?! Ты сука! Ты даже мне не собиралась говорить?
Я закатила глаза и повалилась на подушку.
— Деле не в тебе, Мери. Все навалилось и превратилось в гребанный снежный ком.
— Почему такие трудности? Я двое должны радоваться до потери пульса, а не выбивать двери и прятаться в своих комнатах.
— Я не могу быть с ним, — прошептала я, смотря в потолок.
Её рука накрыла мою, и я мягко заговорила
— Тревису нужно работать над собой. Я понимаю, все, что думаешь по поводу него, но взгляни как он изменился ради тебя. Подумай о прошедших двух неделях. Он не Мик.
— Да я как Мик! Я запуталась с Тревисом и все над чем мы работали просто… пуф!!! — сказала я показав пальцами взрыв, — Вот так!
