— Да, — решительно заявила Агнес. — Скажите, ссуды, которую можно получить под залог поместья Спрингхолл, хватит, чтобы выйти из кризиса?
На лице Берджеса мелькнул испуг.
— Конечно, хватит, — торопливо ответил он. — Но это же ваше родовое поместье, леди Агнес, и Гордон никогда…
— Поскольку, как вы только что справедливо заметили, это мое родовое поместье, я вправе распоряжаться им по своему усмотрению, — остановила его Агнес. — Я намерена заложить его, а полученную ссуду немедленно перевести на счет мистера Стэмфорда и его компании…
— Н-но… — заикаясь, попытался возразить управляющий, однако Агнес снова не дала ему сказать ни слова.
— Я сделаю это в любом случае, но, если вы будете долго думать, мой шаг окажется запоздалым и ненужным, — категорично заявила она. — Вы же не желаете, мистер Берджес, чтобы моя жертва оказалась напрасной и наш с Гордоном наследник остался и без денег отца, и без имения матери?
Вся гамма разноречивых чувств промелькнула на лице управляющего, и он, улыбнувшись, махнул рукой:
— Хорошо, миссис Стэмфорд! Я все сделаю! Вы действительно всех нас спасаете. Наверное, вы очень любите своего мужа!
— Да, очень, — твердо, без малейшего колебания сказала Агнес.
— Документы на Спрингхолл, разумеется, хранятся у вас дома?
— Нет, я взяла их с собой. И если необходимо присутствие моего адвоката, он будет буквально через десять минут.
— Пройдемте в кабинет, леди Агнес! У нас очень мало времени и очень много дел, если мы действительно хотим спасти положение.
Гордон появился в Спрингхолле вечером, никого не предупредив о своем приезде. Агнес только что закончила готовить ужин и села за стол, чтобы просмотреть в газеты.
Когда дверь в гостиную открылась и на пороге возник Гордон, Агнес вскочила, беззвучно произнося его имя. В то же мгновение он бросился к ней и сжал в объятиях, осыпая поцелуями. Это было, похоже на сон, в котором исполняются все желания.
— Всего один вопрос, Агнес, — сказал он, отстраняясь и заглядывая ей в глаза. — Несмотря на все глупости, которые я вытворял, несмотря всю боль, что я тебе причинил, ты… хотя бы немного любила меня?
Лицо Агнес ответило ему лучше всяких слов.
— Господи, почему ты молчала? Почему ты все это время делала вид, будто я тебе безразличен?
— Потому что думала, что это я тебе безразлична! — призналась она, подняв счастливые глаза.
Гордон похудел, на лице его появилось выражение какой-то беззащитности. Агнес прикоснулась к его заросшему щетиной подбородку и замерла, когда он, поймав ее запястье, начал целовать один за другим пальцы.
— Все, что мне нужно в этой жизни, — это ты! — пробормотал он. — Не леди Рокуэлл, а ты, маленькая и бесконечно сильная, глупенькая и бесконечно мудрая Агнес. Я полюбил тебя с первой встречи и, приходя в гости к Тимоти, завидовал тому, что он может запросто общаться с тобой, а я — нет. Ты не представляешь, что со мной творилось. Твой дед каким-то образом догадался об этом и перед смертью завещал мне позаботиться о его внучке. Разумеется, он надеялся, что я, женившись на тебе, возьму на себя заботу об Спрингхолле, но, по-моему, он желал счастья и тебе самой…
— Он знал, что я люблю тебя?
— Так ты действительно меня любила?.. Господи, так он и здесь был прав…
— Но ты заявлял, что берешь меня в жены ради титула и прав на имение для своего сына?
— А как еще я мог убедить тебя принять мое предложение? Ведь я был убежден, что ты презираешь меня как плебея? На чем еще я мог сыграть, как не на твоем чувстве долга и обещании, которое ты дала деду? А потом, я так боялся, что ты выйдешь за Рональда…
— За Рональда? Какая чушь!
— Это теперь я понимаю, что чушь, а когда Сьюзен во время своего визита в Спрингхолл заявила между делом, что ты собираешься замуж за своего адвоката…
— Еще бы, ведь она мечтала сама выйти за тебя.
— Совершенно верно. От Сьюзен я отделался, а от страха потерять тебя — не смог.
— Выходит, нужно поблагодарить сестру за то, что она, сама того не желая, соединила нас?
— Выходит, что так! — улыбнулся Гордон.
— А ведь она меня уверяла, что такой мужчина, как ты, даже не взглянет на такую дурнушку, как я… И вправду, Гордон, как ты мог полюбить меня? Ведь я не красива, как Сьюзен, не элегантна, как эти твои женщины с фотографий в газетах, не остроумна, как…
— Ты — прекрасна, — просто сказал Гордон, — и этим все сказано. А потом, ты с ранних лет проявляла такую самоотверженность, самостоятельность и чуткость, которая твоим сверстницам и не снилась. До переезда в Уорикшир я был уверен, — что никогда никого не полюблю и брак мне противопоказан.
— Тем более что рядом с тобой была тетка, которая заботилась о тебе…
— …Как сестра и мать одновременно. Кстати, именно поэтому она так ревновала тебя ко мне. Она боялась, что ты не сможешь любить меня так, как любит она… Когда я встретил тебя, все мои представления о жизни перевернулись. Я вдруг обнаружил, что не все сводится к успеху, и в особенности — к успеху финансовому, что самое дорогое и самое труднодостижимое — это внимание и любовь другого человека. Я совершенно не надеялся на взаимность, во-первых, из-за разницы в нашем с тобой происхождении, во-вторых, из-за твоей отчужденности и холодности ко мне…
— Я боялась, что, выдав свои чувства к тебе, стану предметом твоих насмешек.
— Какие глупцы мы с тобой были, Агнес! — воскликнул он, прижимая ее к себе.
— После той самой первой ночи с тобой я готова была открыть правду, и, если бы ты зашел или позвонил, все открылось бы. Но появилась Лора…
— Прости ее, Агнес, — вздохнул Гордон, целуя ее волосы. — Лора по-своему боролась за мое счастье. Она уже поняла, что была не права, и хотела исчезнуть из моей жизни, но я сказал ей, что ты — необыкновенно чуткая и добрая душа и простишь ее …
— Я постараюсь, — пообещала она. — В конце концов, она не бросила тебя в самый тяжелый момент твоей жизни…
— Да, — согласился Гордон. — Скажи, Агнес, ты действительно… готова была пожертвовать своим поместьем?
— Конечно, — сказала Агнес. — Кстати, как твои дела?.. Нет, нет, ничего не говори, — воскликнула она, увидев, как он напрягся. — Я вышла замуж за тебя, а не за твои миллионы. Если честно, Гордон, я готова была отречься от имени, поместья, титула своего будущего сына, от всего на свете, если бы ты позвал меня. И когда я узнала об угрозе банкротства, мне на мгновение стало даже легче, ведь в этом случае никто не смог бы упрекнуть меня в том, что я вышла за тебя по расчету.
— Но вышло как в поговорке: не было бы счастья, да несчастье помогло. Самое главное: мы оба знаем теперь, что любим друг друга. Кроме того, я не просто устоял, но и получил крупный выигрыш, правда, совсем в другом деле, — такое сплошь и рядом бывает в финансовых играх. Сегодня я богаче и могущественнее, чем когда-либо в прошлом, но весь мой капитал не стоит одного твоего пальчика, Агнес.
