периодическим обострением симптомов. Пациенты часто жалуются на боль в животе, кровавый понос и дефицит нутриентов, однако также могут столкнуться и с воспалительными проблемами, выходящими за пределы желудочно-кишечного тракта. Это язвы в полости рта, кожные высыпания, боли в суставах и покраснения глаз. Первым делом врачи Оливии назначили ей стероиды, которые быстро успокоили ее воспаленный кишечник, однако не подходили для длительного применения из-за токсичных побочных эффектов. Затем Оливия перешла на азатиоприн, один из тех препаратов, которые доктор Картер назначил Джею. Каждые несколько недель пациентке также вводили один биологический, то есть полученный из живых организмов, препарат. Это был инфликсимаб – генетически модифицированное антитело, направленное против воспалительного цитокина TNF-α, который вырабатывается макрофагами и другими иммунными клетками. Подавление цитокина TNF-α вызывает цепную реакцию, так как TNF-α запускает целый каскад дополнительных воспалительных молекул, участвующих в различных заболеваниях, в том числе IL‑1β (цитокин, на который нацелен канакинумаб, который также классифицируется как биологический препарат) и IL‑6.
Иногда для самых тяжелых случаев воспалительных заболеваний кишечника оптимальным вариантом становится комбинация из нескольких препаратов. Так как каждый из них использует свои механизмы лечения воспаленного кишечника, они могут дополнять друг друга.
На этих препаратах Оливия набрала вес, а ее самочувствие улучшилось, однако они сделали ее тревожной. Такая схема лечения была более безвредной, чем длительный прием стероидов, однако определенная опасность все же существовала. Пациенты, принимающие инфликсимаб, могут заболеть инфекциями, от которых защищает TNF-α, например туберкулезом. Они также подвергаются небольшому, но реальному риску развития лимфомы и других видов рака. Ко всему прочему, со временем многие средства от воспалительных болезней кишечника могут потерять свою эффективность.
Лекарства способны облегчить симптомы и помочь предотвратить катастрофические осложнения болезни Крона, такие как кишечные фистулы и сужения или даже рак, однако вылечить болезнь, как правило, оказывается невозможно. Вот почему Оливия так отчаянно пыталась сделать все возможное, чтобы побороть свое воспаление. Так, она обратилась за советом по поводу питания. Интернет пестрит историями о том, как пациентам с воспалительными болезнями кишечника удалось вернуть его к жизни за счет изменения своего рациона. Многочисленные книги и блоги твердят, что противовоспалительная диета может вылечить все – от аутоиммунных расстройств до сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. Вместе с тем не было единого мнения по поводу состава такого рациона. Можно ли включать в него злаки, в особенности те, что содержат глютен? А как насчет молочных продуктов или бобовых?
Оливия не одинока. Многие пациенты приходят в мою клинику, желая узнать, как им следует питаться, чтобы предотвратить или вылечить воспаление: одни страдают от повышенной чувствительности к пшенице и пищевой непереносимости, другим мешают жить серьезные аутоиммунные заболевания, в том числе воспалительная болезнь кишечника. Даже здоровые люди, все больше осознающие связь между воспалением и болезнью, ищут конкретные ответы.
Воспаление стало одним из самых популярных слов в массовой культуре, а противовоспалительная диета – одной из самых актуальных, но запутанных тем в нутрициологии. Так как угроза эпидемий и пандемий сохраняется в XXI веке, люди стремятся питаться и жить так, чтобы активно укреплять свой иммунитет.
Большая часть иммунной системы расположена в кишечнике, который постоянно подвергается внешним воздействиям. Существует три основных канала[29], через которые триггеры воспаления попадают в организм: кожа, легкие и – особенно уязвимая точка входа – желудочно-кишечный тракт. Полые трубки желудочно-кишечного тракта, площадь поверхности которых намного больше, чем у кожи, находятся, по сути, снаружи организма. Желудочно-кишечный тракт начинается во рту, где стартует пищеварительный процесс, а слюна в процессе пережевывания помогает расщеплять пищу. После проглатывания еды пищевод совершает волнообразные сокращения, проталкивая ее в желудок, где она задерживается и перемешивается. Затем еда попадает в тонкий кишечник, представляющий собой длинную свернутую трубку длиной порядка шести метров. Здесь с помощью пищеварительных ферментов поджелудочной железы и желчи из печени происходит дальнейшее размельчение кусочков пищи, а также всасывание нутриентов из нее в кровь. Отходы, состоящие из остатков пищи и бактерий, проходят через толстый кишечник, который поглощает содержащуюся в них воду, после чего они попадают в прямую кишку и выводятся из организма. Если разрезать желудочно-кишечный тракт вдоль по длине, то площадь его слизистой оболочки – того самого барьера, что контактирует с чужеродными для нашего организма материалами, – оказалась бы как у небольшой однокомнатной квартиры.
Врожденный иммунный ответ, древний механизм, эволюционировавший на протяжении сотен миллионов лет, используется организмом для борьбы с микробами, ядами и травмами. В наше же время он реагирует и на, казалось бы, безобидный компонент нашей жизни – еду. Этот самый примитивный элемент иммунной системы играет ключевую роль во взаимодействии между пищей, микробами в кишечнике и другими элементами окружающей среды, которые подпитывают скрытое воспаление, сопровождающее хронические болезни современности.
Продукты, которые мы употребляем в пищу, могут непосредственно спровоцировать или подавить воспалительный ответ иммунной системы. Клетки врожденного иммунитета (макрофаги, нейтрофилы и дендритные клетки) и эпителиальные клетки, выстилающие кишечник, распознают микробы и другие вещества, с которыми вступают в контакт, с помощью древних рецепторов распознавания паттернов[30]. Эти рецепторы, встроенные в клеточные мембраны, распознают чужеродный материал и вызывают мощный воспалительный или противовоспалительный ответ, активируя гены и запуская каскад сигналов, присущих всем организмам – от растений и насекомых до человека. Они могут реагировать даже на сигналы бедствия, посылаемые клетками организма, которые подвержены стрессу. Короче говоря, иммунная система готова бороться с частицами пищи так же, как она борется с микробами.
Влияние пищи на воспаление также может быть связано с ее воздействием на населяющие наш организм микробы. Чтобы дать подробные ответы на вопросы Оливии, нужно исследовать весь механизм взаимодействия между пищей, микробами и воспалением. История противовоспалительной диеты насчитывает десятилетия исследований связи питания и болезней. В ее основе лежит растущее понимание того, как микробы, особенно те, что населяют наш кишечник, влияют на здоровье человека. Истоки этой истории приводят нас к макрофагам – тем самым клеткам-пожирателям, что играют главную роль в болезнях современности, а также к их взаимодействию с микробами.
В начале 1890-х годов по всему миру прокатилась пятая и последняя разрушительная пандемия холеры, унесшая сотни тысяч жизней. Илья Мечников, как и многие ученые в Европе, бросился изучать болезнь. Его первые эксперименты были рискованными: используя себя в качестве подопытного кролика, он выпивал одну за другой колбы с водой, наполненной бактериями Vibrio cholerae – из реки Сены, фонтана в Версале, даже из фекалий зараженных. Мечников пережил холерные коктейли, но его девятнадцатилетняя лаборантка – нет. Терзаемый чувством вины, он поклялся воздержаться от безрассудных экспериментов над
