здания. Он обернулся и посмотрел на вагон. На нем белой краской был нанесен номер (Б334—01).
Бандиты вынесли из здания еще один черный мешок. Ахимас дождался, когда они отдалятся и незаметно вошел внутрь. Это был склад. Под лестницей, ведущей на второй этаж, лежала гора тех самых мешков из черной ткани, напоминавших личинки насекомых. Ахимас приблизился и осторожно развернул один из них.
Внутри, засыпанный светящимся желтым порошком лежал прозрачный, уже почти полностью распавшиеся интуил — оболочка человека. Он внезапно дернулся и зашипел.
«Еще живой, — подумал Ахимас. Но я не знаю, как можно облегчить его страдания?»
Он вспомнил, как на рынке стреляли в рабочих с дизраспадом.
«Что это за вещество? Оно светится».
Ахимас взял пригоршню и оторвал от мешка лоскут. Завернул в него вещество и положил к себе в карман.
«Возможно, что это тот самый группинит вечносферы? Судя по описанию из брошюры, очень похоже. Но почему интуилы засыпаны группинитом?»
Позади послышались шаги и речь. Ахимас спешно завернул интуил обратно и спрятался за горой мешков.
— Слушай, а ловко эта сахафрация-то с наполнителем!
— Ага, и не говори…
«Что еще за сахафрация?» — подумал Ахимас. — При чем тут цветок! Может, в этом наполнителе добавлена сахафрация? — подумал Ахимас.
Мужики подхватили тело, которое только что осматривал Ахимас, и понесли в сторону вагона. Наемник слышал, как существо зашипело и завопило нечеловеческим голосом в мешке. Бандит уронил мешок и крикнул.
— Черт, эта дрянь еще шевелится!
Он со всей силы пнул существо по голове. Раздался противный слуху хлюп. И вопль смолк.
Ахимас выбрался из укрытия и поднялся по стальной лестнице. Наверху был большой и длинный коридор, ведущий по второму этажу здания депо.
«С помощью группинита делают ПАН лампы, — рассуждал он. — Ими облучают руду, давая ей положительный заряд, вернее, убирая отрицательный. Выходит, группинит обладает сильным энергетическим потенциалом? Интуилы распадаются, лишенные частиц, и ветоскаматического поля своего владельца. Возможно ли, что группинит имитирует поле, и тем самым отсрочивает растворение интуилов?»
Коридор вывел его в большой ангар, где лежали старые ржавые рельсы и шпалы. В конце ангара находилась складская пристройка, с окнами забитыми досками. Из пристройки донесся скрежет металла и звон.
Ахимас притаился у окон и посмотрел сквозь щель.
«Квинт? Что он там прячет?» — подумал Ахимас увидев, как бандит трется около ржавых бочек из-под топлива.
Наемник услышал шаги за спиной. С противоположного конца ангара, перекатываясь с ноги на ногу, шел нуаран. Не считая бакенбард, он был лыс. Его кожа цвета чернил лоснилась и блестела так, словно была натянута и вот-вот готовилась лопнуть. Нуаран был одет в дорогой красный кафтан, из-за чрезмерной полноты расстёгнутый на животе.
Ахимас юркнул за гору рельсов и стал наблюдать.
«Это кто-то важный. Криминальный авторитет не иначе!» — подумал Ахимас, глядя на нуарана. Тот подошёл к двери складского помещения и два раза громко саданул в дверь кулаком! Раздался неприятный лязг и дребезг.
Квинт открыл дверь и попятился!
— Рупор? — удивился он. Похоже, это было прозвище толстяка.
— Идем к Огарку. Разговор с тобой у него! — хрипя прошептал толстяк.
— А я и собирался к нему! — ответил Квинт. Лицо его было бледным и напуганным.
— Да ты не робей! — тихо и страшно прохрипел нуаран и похлопал вора по спине.
Через двор, заваленный углем, они проследовали в административное здание и поднялись на второй этаж. Свет, за исключением некоторых газовых рожков, не горел.
В конце коридора находится большой балкон с нелепой кованой оградой. Отсюда открывался обширный вид на порт. В центре балкона, под навесом стоял стол. На нем валялись камни и фигурки. Недавно здесь кто-то играл в мокрицу.
Рядом со столом стояла огромная газовая лампа с ажурной решеткой. Внутри нее бегали огоньки пламени, отбрасывая алые блики на фигуру человека, сидящего в одном из мягких кресел. Его лица, Ахимас, прячась за углом, не видел, но внимательно изучил фигуру. Человек был худощав и невысок, одет в белую сорочку, расстёгнутую на груди и дорогие черные брюки «Фортель Окрю». Из кармана свисала золотая цепочка часов.
Женщина в вульгарном бордовом платье с большим декольте наливала алкоголь в его стеклянный бокал.
Толстый нуаран в красном кафтане, уставший от подъёма по лестнице, вытер пот со лба и шлепнулся в мягкое кресло рядом с незнакомцем. Кресло протяжно скрипнуло под его весом. Квинт тоже сел.
— Тебе кто пес, позволял? — прохрипел нуаран, все еще тяжело дыша.
Квинт вскочил с кресла как ошпаренный. Берет слетел с его головы, обнажив плешь. Ахимас, видя это, улыбнулся.
— Ога! — предостерегающе сказал человек в белой сорочке и дорогих брюках. Он поднялся из кресла и шлепнул женщину в платье. — Принеси-ка Лепормитак, — сказал он ей ласковым голосом.
Женщина удалилась. Ахимас присмотрелся к лицу бандита в белом освещенным огнем лампы и узнал человека из газеты.
«Вот это, значит, и есть огарок, он же Йолис Суолавим — богатый предприниматель, обещавший вывести транспортное сообщение внутри города на новый уровень? — подумал Ахимас, изучая лицо в ожогах.
— Ну и че там, Квинт? Мне сказали, что ты видел этого выскочку наемника? Ды? — спросил Суолавим.
«Похоже, они обо мне?» — прячась, подумал Ахимас.
— Ну че замолчал? Видел?
— Не я видел. Вчера, один из моих пацанят облажался крупно, — начал Квинт. Он был взволнован. — Весь рынок на уши поднял. Его этот Ахимас, я так понял, вытащил из западни. Жанна, одна из моих девок рассказала, что он, мой пацан то есть, сегодня встретился с наемником. Уж не знаю, как там дальше было. Я Жану отодрал как положено, за то, что не проследила за ними.
— Да мне насрать, кого ты там отодрал! Ты про этого Ахримаса что по делу можешь выдать? Нет? — начал раздражаться Йолис, исковеркав имя наемника.
Квинт помотал головой.
— Нет.
— Нет?!
Суолавим взял в руку нож и, растопырив пальцы начал быстро втыкать его меж них.
— Долго еще этот урод свой сраный нос совать будет? — обратился Суолавим к толстому нуарану. — Мало ему вломили?
— Выходит, мало… — страшно прошипел толстяк.
— Шлюха ведьма хотела денег за него получить! Стерве что, Кьялу белобрысого мало?
— Не мало. У них особые планы на наемника… — прохрипел Ога.
— Из-за их планов Крам Кондитер подох!
— Кондитер был хороший убийца. Его уже не вернуть. Но мы знаем, где наемник живет, — прохрипел Ога Рупор. Дом на Бьюссен Роу. Можем повторить!
— Тот военный тоже слышал жив пока.
— Это пока… — прохрипел Ога.
— Да, пошли своих ребят. Пусть навестят ищеек ночью. Пора пресечь их расследование! Хватит мне воду мутить.
Вернулась
