к другу не оставляя пространства для маневра. Людей на удивление было много.
Открылось окно на третьем этаже, и кто-то вылил ведро с помоями прямо перед Ахимасом. Наемник увернулся и хотел крикнуть что-то грозное, но окно тут же захлопнулось.
«Черт! В таком месте ограбить могут еще быстрее, чем на рынке. Я же иду в логово воров!»
На всякий случай наемник проверил кошелек. Он пока был на месте. Тогда Ахимас снял его с пояса и переложил все деньги во внутренний карман. Затем нагнулся, сгреб с мостовой пригоршню камешков и наполнил ими кошелек.
Пройдя немного, он встретил девочку, стоявшую на перекрестке у стены. Девочка просила милостыню.
«Кто она? — подумал Ахимас. — Может, она знает Тима?»
— Господин, помогите мне. Я не ела несколько дней. Подайте монетку, — сказала девочка так жалостливо, что Ахимас на мгновение было поверил ей. «Ну уж нет! — подумал наемник. — Я на этот трюк не куплюсь».
Внезапно он почувствовал движение за спиной. Ахимас потянулся за кошелем с камнями и не обнаружил его на месте.
— Уже стырили!
Наемник обернулся и, резко прыгнув вперед, схватил маленького воришку за руку.
— Стоять! — хищно крикнул он.
На ребенке тоже был капюшон. Ахимас сдернул его:
— Тим? — удивился он, глядя на знакомое лицо, и услышал, что к нему бегут сзади. Ахимас выпустил мальчика, отпрыгнул в сторону и перехватил руку девочки. В ней был нож. Девочка завизжала.
— Что, вместе воруете?! — крикнул Ахимас и выбил нож из рук.
— Ахимас, отпусти ее! — крикнул мальчик.
Наемник ослабил хватку. Девочка отскочила назад.
— Ты что, знаешь его? — шипя спросила она Тима.
— Это господин, про которого я рассказывал.
Наемник снял капюшон.
— Ты из-за него не узнал меня?
Мальчик кивнул и уклончиво сказал: — Не до того было…
Девочка подошла к Тиму и резко вырвала у него из рук кошелек Ахимаса. Расстегнув его, она удивилась. Ее брови поднялись.
— Ловко ты, дядя! — сказала девочка и, высыпав камни на мостовую, посмотрела на Ахимаса злым и напуганным взглядом.
— Вы, что ли, вчера этого неудачника спасли? — спросила она.
— Почему неудачника-то! — обиделся Тим.
— Потому что вчера просрал все. Сегодня вот опять! А ведь ты еще просил взять тебя в Магди Пэрио, у богатых воровать. У них воровать легче, когда умеешь. А с Берком то это всегда на отлично работало. Но ты на втором же прокололся. Неудачник!
Девочка собрала несколько монеток милостыни, лежавших на платке, и направилась вглубь переулка.
— Решил в карманники податься? — сердито спросил Ахимас.
Тим стыдливо опустил голову.
— Нет, ну а что? Я думал, вы не придете! Вы же почти прямо дали понять, что не возьмете меня с собой!
— А ты обещал больше не воровать! — с укоризной сказал Ахимас и добавил: — Видишь, я пришел. И мне нужна твоя помощь!
— Какая?
— Ты сказал, что воруешь для человека из банды «Леворуких». Что тебе известно про них?
Мальчик посмотрел по сторонам, словно опасаясь, что его могут подслушивать.
— Да, я и не так много знаю. Леворукими они зовут себя, потому что ворам принято отрубать правую руку. Но это и вы знаете. Их главаря, я слышал, кличут огарком, а еще полумордым.
«Огарком? Хм, — задумался Ахимас. — Прозвище запоминающееся».
Человека, на которого я работаю, зовут Квинт Мэттью. Он приходит каждый день в халупу, где мы все спим и забирает украденное. А про саму банду я знаю то же самое, что и все остальные. То есть не так много. Она крупная и очень давно в Грегорбонне. Когда-то давно леворукие сами были простыми ворами на этом и других рынках. Потом объединились под предводительством огарка. Теперь у них много власти в городе и черный рынок они полностью контролируют, прикрывая мелких воришек и беря с них процент.
— Не так много? — ехидно переспросил Ахимас. — Ну ничего себе! Да ты сказал больше, чем мне мог бы дать инспектор полиции.
— Рад, что смог помочь, — сказал Тим и схватился за спину. — Мне вчера знатно влетело от Квинта. Мальчик приподнял одежду и показал Ахимасу спину в кровавых шрамах.
— Урод! Мразь, этот Квинт! — выругался Ахимас.
— Это он мне урок так припадал! Болит страшно и ужасно! Он сказал, чтобы я продолжил воровать. Сказал, что его дружки отмажут меня, если вдруг что-то серьезное случится на рынке. Но я все равно боялся возвращаться туда. Жанка раньше с другим парнем работала. Но его загребли рунаборжцы. Эта девка примазалась к Квинту и убедила его, меня в помощники ей отдать. Мы вместе сегодня уже пощипали одного гусика.
— Откуда ты этих фраз понабрался?
— Это она сказала. Я очень рад, что ты пришел, но боюсь, ты этим все испортил. Жанка теперь наябедничает обо всем. Так что Квинт точно убьёт меня!
— Не убьет! Ты больше не будешь ночевать там! Я уже решил, ты отправишься со мной!
— Правда?
— Правда! — сказал Ахимас и подумал: «Не совсем. Но до Эрнбурга я его довезу. Нужно разобраться с сущностью внутри него! Да и нечего ему больше делать в этом проклятом городе».
— Можешь мне показать то место, куда приходит Квинт Мэттью?
— Боюсь, если увидят с незнакомцем, то мне влетит.
— Повторяю, я забираю тебя! Ни от кого тебе не влетит! Не бойся. Скажи мне Тим, что произошло сегодня ночью?
— Ночью? А что такое было ночью? Вы же были со мной.
— В том то и дело. Я видел нечто удивительное. Не знаю, было ли это сном или же реальностью. Я хочу убедиться, что, это мне привиделось. Ты не замечал в себе каких-то изменений или странных ощущений?
Тим задумался.
— Ночью я крепко спал и ничего не видел. Но утром и днем я кое-что странное все же заметил, — сказал мальчик, — удивительное чувство, словно во мне есть еще кто-то. Думаю, и сейчас я не один в этом теле. Внутри до сих пор, словно сидит некто и наблюдает за мной и миром вокруг.
— Вот как? Честно, я не рад слышать это, — сказал Ахимас и подумал: «Главное, чтобы оно не перехватило управление!»
По узким улочкам, наполненным затхлым дымом и жарой они добрались до тупика. Здесь стояло несколько ветхих домов. Они заглянули за угол.
— Мы ночуем там! — сказал мальчик, показав пальцем на полуразрушенное трехэтажное здание с проломленной крышей. У входа в дом валялся полуголый старик пьяница.
Мальчик юркнул за угол и сказал:
— Это старик Мор.
— Мор? — переспросил Ахимас.
— Морис. Мы его Мором зовем. От него и за энкиму воняет так, что все мрет.
Ахимас улыбнулся.
— Он присматривает за нами в отсутствие
