взглядом, изображая беспокойство. Матриарх молчала довольно долго, будто пыталась обойтись без слов и убить ненавистное существо одними мыслями.
– Марсианин, – заговорила она, неприязненно процедив это слово, и выждала паузу, прислушиваясь к его «послевкусию». – Представитель древнего мудрого высокоразвитого народа. Ты оказался обыкновенным лжецом! Попытайся сказать правду хотя бы со второго раза. Что делаешь ты здесь, на Земле? И почему помогаешь людям?
– Мой народ причинил великий ущерб людям. Мне недостанет сил искупить преступление марсиан. Но моя жизнь долгая, и я намерен успеть помочь еще многим.
– Люди прилетели на Марс, и вы смолчали. Они захватили ваши земли, но вы продолжали терпеть. Наконец нашлись защитники своего народа, не побоявшиеся приструнить людей. И когда это произошло, иные из вас трусливо бежали к захватчикам, чтобы просить у них прощения. Зачем?
– Мы не враждовали с людьми, мы радушно принимали народ, приблизившийся к нам в развитии. Даже с переселенцами разумных обитателей Марса оставалось меньше, чем жителей крупнейших земных городов давних времен. Сражений за территории у нас не происходит, мы давно перешагнули понятие примитивной бессмысленной войны. Потому и удивительна оказалась ответная агрессия к людям, не ограничившаяся самообороной.
– Уж не земные ли переселенцы вас подстрекали к агрессии против Земли?
Рэй отвел взгляд в сторону. Мои глаза начали предательски округляться. А вот Веста не выглядела удивленной.
– Или своих соотечественников уничтожили сами люди?
– Не людей уничтожили, – поправил Рэй. – Только их технологии.
– Одно и то же, – отмахнулась матриарх. – Вы сорвали радиоактивный гнойник, понимая, что заражение распространится по всему телу планеты.
Никто не мог этого знать наверняка – так мне хотелось верить. Я намеревался поспорить, но вовремя вспомнил о нашем положении. Мысли смешались. Неожиданное откровение укололо в самую душу. Далекие, а все-таки родственники, за что они втоптали нас в пепел – своих неразумных братьев? Да, мы угрожали, мы посылали ракеты на Марс. Но никакой настоящей опасности для них они не представляли. Мы никого не хотели убивать, таким способом мы лишь просили свободную территорию. И мы ее получили.
Нет, такие вещи не прощаются и за давностью лет не забываются. Уничтожение нашей цивилизации руками иного биологического вида не могло вызвать той ненависти, которая пробудится, когда люди узнают, что низвергли себя сами. А правда неизбежно откроется, ведь мы с Вестой, как и все развивающиеся организмы Земли, подключены к нейросети планеты, и, может быть, кто-то, находясь в базе данных, получает эту информацию от нас прямо сейчас. Может быть, этой ненависти и жажды мести окажется достаточно, чтобы подняться из пепла. А дальше… дальше мы разовьемся настолько, что сумеем эту ненависть поблагодарить и отпустить. Я посмеялся собственной наивности. Нет, вот такого течения событий не будет точно, а о том, что будет, лучше и не задумываться.
– Этот поступок обезоружил людей и вооружил других животных, – продолжала матриарх. – И в значительной степени все мы благодарны людям. Но только людям марсианским, не земным. Теперь мы ходим на задних лапах, умеем говорить и воевать. Так чем мы отличаемся от людей?
– Чтобы назваться человеком, мало научиться прямохождению, умению убивать и отдавать для того приказы. Человек – это и его история и культура. Ваша история только начинается, а культуру вы еще даже не начали создавать. Вы пользуетесь трудами человека: его оружием, его одеждой, его домом. Когда вы создадите что-то свое, тогда и можно будет говорить о цивилизации гиеноидов. А пока вы все те же звери, но в царстве без царя.
Ответ Рэя не удовлетворил, но только позлил матриарха. Она осклабилась, однако быстро вернула контроль над чувствами.
– Почему бы марсианам не помочь в становлении гиеноидам? Почему не оставить в покое умирающего старика и не воспитать ребенка?
Рэй задумался. Мне с ужасом представилось, что сейчас он перейдет на сторону врага.
– Разве это люди нападают на гиеноидов? Разве они истребляют ваших детей?
– Мы ютимся в подвалах и бункерах, как черви в банках рыболовов. Нам негде жить. Нам нечего есть.
– Постройте новые дома, наладьте с людьми торговлю. Питаться можно и неразумными организмами, и синтетической пищей, и одной только энергией.
– Зачем что-то строить, о чем-то просить, если это можно взять? Пусть дома строят люди – мы возьмем дома. Пусть люди размножаются – нам будет чем питаться. Мы будем держать их рабами, разводить, как скот.
– Мне неприятно это слышать, – честно признался Рэй. – Ведь я пришел с предложением мира.
– Пришел? – переспросила матриарх, начиная подозревать обман. – Ты глупее, чем я полагала, если всерьез рассчитывал склонить меня к союзу с людьми.
– Наше разочарование взаимное. И вас считал я разумней и дальновидней, – признался Рэй и отдал мысленный призыв к началу действий.
Я медленно двинулся к нему, Веста подняла кэнвокс.
– Позвольте мне наградить его дерзость смертью, – попросила она.
Матриарх махнула охране.
– Скормить его водохрюну!
Гиениды зашевелились, но мы действовали быстрей. Рэй повернулся ко мне, а я, подбежав, одним нажатием отключил муфту. Веста набросила кинетический барьер на дверь, так что одна его сторона соединила дверь и стену, остальная часть возвышалась у нас за спинами.
– Предатели! – взвизгнула матриарх. – Убить! – она выскочила из-за стола и попятилась.
Выдвинувшись вперед, Рэй завладел вниманием противников. Большую часть выстрелов принял на себя щит, два снаряда обожгли ему ноги, два других белезненно ужалили меня и Весту.
Я забрал у Весты кэнвокс и выстрелил с двух рук. Раздался невнятный смешанный жужжаще-свистящий звук.
Охранница на несколько секунд согнулась от боли – энергожилет не давал защиты от звука. А вот пистолет проявил себя плохо, едва ее оцарапав. Я завистливо посмотрел на энергоматы гиеноидов.
У Рэя сейчас не было ничего, кроме его рук, но ими он также действовал неплохо. Он бросился на подстреленную мною гиениду, и между ними завязалась драка.
От Весты к другой гиениде потянулся искрящийся туман. Последняя, предчувствуя беду, попыталась убежать. Туман недолго преследовал ее и, подчинив, развернул к матриарху. Увидев непосредственную угрозу повелительнице, две охранницы тут же переключились на ее защиту. Сама матриарх не уделила угрозе большого внимания, легко избежала атаки и незаметно для меня оказалась совсем рядом.
Меня словно огрели чем-то тяжелым по затылку, а затем бросили в вязкую теплую воду. Мысли оставили мой разум, тело больше не являлось моим телом. Дальнейший ход сражения я наблюдал будто со стороны. Я ничего не чувствовал, ни о чем не думал, но только выполнял приказ – защищать королеву.
Рэй задушил свою соперницу как раз вовремя.
– Обезоружь его! – крикнула Веста марсианину.
Слишком поздно, я уже направил на него оружие.
Звуковой удар
