даже лучше. Приятный бонус.
“Я постараюсь убедить ее сохранять хладнокровие и ясный рассудок, – добавил Роберт. – Быть может, это позволит ей ненавидеть Грегори немного меньше?”
Или пускай он умрет? Он заслужил подобную судьбу.
…Роберт пришел в себя внезапно, словно от удара по плечу или громкого хлопка; примерно так же просыпаются после особенно глубокого и реалистичного кошмара, когда открываешь глаза и долгое время лежишь без движения, глядя в темный потолок, прислушиваясь к бешеному перестуку сердца и не вполне понимая, где находишься.
Роберту понадобилось не менее минуты, чтобы стряхнуть остатки воспоминаний и осознать, что он по-прежнему сидит в парке на скамье. Именно в этом парке они с Карлой в свое время гуляли долгие часы кряду – в былые, счастливые времена… Прекрасные дни! Тогда ни она, ни он не подозревали, сколько всего их ждет впереди.
“Какой смысл быть путешественником во времени, если ты не в состоянии предсказать собственную судьбу?” – желчно подумал мужчина, тяжело поднимаясь на ноги. Он вдруг почувствовал себя бесконечно старым, даже древним… и впервые ощутил груз прожитых не лет – столетий.
“Зачем мне все это?! – в очередной раз задал он себе вопрос, ответа на который не знал. – Зачем оно мне нужно?!”
А ведь зачем-то нужно… бывает так! В твоей жизни вдруг появляется человек, который становится важнее всех прочих. И логика уже не работает, доводы рассудка – тоже. И можно повторять себе вновь и вновь, что она (или он) приносит одни проблемы, что лучше все перечеркнуть одним махом, иначе потом не соберешь осколков собственного сердца… можно повторять, да, но как прислушаться к своим же аргументам?
“Я прислушался… но слишком поздно, – мысленно вздохнул Роберт. – Урон был нанесен”
Вот почему он ценил свободу. Если ты свободен, никто не может тобой управлять. Никто.
“Этого больше не повторится. Никогда. Никогда!”
Да, ему не стоило увлекаться такой яркой и неординарной женщиной, как Карла. Он должен был сразу понять, что роман не будет поверхностным и легким, как с прочими красотками. Карла другая. Слишком сложная, слишком… живая. Она настоящая!
“Ну да, ну да, – ехидно подумал он. – Можешь перечислять и дальше… глупости!”
Да, глупости. Красивая, умная, оригинальная, таинственная… все эти эпитеты можно заменить одним-единственным словом: “нужная”. Она оказалась ему нужна по каким-то неведомым причинам, нужна – и больше нечего прибавить.
Он ведь даже игрался с идеей отыскать ее версию в прошлом (в тех прослойках времени, когда Карла уже была с ним знакома и любила его, а Грегори пока еще не строил планов мести!) и спрятать в одном из миров. Будущее изменится без лишних жертв… а у него, Роберта, появится возможность изредка наведываться к своей Прекрасной Даме. И она, эта дама, будет всегда ждать его. Неплохая мечта, не правда ли?
К счастью, Роберт почти сразу отказался от столь безумной идеи. Слишком опасно. Менять будущее всегда рискованно, он и без того постоянно ходит по лезвию… один неверный шаг – и с трудом построенный им карточный домик рухнет. Любовь не стоит подобных жертв. Пора остановиться.
Однажды он выбрал Вечную Свободу и теперь обязан сохранять верность этой “возлюбленной”… вопреки всему.
* * *
–Неужели?! – Роберт без особого труда изобразил жадное удивление. Он специально придал своей речи некоторую просторечность, которая, как ему казалось, присуща “людям из народа”. Ведь он сейчас играл роль именного такого персонажа: обыкновенного лакея, слуги, человека без статуса. Появиться в ином облике на этой кухоньке мужчина, безусловно, не мог; а если бы и появился, никакой информации выудить не сумел бы. По крайней мере, не прибегая к крайним мерам. А зачем к ним прибегать, если можно просто поговорить по душам?
Тем более что его собеседница, пышногрудая молодуха с круглым румяным лицом, поговорить по душам явно любила.
–Да, да, – картинно вздохнула она, делая шумный глоток чая из большой кружки и протягивая руку за очередным пряником (уже третьим по счету, как иронично отметил Роберт). Вдыхала обладательница роскошных форм наверняка для вида, на деле наслаждаясь своим рассказом. – Увы, бедный старичок совсем плох.
Роберт подавил смешок. Старичок… ну-ну. Интересно, что сказал бы Грегори, узнай он, как его величают слуги за спиной?
–То есть склероз полный? – деланно сочувствующим тоном спросил Роберт вслух, всем своим видом демонстрируя, как внимательно и страстно слушает женщину. Подобные ей обожают быть в центре внимания. – Провалы в памяти?
Молодуха беспечно махнула рукой:
–Ах, если бы! Господин Макс вообще ничего не помнит о своем прошлом!
“Сработало!” – подумал Роберт, сам не понимая, рад ли этому.
–И давно у него… потеря памяти?
Пышечка наморщила лоб, и Роберту показалось, что он буквально видит шевеление ее мыслей.
–Ну… годков эдак пять. Или шесть? Точно уже не скажу, – наконец, протянула она не вполне уверенно.
–Вы тогда служили у него? – Роберт очень старался, чтобы его вопросы не напоминали допрос с пристрастием.
Женщина горделиво приосанилась:
–А то! Я девчонкой юной пришла сюда. Была помощницей кухарки. Теперь ее ассистентка. Хорошая должность.
–Не сомневаюсь, – пробормотал Роберт и поспешил вернуть разговор в прежнее русло. – Итак, лет пять назад ваш хозяин проснулся и сказал, что ничего не помнит? Удивительно!
Она пожала полными плечами:
–Я точно не знаю. Я была тогда человеком маленьким… да и сейчас господин редко обращает внимание на таких, как я. Но мне говорили, что да. Вроде он не сразу понял, что с ним такое…
–А пытался как-то лечиться, быть может?
–Да, и долго! Столько лекарей у нас побывало! А сейчас устал. И просто живет дальше.
“Вот и отлично, – подумал Роберт. – Значит, Карлу он забыл. И месть вычеркнута из реальности…”
–А ваш хозяин и правда был его другом? – с любопытством осведомилась ассистентка поварихи, подавшись вперед. – Правда?
–Вас это удивляет? – улыбнулся Роберт.
–Ну… у нашего господина мало друзей. А сейчас, когда он… ну… все забыл… и вовсе никого не осталось. Один-одинешенек. Живет бобылем. Мало с кем общается.
“Тем лучше” – мысленно отметил Роберт.
–Давайте я позову мистера Хьюза, – предложила молодая женщина. – Это наш дворецкий. Он передаст ваше сообщение господину. Я сама не могу… сами понимаете.
–Понимаю. – он вновь улыбнулся, теперь грустно. – Знаете, я, пожалуй, зайду в другой раз. Если уж ваш хозяин никого не помнит… наверное, нет смысла передавать сообщение. Господин Макс просто не поймет, о чем и ком идет речь.
Лицо собеседницы разочарованно вытянулось, на миг даже показалось Роберту менее круглощеким. В глазах пышки появилось что-то сродни печали… может, красотка уже что-нибудь себе навоображала?
