вернуться и без приключений. Кажется, они не знают о планах Тэя.
− Как тётя Соль? – тихо спрашивает Амели, сжав покрывало дивана рукой.
Анна поджимает губы.
− Не нужно её беспокоить сейчас, − мило говорит Жюстин, слегка улыбнувшись. – Она будет сильно волноваться, если узнает о скверне.
Амели понимающе кивает. Она не представляет, что её ждёт по ту сторону мира, и боится представить. Там, где царствует Дункан, всё кишит тварями из ада или его подданными. Она может полагаться только на Тэя и его защиту, и ни на что больше.
В гостиную приходит Тэй с небольшой чёрной сумкой через плечо. На его пальцах вновь надеты серебряные кольца, а внешний вид обычен. Кажется, он о чём-то думает и размышляет, пока ступает к Амели.
− Ты готова?
Волнующе спрашивает он, осматривая раненую ногу, затем поднимает Амели на руки, слегка прижав к себе. Она тянет к себе корзину и обнимает его одной рукой за шею, чтобы не упасть. Что-то трясётся внутри и вздрагивает, когда Тэй достаёт из сумки тот самый свиток, который подписывала Амели. Она видит собственную кровь в виде печати, затем свиток сгорает в воздухе. Её кровь открывает врата в иной мир.
Стена напротив разваливается на крупицы и вместо неё появляется чёрная дыра – портал в Царство Духов. Края дыры слегка светятся белым светом, но тот будто угасает с каждой секундой. Скорее всего, так отразилось влияние Дункана на царство.
Тэй уверенно ступает вперёд и прикрывает глаза. Сильный ветер доносится из портала, их практически сдувает с места, но парень идёт под напором. Его волосы заносит назад, волосы Амели неприятно треплются. Она зажмуривается и в какой-то момент ощущает падение. Они летят в бездну, время искажается, а пространство сжимается. Здесь ничего не поддаётся физике и науке, здесь нет природы или чего-то подобного. Всё совершенно иное, не такое, как раньше. Они переходят грань между жизнью и смертью, исчезая в пропасти темноты. Словно их больше никто не найдёт, их больше не существует и никогда не существовало.
Воздуха крайне не хватает, Амели задыхается, но продолжает жмуриться от необычного страха. Ей страшно разбиться, страшно не выбраться отсюда и страшно открыть глаза. Становится то холодно, то жарко, то невыносимо странно. Она не осознаёт своих чувств. Наступает то самое ничего после смерти, темнота и затишье. Внутри пустота и оставшаяся мгла. Её не существует, она никто. Ничто не беспокоит. Для Амели наступает своего рода желаемый рай.
Вот они с семьёй сидят за обеденным столом. Мама накрывает на стол, а папа рассказывает странные, но смешные истории своим взрослым дочерям – Софии и Амели. Кажется, в их жизни всё идеально, идеальнее некуда. Амели воодушевлённо рассказывает о несуществующей жизни, где она страдает, где пытается выжить и борется с собственными мыслями. Все смеются, опуская детали, затем наступает белый свет в конце.
Внезапно раздаётся громкий свист, поражающий слух, и Амели распахивает сомкнувшиеся веки. Тэй аккуратно опускает её на ноги, придерживая за талию, и продолжает свистеть, напевая какую-то непринуждённую мелодию. Амели осматривается.
Тёмные тучи над головой плывут меж макушек деревьев, серая атмосфера заполоняет собой дремучий лес. Тихо и спокойно, уныло и опустошённо. Ветер воет, как волк вдали, затем неприятно свистит. Кажется, скоро стемнеет и наступит тот самый ад, про который говорили три сестры-служанки.
Где-то далеко-далеко слышен душераздирающий крик. Ощущение, что он приближается. Она глубоко вдыхает лесной воздух и чуть ли не закашливается в каком-то приступе. Резкий запах чего-то трупного, а затем в нос вбивается гнилостная вонь. Под ногами чёрная земля, перемешанная со сгнившей плотью, деревья растут прямо на могилах, корнями испивая застывшую кровь. Амели начинает тошнить.
Амели обращает внимание на свою одежду. Белое летнее платье с бежевым корсетом на завязках, длинные рукава которого приятно обволакивают кожу, на ногах располагаются серые мягкие сапожки. Тэй же одет в то же самое, когда он шёл в огонь за Ашилем. Она не спрашивает про одежду, думая, что влияет само царство.
Где-то сбоку трещат ветки. Кто-то направляется в их сторону. Тэй достаёт катану и встаёт перед Амели, пряча её за свою спину. Она присматривается в самую глушь меж деревьев, различая лишь какой-то силуэт. Он останавливается на какое-то время, затем вновь ступает по опавшим веткам, ломая их.
Чёрный, как ночь, силуэт коня, пришедшего на свист, приближается к ним. Серебристая грива и пышный хвост слегка испачканы грязью, на теле видны затянувшиеся резаные шрамы. Жалостливые глаза направлены на Тэя, будто просьба о помощи доносится до их ушей. Амели внимательно наблюдает за его мускулистым телом и замечает на спине потрёпанное седло бывшего наездника. Ей не хочется знать, где он сейчас.
Благородный конь подходит к Тэю вплотную и аккуратно обнюхивает его, фыркая. Тэй гладит чёрную морду, словно видит перед собой старого друга и товарища, проводит пальцем по шраму возле века и смотрит животному в глаза.
− Это Юпитер, познакомься, − произносит Тэй, взяв коня за поводья. – Он всегда приходит на зов своего хозяина. Его прежний хозяин погиб, исполняя свой долг, и теперь он служит мне. Он бессмертен.
Амели делает болезненный шаг ближе к коню и гладит по морде, видя в животных глазах человеческие. Он похож на лошадь из мифов и легенд, что блуждает по просторам загадочного леса в надежде найти себе путников, однако выглядит, как обыкновенный конь из мира людей. Амели гладит его по гриве, затем чешет за ушком, любуясь его красотой.
− Нужно найти что-то, где можно укрыться на ночь, пока нас не нашли местные твари, − Тэй говорит тихо и с осторожностью.
Он хватает Амели за талию и поднимает на коня, аккуратно усадив в седло, чтобы она не упала. Она никогда не ездила верхом, поэтому завалиться для неё не составит труда. Тэй осматривается по сторонам и садится позади девушки, взяв в одну из рук поводья, другой же придерживает её. Он натягивает на макушку капюшон своей накидки и слегка ударяет коня по бокам, трогаясь с места в чащу леса.
Амели ощущает дыхание Тэя на своей шее и тут же ощущает лёгкий жар на своих щеках. Ей некомфортно и одновременно с тем приятна эта близость. Им нужно поговорить насчёт того, что случилось на свадебной церемонии. Амели хочет начать разговор, но что-то мешает, будто ком застревает в горле. Не та атмосфера и обстановка для разговоров.
Копыта жеребца с тихим хлюпаньем растаптывают грязь под собой, иногда задевая ветки и высохшую зелень. Здесь нет
