Эви очень хотела бы выяснить, откуда у Уилла появилось такое недовольство Майклом. Она была почти готова поверить в то, что все дело в ревности, как бы глупо это ни звучало. Но поскольку и Майкл, без сомнения, питал такие же чувства к Уиллу, она никак не могла придумать другого разумного объяснения. Однако поскольку эта тема показалась Эви опасной, она решила согласиться с Уиллом и прекратить этот разговор.
– Очень хорошо, – промолвила она. – У тебя еще есть вопросы?
– Как получилось, что ты занялась благотворительностью в Сент-Маргарет? – Уилл придержал лошадей, чтобы свернуть на Принсес-стрит.
– Я узнала о благотворительной деятельности от Майкла, разумеется. Как тебе известно, мы познакомились на лекции в Королевском обществе и вскоре поняли, что у нас много общих интересов.
Недовольное ворчание Уилла послужило ей объяснением того, насколько ему не понравился ее ответ.
– Как бы там ни было, – торопливо добавила Эви, – он представил меня в Сент-Маргарет и Хибернианской благотворительной ассоциации. Это стоящее дело, оно требует много сил, можешь мне поверить. И я была рада взяться за него.
– Могу себе представить, – холодно вымолвил капитан Эндикотт. – А как твои родители относятся к тому, что ты так много времени проводишь в Сент-Джайлзе?
– Маме это, конечно, не по душе, – угрюмо сказала Эви. – Отец относится более лояльно, хотя беспокоится и считает опасным, что я так часто езжу на Святую землю.
Уилл изумленно посмотрел на нее.
– Господи, только, пожалуйста, не говори мне, что ты ездишь в трущобы!
Эви покачала головой.
– Я же не идиотка, Уилл! Но если понадобится, я обязательно поеду.
– Я бы настойчиво посоветовал тебе не делать этого ни при каких обстоятельствах, – хмурясь, промолвил Уилл. – Это гораздо опаснее, чем ты думаешь.
Эви не стала говорить ему, что это она как раз может себе представить, потому что уже дважды попадала в рискованную ситуацию, когда возила семьям прихожан еду и необходимые вещи. Но она делала это днем, в сопровождении Майкла и еще одного мужчины, который получал от них помощь. Это было не так уж опасно, хотя условия жизни бедняков оставили у нее ощущение печали и безнадежности.
И все равно она не собиралась рассказывать об этом Уиллу. Лишь Аделин было известно, сколько всего она делает в Сент-Маргарет, а сестра никогда ее не выдаст.
– Повторяю: я – не идиотка.
– Мне это в голову не приходило, – с разочарованием проговорил капитан Эндикотт. – Но у тебя невероятно доброе сердце и склонность к безрассудным поступкам.
Эви округлила глаза.
– Ты уверен, что не перепутал меня с Эди? Я же просто образец осторожности.
Уилл фыркнул.
– Раньше так оно и было, – согласился он. – Но я не уверен, что ты и сейчас такая же.
Она больше не хотела, чтобы Уилл по-прежнему считал ее «кроткой мисс былых времен», которая из осторожности не рискует часто менять друзей.
Эви довольно улыбнулась. Работа в Сент-Маргарет, да еще с Майклом, помогла ей преодолеть присущие ей робость и нерешительность.
– Расскажи мне о своей работе побольше, – попросил Эндикотт.
Пока он гнал лошадей по шумным улицам, приближаясь к перенаселенным кварталам района Сент-Джайлз, Эви описала свою работу в приходе Сент-Маргарет, которая была больше связана с благотворительной ассоциацией, чем с церковью. Однако и та и другая были почти одним целым, потому что церковь поддерживала благотворительную школу для местных ребятишек и помогала прихожанам, обращавшимся за поддержкой.
– Обязательное посещение службы было не обязательным требованием, – слегка вздохнув, заметила Эви. – Если бы это было не так, мы точно не смогли бы помочь такому большому количеству людей, которые получают от нас помощь.
– Ага, так проблема в вере? – осторожно спросил Уилл.
– У бедных людей очень трудная жизнь, у них не хватает времени ходить в церковь, – ответила Эви. – К тому же пагубные пороки очень распространены в бедных кварталах.
– Пьянство, например?
Эви поморщилась.
– Да. Помимо пива, они пьют и крепкие напитки, джин например. Конечно, этот грех свойственен не только ирландским иммигрантам. Ты не должен так думать.
Начав работать в Сент-Маргарет, Эви стала лучше понимать, какая нетерпимость все еще существовала в обществе в отношении ирландцев. С этим она была вынуждена постоянно бороться, пытаясь получить помощь от потенциальных благотворителей. Чаще всего ее попытки оказывались бесплодными, а после смерти лорда Кардуэлла, самого щедрого попечителя организации, ей и Майклу стало еще труднее собирать нужные средства.
Уилл понимающе кивнул:
– Ирландцы предрасположены к пьянству не более англичан, – заметил он. – И глупо думать иначе.
– Боюсь, бо́льшая часть светского общества не разделяет твою точку зрения, – сказала Эви.
– Насколько я понял, у тебя возникают некоторые трудности в сборе денег? – спросил он.
– Вообще-то у благотворительной школы проблем нет, – ответила Эви. – Некоторые процветающие владельцы магазинов и торговцы ирландского происхождения оказывают ей щедрую поддержку. Бо́льшая часть средств на содержание церкви тоже поступает от них.
– Непосредственно со школой или церковью ты связана? – поинтересовался Уилл.
– Я и Майкл казначеи школы, но в первую очередь мы связаны с Хибернианской благотворительной ассоциацией.
– Я понимаю, почему у тебя возникают проблемы со сбором денег для школы. Дело в ужасном названии, – сухо промолвил Эндикотт.
– Это верно, – наморщив носик, сказала Эви. – Но я никак не могу уговорить Майкла изменить его.
Уилл приостановил лошадей до самого медленного шага, избегая столкновения с двумя перегруженными повозками, соперничающими за право первыми миновать людный перекресток. Как только они проехали толпу зевак, с наслаждением наблюдавших за словесной перепалкой кучеров, он вернулся к разговору.
– А как ты? – спросил он. – Что ты сама думаешь о положении ирландцев?
Эви нахмурилась, снова спрашивая себя, чем вызван такой большой интерес капитана Эндикотта к ее работе?
– Меня очень беспокоят условия их жизни, и я мечтаю сделать все возможное, чтобы облегчить их страдания. Но если тебя интересует, есть ли у меня какое-то особое политическое мнение об Унии или о католической эмансипации, то я дам тебе отрицательный ответ. Я знаю, что это очень важные вещи, но для меня важнее накормить голодных детей, дать им крышу над головой или найти их родителям работу.
Уилл прищурился, в уголках его рта заиграла улыбка. Эви не могла избавиться от ощущения, что она только что прошла какую-то проверку.
