Ее слова вызвали сдержанную усмешку Эндикотта.
– Ты тут не причем, – попытался оправдаться он. – Мой от… герцог…
– Со мной ты можешь называть его высочество, как хочешь, – перебила Эви. – Герцог – твой отец, и тебе важно его отношение. Так и должно быть.
– Спасибо, – успокоился Уилл. – Мне трудно о нем говорить. И еще труднее думать о нем как об отце, если хочешь знать правду. Но меня вырастил дядя, и это он всегда был рядом со мной, а не герцог.
– Да, представляю, как трудно тебе было делить родственные чувства между ними. И все-таки перестань уходить от ответа, Волк. – Эви нарочно назвала его так. – Я буду донимать тебя, пока ты не скажешь, о чем он тебе говорил. – То, что Уилл совершенно очевидно увиливал от ответа, вызывало одновременно любопытство Эви и заставляло ее тревожиться за него.
– А я уж и забыл, какая ты ворчунья, Эви. Нет, погоди. Я не…
– Может, мне стоит ударить тебя по башке?
– Нет, прекрати! Я тебе скажу. Но бить возницу по голове не рекомендуется, когда ему нужно провести экипаж через Мейфэр.
К этому времени они уже подъехали к окраине Мейфэр и направлялись к Лестер-сквер. Увлеченная разговором, Эви почти не обращала внимания на суету лондонских улиц.
– Мой отец, – осторожно начал Уилл, – проявил интерес к моему будущему.
– Но это же замечательно, разве не так?
– В некотором смысле – да, но, похоже, он хочет примерить на себя роль свата.
Эви понадобилось несколько секунд, чтобы понять смысл его слов.
– Конечно, – наконец промолвила она. – Он хочет, чтобы ты женился на богатой наследнице, благовоспитанной и красивой, которая поможет тебе занять подобающее место в обществе. Но не на такой, как я, с точки зрения герцога.
Уилл посмотрел на Эви оценивающе.
– Ты всегда была умна, как дьявол, Эви.
– Тем лучше для меня. Надеюсь, ты сообщил своему отцу, что я не имею на тебя никаких видов?
Уилл покачал головой.
– По мнению отца, это я обращаю на тебя внимание.
У Эви перехватило горло.
– Ты должен был сказать ему, что это не так, – хрипло проговорила она.
– Он не дал мне слова сказать. Дав мне нагоняй, он тут же представил меня леди Калисте. – Уилл иронично посмотрел на Эви. – Остальное тебе известно.
Эви решила, что объяснение Уилла вполне правдоподобно. Но что-то подсказывало ей, что не стоит дальше настаивать на объяснениях, и тому существовала тысяча причин, о которых она вскоре вспомнит.
И все из-за Майкла, дурочка.
Вспомнив о потенциальном женихе, Эви поразило, с какой легкостью она забыла о нем, находясь рядом с Уиллом Эндикоттом.
– Надеюсь, ты не слишком обиделась, Эви, – обеспокоенно поинтересовался Уилл. – Уверен, герцог ничего не имеет лично против тебя.
Вчера вечером у Эви сложилось противоположное мнение. Его отношение к ней было странным, потому что до этого она никогда не разговаривала с герцогом Йоркским. Но тот явно почему-то окрысился на нее, однако даже если Уиллу известна причина такого отношения, он никогда не скажет об этом, чтобы не задеть ее самолюбия.
Она легонько похлопала его по руке.
– Твой отец думает о твоих интересах, и я это понимаю. Но разреши дать тебе совет… Мне кажется, что ты не должен всегда считаться с его мнением. Да, он принц и твой начальник, но не следует смешивать личные дела и общественные.
Уилл насмешливо поднял брови.
– Ты это имеешь в виду, когда дело касается твоей матери? – спросил он.
– О-ох! – Эви преувеличенно вздохнула. – Очень хорошо, этот урок я усвоила и не буду больше влезать в твою личную жизнь. Однако в ответ я попрошу тебя оказать мне такую же любезность.
– Да, разумеется, – довольно официально согласился Эндикотт. – Если ты хочешь именно этого.
Эви едва не застонала.
– Я пошутила, Уилл. Я предлагаю не портить день разговорами о наших надоедливых родителях. Ну а теперь, когда ты принес извинения с подобающим смиренным видом, можешь ли ты все-таки сказать мне, куда мы едем?
Кое-какие мысли на этот счет у Эви были, хотя это казалось ей весьма странным местом для прогулки. Но когда экипаж свернул на Ковентри-стрит с магазинами по продаже драгоценностей, золотых и серебряных украшений, предположения Эви подтвердились.
– Надеюсь, теперь ты понимаешь? – спросил капитан Эндикотт с улыбкой.
– Ты везешь меня в приход Сент-Маргарет?
– Конечно, – ответил он. – Я хочу, чтобы ты показала мне, чем там занимаешься.
– Зачем?
Когда капитан спросил ее о работе, она сочла, что это не более чем вежливый интерес старого друга.
– Я не какой-нибудь там пустослов, – обиделся Уилл, но его тон ни на минуту не обманул Эви. – Временами я могу быть вполне серьезным.
– Вообще-то ты очень серьезный человек из всех, кого я знаю. Точнее, один из… – поправилась Эви, подумав о Майкле. – Но скажи мне, ради бога, почему ты хочешь провести день, болтаясь в благотворительной школе? Тебе не будет скучно?
Уилл сосредоточился на беге лошадей, пытаясь обогнать две кареты, кучера которых были увлечены шумной перебранкой. Он молчал до тех пор, пока они не оказались в безопасном месте, Эви не могла отделаться о мысли, что он обдумывает, что ей ответить.
– Все, что связано с тобой, не может быть для меня скучным, – изрек Уилл, наконец. – Если дело важно для тебя, значит, и для меня тоже.
Эви поигрывала тонкой медной цепочкой ридикюля, не зная, что сказать. Мысль о том, что она представляет для него какую-то ценность, вызывала больше вопросов, чем ответов.
– К тому же, – добавил Уилл, – Алек заинтересован в том, чтобы оказать вашему заведению помощь, вот я и решил, что есть смысл взглянуть на него. Алек чрезмерно доверчив, и я не хочу, чтобы кто-то воспользовался этим.
Эви резко повернулась к Уиллу, его слова разозлили ее.
– Уильям Эндикотт, не хотите ли вы сказать, что я на это способна?
– Черт возьми, Эви, – бросил капитан. – Я вовсе не тебя имел в виду, и тебе это известно.
– Не понимаю, как еще можно истолковать твои слова, – парировала Эви.
– Я вовсе не о тебе беспокоюсь, – проворчал Уилл.
Эви тяжело вздохнула.
– Значит, ты намекал на Майкла… Я совершенно не понимаю, почему он тебе не по нраву. Майкл абсолютно порядочный, честный человек, он вложил немалую сумму собственных средств в Сент-Маргарет и Хибернианскую благотворительную ассоциацию.
– Если ты не догадываешься, почему он мне не нравится, я уже точно не скажу тебе об этом, – сухо заметил Эндикотт. – Давай-ка оставим эту дискуссию на другое время. Но пока будь уверена – я абсолютно искренен, говоря, что все, что интересует тебя, интересно и мне.
Эви очень хотела бы выяснить, откуда у Уилла появилось такое недовольство Майклом. Она была почти готова поверить в то, что все дело в ревности, как бы глупо это ни звучало. Но поскольку и Майкл, без сомнения, питал такие же чувства к Уиллу, она никак не могла придумать другого разумного объяснения. Однако поскольку эта тема показалась Эви опасной, она решила согласиться с Уиллом и прекратить этот разговор.
