— К-кто ждет? — Спросила она, пятясь к столу.
Мон Арро нахмурился и завел руки за спину, всем своим видом демонстрируя нетерпение.
— Ты что же, считаешь, что в твоем положении можно задавать вопросы, женщина? Позволь напомнить, что ты цифия, которая принадлежит командующему этого корабля — тебе просто не место в общем отсеке среди солдат и рабочих. Никому не нужно, чтобы другие мужчины пялились на тебя, тем более, если у тебя нет показаний к тому, чтобы остаться в лазарете.
Азанет смущенно опустила взгляд. Перечить этому человеку было бессмысленно. Даже если он собрался отвести ее к До Аннару, она ничего не сможет ему противопоставить — ни аргументы, ни тем более силу. Оставалось лишь одно — ждать что будет, и, подобрав подол длинного платья, девушка вышла из кабинета, чтобы последовать за раздосадованным Мон Арро через длинный медицинский отсек.
Все же в словах секуритеция была правда — израненные, покалеченные люди на койках по обе стороны от нее, не могли не обратить внимание на рыжеволосую женщину в облегающем черном платье, идущую следом за высоким мужчиной в черной форме. Некоторые, чей разум не был замутнен препаратами или ранения носили не тяжелый характер, и вовсе приподнимались с постелей, чтобы посмотреть яркой цифии вслед.
Шагнув в коридор, они оказались в окружении четырех охранников. Но офицер Мон Арро что-то коротко сказал им, и те, отдав своему командиру честь, строем направились направо по коридору. Мужчина и девушка же двинулись в противоположную сторону.
— Я хотел сказать спасибо. — Внезапно разорвал молчание приглушенный голос Мон Арро. — Я хочу, чтобы ты знала, я прекрасно понимаю, что только благодаря тебе Таэль осталась в живых. Ты ведь могла и не возвращаться за ней. Да, Ун Адд должен был вернуть только тебя, а я… я просто не мог отправиться за своей женщиной и мои люди… Хм, я был слишком занят обязанностями. Ты спасла жизнь моего сына, и за это я тебе безмерно благодарен.
Азанет подняла взгляд — офицер по-прежнему шел вперед не оборачиваясь. Видно, ему слишком тяжело давались слова, чтобы он к тому же мог сказать их, глядя карезийке прямо в глаза. Ох уж эта имперская надменность!
— Каждая жизнь священна. — Повторила девушка заученную с детства фразу. — Я сделала бы все, что могла, в любом случае.
Мужчина хмыкнул и молчал, погрузившись в свои размышления, до тех пор, пока они не вошли в лифт.
Тихий щелчок позади, и кабина заскользила по горизонтали куда-то в сторону, заставив почувствовать дискомфорт под ложечкой из-за высокой скорости.
— Вы, карезийцы, больше всего на свете цените жизнь, так? — Он посмотрел на нее пристально и неожиданно жестко, словно то было не праздное любопытство, а настоящий допрос.
— Не совсем так, — ответила Азанет, ощущая дрожь в голосе. Неужели что-то все же ей угрожает? — Мы верим, что начало и конец жизни всецело в руках Создателя. Но как иначе узнать, Создатель ли решил призвать тебя к себе или нет, если не бороться до последнего вздоха?
— Значит, если я скажу, что ты в смертельной опасности, но я знаю, как тебе помочь, ты будешь делать все, что я велю?
От этих слов у Азанет подкосились ноги — так что она сделала неверный шаг в сторону и, едва не упав, оперлась об холодную металлическую стенку лифта.
— Жизнь за жизнь, Азанет. Я — честный человек, ты спасла мою женщину и сохранила жизнь моему не рождённому наследнику, теперь я хочу отплатить тебе тем же. Но тем самым я подставляю себя и рискую жизнью своей семьи, поэтому мне нужно здесь и сейчас знать, готова ли ты идти на все, ради того, чтобы остаться в живых?
Азанет почувствовала, как за мгновение до следующих слов пересохло горло, и ответила, не узнавая звучания собственного голоса:
— Жизнь — это все, что у меня есть. Я готова.
— Тогда запомни фразу «Ан визадра нимус», ты должна сказать ее, когда к тебе обратятся. Это все, что тебе следует сказать, что бы у тебя не спросили.
— Ан визадра н-нимус… — повторила Азанет, смутно припоминая значение слов. — Что это значит?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я хочу жить — то и значит.
— И кому я должна буду их сказать? Командующему До Готту?
Девушка не увидела, но почувствовала, как напрягся мужчина при упоминании капитана корабля.
— Мой тебе совет — забудь это имя и больше никогда не произноси его вслух. Этот человек мертв и связь с ним отныне не принесет тебе ничего кроме беды.
* * *
Стыковка с грузовым доком прошла в режиме автопилота. Офицер Ун Адд передал данные и настроил сумеречных птиц на синхронизацию со станцией, командующему же оставалось только наблюдать за приближением огромного корпуса, покрытого с внешней стороны броней и многочисленными техническими блоками.
«Илмор Гант» в самом деле едва ли была больше Танатоса-4. Эдакая маленькая исследовательская станция, частная инициатива богатеньких доков из НИИ с согретых императорским вниманием планет.
Судя по данным из бортового журнала, специалисты на ее борту занимались изучением солнечного ветра, а также предоставляли услуги дозаправки мелким, забредшим в эту часть галактики, челнокам. Никаких биологических эксперементов, заигрываний со смертельными вирусами, испытаний оружия или переработки полезных ископаемых — просто скучное, с точки зрения мгновенной прибыли, изучение солнечного ветра.
Так что же произошло?
Видя пустоту в огромном грузовом ангаре за иллюминатором, Титус До Готт поежился — вот уж и правда начнешь верить в небылицы про мутантов и инопланетян, выращивающих свои личинки в телах живых людей.
Тишина и пустота начали гнести еще больше, когда командующий вслед за своими подчиненными покинул защищенную кабину сумеречной птицы. Проверив заряд короткоствольного автомата и взяв оружие на изготовку, мужчина почувствовал себя спокойнее.
— Доложить. — Скомандовал он, открыв непрерывный канал связи. Динамики скафандра слегка искажали звук, но передавали его четко. В целом герметичный костюм немного уменьшал угол обзора, но был удобен и почти невесом.
— Уровень кислорода и других газов в норме. — Отозвался Ун Ад, считывая данные с широкого браслета, который нацепил поверх экипировки. — Азот на самой границе нормы, вероятно где-то в доке утечка. В остальном… да, биологических маркеров потенциальной опасности также не обнаружено. Разрешите снять защиту?
— Отставить. — Хмыкнул Титус и подмигнул выдохнувшему терцию. — Мы здесь ненадолго, к тому же мало ли чем они тут в самом деле занимались. Побережем психику уважаемого Нал Гарра.
— Спасибо, сэр. — Раздосадовано буркнул мужчина и, несмотря на опасения, пошел вперед группы, желая скрыть залившееся краской лицо.
— Хорошо. Двигаемся кучно, Нал Гарра впереди, Ун Адд замыкающий. Идем строго по карте, не отвлекаясь на осмотр. Нам нужен маяк, расследование обстоятельств гибели станции оставим специалистам… если кому-то вообще нужна эта вшивая станция, разумеется.
Тишина в грузовом доке с темным, уходящим ввысь потолком, сменилась тишиной коридора третьего уровня. Ни намеков на бой — выбитых дверей, тел или иных следов борьбы не наблюдалось. Команда из трех человек спешно преодолела его, оставляя позади безлюдный сплошной ряд дверей в другие отсеки, жилые ли, подсобные — кто разберет. Карта была не слишком точна в деталях и лишь вела командующего и его людей вперед самым коротким путем, через переборку дополнительной гермодвери и пространства служебных помещений.
Пустая столовая — три десятка блестящих хромом металлических столов. На одном кто-то даже забыл кружку, в тарелке рядом беззаботно плесневел надкушенный бутерброд. Пустая кают-компания служащих или ученых — ряд дверей в личные каюты и небольшое полукруглое пространство с бильярдным столом, мишенью для дартса, к которой была прикреплена фотография какого-то грузного мужчины в очках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И ни души, ни намека на случившееся. Словно в какой-то момент все обитатели станции просто поднялись со своих мест и неспешно отправились… но куда?
