Читосе надумали, но у меня и Акиры было что вынести на всеобщее обсуждение. Сегодня мы собрались Большим Курултаем, то есть — все. Кроме Питера, который «охранял» Нанасэ. Насколько уж охранял, кто его знает, но Чепу уверял, что у них было все в порядке до тех пор, пока Питер его жабку не раздавил. Еду они потребляют с завидным постоянством, сменить его Питер пока не просит, Эрика-тян домой ушла, так что все вроде под контролем. Все остальные тут — даже наша вечная потеряшка Сакура-тян, она, как всегда, прижалась к Юки и дремлет у той под боком. Акира сидит там же, рядом с Юки, только с другого боку и эти двое сегодня просто цветут и пахнут, нашли друг друга, Инь и Ян. Как там — волна и камень, лед и пламень не столь различны меж собой… противоположности притягиваются.
Майко сидит, развалившись в кресле и убрав ноги под стол. Она пыталась положить их на стол, но была одернута, пристыжена и немного наказана. По голове. Иошико тоже тут, раскачивается на краю своего стула и болтает ногами, рядом с ней — с ногами на стуле, по-турецки — сидит Джин. На ней иллюзия приличной одежды, пиджак со школьной юбкой, но мы все знаем, что та — в своей обычной мятой футболке и босиком. Акира сказала, что одежда в обществе — это условность, призванная скрыть и придать вид, а иллюзия Джин с этой функцией вполне справляется, так что пусть ходит хоть голая, пока поддерживает иллюзию. Главное, чтобы не простудилась. Но Джин у нас дитя, закаленное подземельями заброшенного завода, ей все нипочем. В общем сегодня у нас присутствуют почти все. Не хватает Линды, но та ясно дала понять, что членом команды не является, она всего лишь наемница, и потому участвовать в подобных сборищах не считает нужным. Просто потом скажете, что решили — сказала она и исчезла. Как всегда.
— Заседание Большого Дивана всех причастных и невиновных считаю открытым, — говорит тем временем Читосе, — на повестке дня вопрос — как именно мы будем штурмовать поместье Ясуда и, может быть, даже немножечко убьем его хозяина.
— Ясуда, Ясуда… — бормочет Акира. — Тот самый Ясуда? Ясуда Сити Корпорэйшн?! Вы с Майко совсем с ума посходили?!
— Кто такой Ясуда? — спрашивает Иошико. — Я чего-то пропустила?
— Цыц. — говорит Майко своей кохай, и та затыкается. — Помолчи, дитя. Акира, послушай, у нас след прямо в их поместье ведет и…
— Нет. — говорит Акира: — нет, нет и нет. Тем более — нет для Читосе.
— Почему это для меня — тем более нет? — обижается Читосе. — Для Майко обычное нет, а для меня — особенное? Дискриминацию разводишь, Акира-сан.
— Потому что ты после себя только трупы оставляешь, Читосе. После Майко хоть покалеченные остаются. А Ясуда Корпорэйшн — это, на секундочку, почти сорок процентов военно-промышленного комплекса Японии! Наши союзники и Митсуи и Мацумото — даже все вместе против них не потянут! Мы только-только с кланами соглашение заключили.
— Да. — говорю я. — Я не в курсе за Ясуда, но желание непременно укокошить столь влиятельных лиц членами нашей команды настораживает. Что за суицидальные наклонности? И почему нельзя просто с обрыва спрыгнуть, или там под поезд прыгнуть, если жизнь устраивать перестала? Не говоря уже о том, чтобы сперва с нами поговорить, авось да удастся вам двоим вкус к жизни вернуть.
— Ай, да не понимаете вы. — говорит Читосе. — Мы с Майко след нашли. Говорят у Ясуда в поместье хранится та самая кассета с записью девушки без рук и ног. Вот мы и подумали…
— И кто же это говорит? — спрашивает Акира. — Кто это у нас в захолустье такой светский лев, что его в поместье «Тысячи фонтанов» в Киото привечают? Скажи, мы знать хотим.
— Ну… есть один тип в пригороде. — говорит Читосе и рассказывает нам историю о некоем итальянце, который кино снимает. Богема же, вот и пригласили его на вечеринку, там и увидел. А Майко с Читосе на пару в его дом вломились в поисках тех самых кассет, а у него дома — коллекция фильмов для взрослых.
— Подумаешь, — бурчит себе под нос Джин, — пятнадцать фильмов и уже коллекция. У меня почти две сотни.
— У этого итальяшки — почти десять тысяч кассет. — замечает Читосе. — Прямо вся стена в них, и немаленькая стена такая. И в ящиках в кладовой тоже есть.
— Десять тысяч?! — зависает Джин.
— Ну да. Увлекающийся такой дядька. Я сперва хотела ему в ухо, но потом взяла себя в руки и спокойно спросила, не знает ли он, где такие кассеты есть… не фыркай, Майко, так и было же. Вежливо спросила. А он тоже, кстати такой — вежливый оказался. Эту историю про поместье Ясуда рассказал, вот я и подумала туда вместе с Майко визит нанести, а на всякий случай Сина с собой взять.
— Вы две неадекватные дуры. — говорит Акира. — Вы, что? Ну ладно, эта — она кивает на Майко, — но ты-то Читосе?! Бессмертные вы что ли?
— Пока Син с нами рядом — бессмертные. — кивает Читосе. — В постоянном контакте, как и отрабатывались схемы боевого построения. В теории…
— Нет! И слышать не хочу!
— Да погоди ты, Акира, послушай. — говорит Майко. — Никто не собирается поместье это штурмом брать. Это… на крайний случай. Наш собеседник туда приглашен и нас с собой может взять.
— Он туда приглашен? — удивляется Акира.
— Ну да. Он продюсер фильмов для взрослых, а мы туда под видом молодых актрис и пройдем. Как обычно — тихо зашли, тихо вышли. И не было тут никого.
— А убивать будем только по необходимости, — успокаивает нас Читосе, — не сильно.
— Это как? — озадачивается Акира. Она — девушка строгих правил, четких определений и ясных формулировок. Словосочетание «мы тебя не сильно убьем» ей не знакомо.
— Эм… ну если, например выяснится, что Ясуда-младший и есть тот самый наш маньяк-расчленитель. Тогда уж придется. — поясняет Читосе. — Ну, или если нас накроют и спалят. Или если не понравится кто — до жути. Знаешь, я же спать не могу, если парочку-другую не замочу. Не пристрелю кого.
—..?
— Да шучу я! Шучу! Не будем мы никого убивать! Даже если он — тот самый, то сперва проведем рекогносцировку, а уже потом соберем собрание и решим, что делать. Все-таки ты Акира, плохо обо мне думаешь. — говорит раздосадованная Читосе. — У тебя стереотип, что если Читосе
