«Гранд». Скорее всего, это тоже был отель. Сквозь свивающуюся в вихри снежную пелену Илана разглядела над плоской крышей ярко-жёлтую надпись – «Альдамейр».
Те трое наконец оторвались от окна и спустя пару минут оказались на крыльце. Илана подъехала к самым ступенькам.
– У вас не найдётся крытого загона для скакуна? – спросила она, слезая с Магнуса.– Он замёрз и очень устал…
Тут в глазах у неё потемнело, а в следующее мгновение темнота взорвалась яркой белой вспышкой – как будто кто-то швырнул Илане в лицо охапку снега. Это ветер, вырвавшийся наконец из-под контроля юной колдуньи, ринулся в созданный ею тоннель.
Очнулась она от того, что кто-то пытался расстегнуть её платье.
– Чёрт возьми, да как оно вообще снимается! – бормотал раздражённый женский голос. – Что это за бутафорское тряпьё на ней нацеплено…
В ноздри Илане ударил резкий запах спирта. Открыв глаза, она тут же зажмурилась – яркие блики огня плясали на лицах людей и звериных мордах, которые, кривлялись и скалились, наплывая друг на друга и сливаясь в какой-то невообразимый кошмар. С трудом подавив крик ужаса, девочка оторвала от себя руки склонившейся над ней женщины.
– Ну, кажется, очнулась, – произнёс мужской голос. – Пошли, Джеф. Ирма тут сама с ней разберётся…
Звериные морды наконец-то отделились от человеческих лиц и отодвинулись на задний план. Головы лося, медведя и волка украшали стену над жарко натопленным камином, занимавшим едва ли не четверть комнаты. Огненные блики на старой кожаной мебели и пёстром ковре придавали ей какой-то особый уют. Не хватало только свеч в тяжёлых канделябрах…
– Зачем вы меня раздеваете? – сердито спросила Илана. – Где Магнус? Его надо накрыть попоной или каким-нибудь одеялом. Фиольские скакуны редко мёрзнут, но он здорово вспотел и может простынуть…
– С твоим Магнусом всё в порядке, – строго сказала некрасивая худая женщина в растянутом свитере. – Меня сейчас гораздо больше волнуешь ты. Тебя надо хорошенько растереть спиртом…
– Не надо меня ничем тереть! Я не замёрзла. Я вообще никогда не мёрзну.
– Но ты же вся побелела!
– Я всегда такая. У меня такая кожа, понимаете? Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. Я хотела бы знать, где Магнус.
– В пристрое, – ответил ей один из мужчин – молодой, симпатичный и атлетически сложенный. – У нас тут есть хороший, очень тёплый пристрой, где мы держим кое-какой инвентарь. Там так тепло, что, думаю, твой четвероногий друг прекрасно обойдётся без одеяла. Чувствует он себя прекрасно. Ему дали воды, а вот корма для единорогов у нас тут, к сожалению, нет… Может, дать ему сухариков?
– Можно, но только чуть-чуть. Магнус любит сухари и чипсы, но слишком много мучного скакунам нельзя – у них от этого живот пучит.
– Леди, вы что – ветеринар? – с улыбкой осведомился второй мужчина, постарше. Он был невысок и с первого взгляда казался худым, но хорошо натренированные мышцы ног, которые чётко вырисовывались под облегающими брюками, выдавали в нём спортсмена. – Или занимаетесь разведением скакунов?
– Нет, я знаю это от тех, кто за ними ухаживает.
– И где же это у нас тут поблизости держат единорогов?
– На базе «Диаманта». Там снимают сказку. Магнус играет единорога… Ну и загримирован соответствующе. Кино называется «Король Зимы».
– Ну а ты, наверное, королева зимы? – поинтересовался молодой. – Если не мёрзнешь в бальном платье при – 10 с метелью. Или принцесса?
– Я играю принцессу Делину. Играла… А теперь уж и не знаю.
– С ней действительно всё в порядке, – озадаченно пробормотала Ирма, ещё раз ощупав Илане кисти рук. – Ни намёка на обморожение… Как тебя зовут?
– Илана.
– Мы собираемся ужинать. Ты не растаешь от горячего чая с пиццей?
– Не растаю, – засмеялась девочка. Она вдруг поняла, что ужасно проголодалась.
– А от глинтвейна? – спросил «атлет».
– Что ещё за глупости, Сэм! – нахмурилась Ирма. – Зачем давать ребёнку спиртное? Если бы она действительно замёрзла…
– Да какое спиртное? Мы туда даже спирту не добавляли.
– Его там и так 18 градусов!
– Я уже пила глинтвейн, – сказала Илана. – Три раза.
Сэм всё-таки угостил её глинтвейном, налив ей под укоризненно-бдительным взглядом Ирмы полбокала. Пицца с мясом и грибами была просто восхитительна.
– Повара тут первоклассные, – сказал Сэм. – Да и как иначе? Ты же знаешь, кто сюда приезжает отдыхать.
Ирма и Джефферсон Блейк были супругами, а Сэм Уоррик приходился Ирме двоюродным братом. Все трое уже несколько лет работали в Альдамейре лыжными инструкторами и жили в этом маленьком коттедже. Сэм сказал, что коттеджей на курорте около полусотни. Некоторые богачи, приезжая на отдых, предпочитают снимать отдельный домик, хотя отель тут получше всех столичных.
– Несколько коттеджей могут занимать семейные служащие. Этот Охотничий Домик – из самых скромных, но мне тут нравится. Они все в разном стиле. Есть Китайский Домик, Римский, Жилище Викинга…
– А избушка на курьих ножках есть? – поинтересовалась Илана.
От глинтвейна у неё поднялось настроение. Она даже забыла о своих неприятностях.
– Нет, – улыбнулся Джеф. – И ледяного дворца для дочери Короля Зимы тоже нет.
– А маяк… У вас там сегодня голубой прожектор?
Трое её собеседников удивлённо переглянулись.
– Маяк сегодня не работает, – сказала Ирма. – По-моему, он тут вообще без надобности.
– Когда я сюда ехала, я видела башню с голубым огнём на вершине. Что это могло быть?
– Понятия не имею, – пожал плечами Джеф.
Его жена заметно помрачнела, а Сэм как-то неопределённо усмехнулся.
– Я готова поклясться чем угодно, что видела впереди какие-то скалы, что-то похожее на замок и башню с голубым огнём. Всё это было очень далеко… А потом поднялась такая метель, что всё скрылось из виду. А потом я оказалась здесь. Значит, в Альдамейре нет такой башни?
– В Альдамейре нет, – сухо ответила Ирма и принялась убирать со стола.
– Наверное, это был снежный мираж, – сказал Сэм, когда его сестра с мужем вышли из комнаты. – Ирма всего этого так боится, что даже говорить об этом не хочет.
– И часто здесь бывают такие миражи?
– О-о, – протянул Сэм. – Здесь ещё и не такое бывает. Это вообще странное место. Честно говоря, я не уверен, что это миражи. Лыжники
