— Мейди, дорогая, если ты не будешь выходить из дома, то скоро тебе еда вовсе не понадобится, — отозвалась Летиция, — так и засохнешь прямо у себя в комнате. Возьми себя в руки и встряхнись.
— Выпила бы лучше, да приоделась, — не замедлил прокомментировать Герберт, откинувшись на спинку стула, — а то смотреть на тебя не хочется! Какому мужу понравится, когда его жена все время читает глупые книги при храме в компании таких же засушенных дам, как и она, вместо того, чтобы радовать его приятной улыбкой! Что ты нашла там интересного, Мей?
Не получив никакого ответа, он снова занялся тарелкой, а Мейделин начала скорбно гонять вилкой содержимое своего прибора, не поднимая глаз от стола.
— Отец, перестань третировать Мейделин, — вступился за нее квадратный подбородок, — она не виновата, что Алессандро оказался таким… непорядочным.
— Чего ты нашел в нем непорядочного, Сайрес, — изумился дедуля, — я всегда говорил ей, что надо больше уделять внимания мужу и сыновьям, а она слушала своих старых теток, а не меня! Тетки уже давно спокойно спят на кладбище, прожив всю жизнь в гордом одиночестве, а эта дурочка теперь уподобилась им и тоже осталась одна… Реган, не косись на меня, я знаю, что говорю! Чахнет теперь над своими книгами… много они тебе помогли? Розалия, твое здоровье, — Герберт ткнул своим бокалом соседний и быстренько допил оставшееся под сдавленные смешки Желлины и Нортена.
— Валерия, — теперь Розалия соизволила обратить на меня высочайшее внимание и то, что за столом меня никто никому не представлял, только подтверждало предположение, что все и так прекрасно знают, кто я такая, — а из какой страны вы попали в Лионию?
Я уже приготовилась напропалую врать о далеком королевстве Россия с односторонним порталом, как в столовую вошел еще один опоздавший гость, который своим появлением отвлек от меня внимание окружающих. Даже если не знать, кто он такой, то при одном взгляде на мужчину читалось несомненное сходство между ним, Бейрисом и Сайресом. Вот и папаша пожаловал… тоже будет закатывать глаза и скорбеть о своем отпрыске?
— Раймон, ну как ты долго сегодня, — Летиция отставила бокал в сторону, — ты уехал так рано, вместе с мэтром Лейнором? Что он говорил тебе по пути, каковы его прогнозы про здоровье Бейриса? Ну что ты молчишь… что он тебе сказал? Или ты не услышал от него ничего утешительного? Ты уехал так рано… Бейрис еще спал? Ты хоть заходил к нему, когда вернулся, или он еще до сих пор не очнулся? Я была у него утром, но просидела столько времени зря… он так и не открыл глаза… — при последних словах Летиция снова вытащила платочек и стала промокать излишнюю влагу, а остальные нервно завозились, причем все по-разному.
Сайрес переглянулся с женой и сестрой, состроив чрезвычайно скорбное лицо, Желлина тихо фыркнула и процедила сквозь зубы Нортену о наглости ближайших родственников, Реган с Каролиной очень живо проявили сочувственно-трагические выражения и преданно уставились на Летицию, а Мейделин забормотала что-то вполголоса, молитвенно сложив руки. Раймон даже не посмотрел на остальных и лихо продолжал уничтожать поданное ему на тарелке, не забывая прикладываться к бокалу с вином. Его жена, не дождавшись ни одного ответа, недовольно отвернулась в сторону, всем своим видом демонстрируя возмущение такому небрежению и равнодушию.
— Дорогая, хватит закатывать глаза и стенать, — Раймон даже не подумал поторопиться, хоть и видел ее недовольство, — Бейрис уже давно пришел в себя и я разговаривал с ним еще до того, как уехал с мэтром. Смею тебя заверить, что с ним все в порядке… ну разве что несколько царапин получил, — покосился он на готовую взорваться жену, — так это не представляет никакой опасности.
— Как это… царапин? — стала закипать Летиция, — то, что у него на голове, это, по-твоему, царапина? А на спине тоже царапина?
— Царапины, — вверг ее в полный ступор Раймон, — он же мужчина, а не ребенок!
— Правильно! — стукнул кулаком по столу Герберт, — для мужчины это все царапины! Вот помнится мне, в Острейской кампании…
— Дедушка! Отец! Герберт!
Все возгласы слились в один и дедуля счел за лучшее замолчать, опасливо поглядывая на женскую часть семьи.
— Он точно очнулся? — нервно всхлипнула Летиция. — Тогда почему я заходила к нему перед обедом, а он так и продолжал лежать, даже не откликнувшись на мои слова? Когда ты видел его?
— Да говорю же тебе, — уже явно стал раздражаться Раймон, — и с утра и сейчас! Правда, с утра я поначалу решил, что он немного не в себе…
Лучше бы он этого не говорил!
— Что… что с ним? — дама уже почти рыдала в голос, — он не может говорить? Он не узнал тебя? Или он…
— Да все в порядке с ним, чего ты так переполошилась? — Раймон знаком подозвал слугу, требуя подать ему что-то с дальнего конца стола, — мы с ним поговорили и я поехал во дворец. Подниматься после всего, что было, сегодня поутру и ехать самому еще действительно рановато, но завтра он уже вполне может сам держаться в седле! Не вижу причин, по которым он мог бы валяться еще неделю в постели, как это говорил мэтр Лейнор. Только что я был у него и сообщил, что выполнил его просьбу…
— Какую просьбу? — квартет Сайреса, Розалии, Летиции и Желлины был неподражаем!
— А, так вы действительно не говорили с ним с самого утра? — удивился Раймон с застывшей около рта вилкой. — Я-то думал, что вы уже все знаете… так он просил меня обратиться к Ронсеру, чтобы тот принял Бейриса в свой полк. Признаться, я не понял мотивов этого поступка, но все остальное он объяснил достаточно связно и четко.
— К Ронсеру? — теперь воздух сотрясал уже дуэт Сайреса и Летиции, причем если первый выражал безмерное удивление, то дама была близка к слезам, как никогда. Интересно, что это за полк такой, отчего матушка так истерит? Да еще он сам туда просится… может, хочет местную тюрьму охранять и меня по случаю туда упечь, а это здесь не почетно? Гвардия-то при короле куда больше нос задирать может…
— Почему к Ронсеру… — голос Летиции задрожал, — ну что он такое придумал… нет, Раймон, он точно не в себе, ты должен твердо настоять, чтобы он никуда не переводился из-под твоего начала! Это все последствия удара по голове, сам бы он никогда не решился на этот шаг! Жером! — подскочила она на стуле, — быстро отправляй за мэтром Лейнором и объясни, что у Бейриса что-то с головой и мы не знаем, что делать!
— Дорогая, — остановил мажордома взмах руки, — ты бы лучше сходила и поговорила с ним сама, прежде чем звать мэтра. Так будет спокойней и тебе и нам. Только пожалуйста не начинай рыдать сразу же от дверей!
