добрая.
Я отвернулась, чтобы прикурить сигарету. Мелкие добрые поступки никогда не перекроют того, что я сделала.
— А по поводу немцев тебе говорили правду. Не все, конечно, но большинство, так что не расслабляйся.
Расслабляться, кстати, не стоило и мне.
— Чем ты так успела насолить Шварцу? — Вилли выцепил меня в курилке.
— Не знаю, — пожала я плечами. — А в чём дело?
— Он распускает неприятные сплетни. Мол ты прикрываешь подпольщицу.
— В смысле?
Я уже кстати думала об этом. Но с другой стороны, по себе знаю каково сидеть безвылазно в четырёх стенах. Девочка просто прогулялась на рынок, подумаешь.
— Твоя домработница попалась на облаве и ты бросилась её спасать, — Вилли испытывающе посмотрел на меня.
— Я же все объяснила, — подавив раздражение, ответила я.
Эта паранойя в штабе, видимо, заразна. Раньше он не был таким подозрительным.
— Послала девчонку на рынок и напрочь забыла, что у неё нет документов. Она мне нравится, что здесь такого?
— Ничего, только если он окажется прав, под удар попадут все: и ты, и я, и Фридхельм.
Неприятно однако. Вот же тварь этот Шварц.
— Этот ублюдок наверняка взъелся на меня, когда я отбрила его подкаты. Личную жизнь ему видите ли хочется наладить.
— Он к тебе приставал? — насторожился Вилли.
— Нет, но просил с кем-нибудь познакомить. Я что похожа на сваху из какого-нибудь шоу «Давай поженимся»?
— Господи, Эрин, нельзя же грубить всем, кто тебе не нравится.
— Ну да, — покладисто кивнула я. — Нужно было уважить его просьбу и привезти сюда Чарли.
— Почему Чарли? — затупил Вилли.
— А кого ещё?
На такого придурка даже Хильди бы не клюнула. Хотя это не точно.
— Так что, как думаешь, мне следует помириться с майором? — я провоцирующе подняла бровь.
— Я сам улажу этот вопрос, — пробормотал Вилли. — От тебя же требуется лишь одно — никуда не лезть. Это понятно?
— Конечно.
Наверное, Вилли прав. Невозможно быть хорошей для всех. Кроме того вечно везти мне не может, а я должна думать не только о своей безопасности. Если меня повяжут, Фридхельм тоже пострадает. Никто и слушать не будет, что он ни при чём — заметут в лагерь или расстреляют как предателя.
***
— Помните, вы говорили, что отпустите меня ненадолго в деревню? — подошла ко мне Катя. Я нехотя кивнула.
— Очень я боюсь, как там бабушка одна. Я вот и лекарств ей раздобыла, — девчонка действительно протянула мне какую-то коробочку.
— Из города пока лучше не высовываться, но раз уж я обещала, иди.
Я достала из шкафчика пару банок тушёнки и протянула ей. Ну а что? Свой гонорар она отрабатывает.
— Что это? — Катя взяла банку и чуть прищурилась, читая этикетку: — Мясные консервы?
— Ты знаешь немецкий? — нахмурилась я.
Девчонка растерянно залопотала:
— Ну, не то чтобы знаю, просто в школе же учили…
— Ладно, иди, — вздохнула я. — Только вернись до комендантского часа.
— Спасибо, — опять эта по-детски светлая улыбка.
Либо она действительно ещё наивная девчонка, либо очень хорошая актриса. Впрочем, думать об этом у меня не было времени — Шварц и Вайс собирались проехаться по ближайшим деревням. Загадочного радиста так и не поймали, несмотря на регулярные облавы, и нужно качественно зашугать местный народ.
— У вас же хватает полицаев, понимающих по-немецки, — попыталась я отмазаться у Вилли.
— Это прихоть майора, — он недовольно поджал губы. — Полицаи не являются штабными переводчиками, а Шварц считает, что всё должно следовать установленному уставом порядку.
Класс. Мне светит «весёлый денёк» в компании этих упырей. Приехали, согнали местных в кучу, прочитали мотивирующую речёвку, мол не выдадите радиста — всех расстреляем, и поехали дальше.
— Вам будто не по душе это задание, фрау Винтер? — полувопросительно сказал Вайс, наблюдая, как я подкуриваю сигарету.
— Откуда такие выводы, герр гауптман? — я безразлично пожала плечами.
— У вас в глазах явно читается тщательно срываемая неприязнь, — он продолжал сверлить меня пристальным взглядом.
— А вы никак специалист в расшифровке взглядов? — ехидно ответила я. — Может, мне просто не нравится ваша компания.
— О чём беседуете? — весело спросил Шварц, подходя к машине.
— О том, как Эрин органично вписалась в нашу компанию, — усмехнулся Вайс.
— Да, с нами лучше дружить, — «добродушно» подтвердил Шварц. — Так что вы скажете насчёт небольшого вечера? Вкусный ужин, вино, танцы, красивые девушки.
— Скажу, что вы слишком много думаете о развлечениях, герр майор, — я отбросила окурок. — Вам не кажется, что сейчас уместнее сосредоточиться на своих прямых обязанностях? Насколько я знаю, таинственный радист до сих пор не пойман.
Шварц помрачнел и с такой злостью хлопнул дверцей машины, что та жалобно затрещала.
Какое-то время мы ехали молча. Впрочем, это длилось недолго.
— Кажется, это ваша домработница, фрау Винтер? — майор кивнул в сторону блок-поста, где солдаты проверяли документы у желающих попасть в город.
Блин, точно. Катерина.
— У вас потрясающая память на лица, — спокойно ответила я.
— И откуда же она возвращается? — задумчиво протянул он.
— Из деревни.
— Вас это не удивляет?
— Ничуть. Ведь я сама её отпустила. У неё больная бабка, она понесла ей продукты и лекарства.
Через пару дней снова нарядившись в деревенский прикид, я отправилась на рынок. Шпионка из меня конечно, как из Валуева балерина. А между прочим мне ещё надо придумать, что говорить генералу, он же ждёт от меня результатов. Чёртовы немцы, вечно кому-нибудь придёт в голову очередная идея фикс. Я снова вспомнила незабываемого штандартенфюрера.
Хм-м, вот так сюрприз. Я спряталась за прилавок, разглядывала Катю. Вроде не придерёшься — пришла девушка за продуктами, но что-то в её напряженной позе меня смутило. И взгляд какой-то ищущий. Проследив, куда она смотрит, я мысленно присвистнула. Похоже, Шварц не просто так лютует — среди полицаев действительно есть засланный казачок. Парень невозмутимо курил, вроде как наблюдая за порядком, но нет-нет и бросал взгляды на Катюху. Может, у меня тоже паранойя? Хотя если порыться в архивах истории, такие случаи не редкость. Полицаи действительно принимали сторону немцев, но некоторые работали на два фронта, служа информаторами для подполья. Парень докурил сигарету и, небрежно отбросив
