— Нет, я тебя поняла и услышала, — без эмоций отвечает Хелен. — Прекрасно поняла…
— Меня убивает то, что ты так со мной холодна.
— А ты думал, я брошусь тебя обнимать и целовать после всего, что мне про тебя рассказали?
— Хорошо, ну что мне сделать? Скажи, что я должен сделать для того, чтобы ты осталась со мной?
— Для начала хотя бы поговори с ребятами и извинись перед ними за свое безобразное поведение, — настаивает Хелен. — Имей мужество признать ошибки и рассказать о своих проблемах.
— Без проблем, солнце мое! Я обязательно это сделаю! Да… Да если бы парни не ушли, я бы тотчас попросил у них прощения.
— Я не уверена, что они простят тебя после всех этих приключений, но тебе это будет в плюс. Так ты не испортишь их мнение о себе окончательно.
— Я тоже боюсь, что ребята не захотят и дальше со мной общаться. Но я все равно попробую. Пусть знают, что я… Понял свои ошибки… Понял, что… Они мне не врали насчет тебя.
— И да, я не буду уговаривать их тебя простить, — строго говорит Хелен, приподняв указательный палец. — Ни ради меня, ни ради девчонок, ни ради кого-либо еще. Даниэль, Терренс и Эдвард сами должны решить, надо ли им вот это все.
— Ничего, я все пойму, — с грустью во взгляде вздыхает Питер. — Ведь я поступил с ними очень жестоко и несправедливо. Столько всего наговорил, столько всего сделал… Наверное, и жизни не хватит, чтобы за все заплатить.
— Это уже твоя вина. Они не давали тебе ни одного повода усомниться в себе. Ты сам накрутил себя на то, что они якобы виноваты в моей гибели, и едва ли не утроили против тебя вселенского масштаба заговор.
— Знаю… — Питер сгибается пополам и, шмыгнув носом, запускает пальцы в свои волосы. — Не зря я такой неудачник по жизни… Не зря мне не везет с самого рождения. Может, я даже заслужил все это. Не мои болезни виноваты, а я сам.
«М-м-м, надо же, как появление девчонки мгновенно тебя отрезвило… — ехидно ухмыляется Теодор, скрестив руки на груди и склонившись над Питером. — То тут бегал с ножиком и всерьез хотел скинуть своих дружков с обрыва, то теперь сидишь рыдаешь у подружки на коленочке и пытаешься убедить ее тебя не бросать.»
— Какой же я идиот… Просто идиот… Ублюдок, который в очередной раз все испортил. В очередной раз жестоко обошелся с теми, кто ни в чем не виноват. Ребята хотели как лучше, а я… А я думал, что они хотят причинить мне боль. Как и все те, кого я когда-либо встречал.
«И поверь мне, приятель, так будет продолжаться до тех пор, пока ты не вспомнишь главную причину всего этого. Не узнаешь, в какой момент ты засомневался в доброте этого мира и начал избегать людей. И в этом тебе поможет не девчонка, а я. Голос твоего подсознания.»
— Даже тебя успел обидеть… Поверил своему папаше как какой-то наивный мудак. Поверил, что ты реально мне не верна и не до конца честна со мной. Хотя ты едва ли не единственная, от кого я сто процентов не мог ожидать никакого подвоха. Если в других я так или иначе сомневался и сомневаюсь, то твои намерения всегда были чистыми и искренними.
— И от этого мне безумно обидно, — признается Хелен. — Я ради тебя всю душу наизнанку выворачивала, а ты вот так со мной поступил. Наорал, обвинил в предательстве и выглядел так, будто вот-вот мог меня прикончить.
— Какой позор… Твою мать, какой позор…
Питер закрывает лицо руками, снова начав часто и громко всхлипывать.
— Что я вообще творю? Что я натворил? До чего я докатился? Как мог так облажаться? Сука… Да мне теперь и за всю жизнь не разгрести все это дерьмо! Сдохну, а меня так и будут ненавидеть! А все потому, что у меня нет мозгов! Потому что я больная тварь, которой реально самое место в психушке. Которая заслужила все, что с ней происходит. ЗАСЛУЖИЛА!
Издав душераздирающий крик, Питер с новой силой продолжает безутешно рыдать, ни капли не стесняясь подобного проявления эмоций, которые уже просто не в силах сдерживать. Каждая мышца тела содрогается, воздуха в легких не хватает, руки дрожат… Ощущение полной беспомощности и уязвимости перед нестерпимой болью и кошмаром, который как будто и не думает прекращаться. Пару раз парень вновь пытается закричать и сказать что-то несвязное, но он будто бы потерял способность разговаривать, а из онемевших уст вылетают беззвучные слова.
«Так тебе и надо, урод! — злорадствует Теодор. — Ты реально все это заслужил. И то, что девчонка явно не собирается к тебе возвращаться, это тоже расплата. Расплата за все твои злодеяния. Расплата за грехи твоего папашки. За все то, что твоя семейка могла натворить. Раз ты член семьи Лонгботтом, то тебе и придется носить его бремя. Ты носишь его уже двадцать семь лет. И будешь нести до самой своей смерти.»
Питер с очередным громким всхлипом вцепляется пальцами в свои волосы и больно их оттягивает, часто и поверхностно дыша, пока он не в состоянии унять дрожь, что овладела всем его телом. Глядя на это зрелище, Хелен и сама чувствует, как ее глаза увлажняются слезами, а сердце неприятно сжимается. Девушка немного колеблется и нервно перебирает пальцы до того как она мягко притягивает его голову к себе, кладет ее себе на грудь и нежно гладит, в какой-то момент слегка пригладив его растрепавшиеся волосы.
41.3
— Ну все-все, милый, все, успокойся, пожалуйста, — нежным шепотом просит Хелен и мило целует Питера в висок. — Успокойся… Все хорошо…
— Не оставляй меня… — низким дрожащим голосом взмаливается Питер и шмыгает носом. — Прошу тебя, останься со мной… Я пропаду без тебя. Этот мир сожрет меня с потрохами, если я останусь один. Но я не хочу! Не хочу быть один! Не хочу умирать! Я хочу жить! Жить, понимаешь!
— Твое поведение меня очень разочаровало. Очень…
— Я правда хочу все исправить. Хочу дать всем понять, что мне очень жаль. Что я не хотел этого. Не хотел никому вредить. Не хотел никого предавать.
— Я была бы рада тебе помочь, но сейчас от меня ничего не зависит. Раз ты накосячил, то тебе и исправлять.
— Нет, ты можешь помочь! — Питер отстраняется от Хелен и мягко берет ее за предплечья. — Можешь помочь мне. Просто будь со мной. Если хотя бы ты останешься рядом, мне уже станет намного легче.
— Ты обещаешь, что извинишься перед ребятами и все им объяснишь?
— Клянусь, солнце мое! Даже если от этого ничего не поменяется. Если я не извинюсь, меня будет сжирать чувство стыда. А я этого не вынесу.
— Надеюсь. Я не хочу, чтобы ты ругался из-за меня ни с кем из друзей и знакомых. И если у нас есть какие-то проблемы, то мы должны сами их решать. И не осуждать тех, кто не принимает нашу позицию и встает на сторону другого.
— Просто скажи мне, что ты не хочешь меня бросить. Это единственное, что я сейчас хочу от тебя услышать.
«Ага, сейчас! — скрестив руки на груди, ехидно ухмыляется Теодор. — Можешь даже не мечтать о таком после того, как ты обосрался по полной программе!»
Хелен пару секунд молча над чем-то думает, склонив голову, до того, как она переводит грустный взгляд на Питера и спокойно говорит:
— По крайней мере я попробую. Попробую закрыть глаза на твои поступки, если ты в них искренне раскаешься и извинишься перед теми, кого незаслуженно обидел.
— Ради тебя я хоть в лепешку расшибусь, — шмыгнув носом и приподняв голову, гораздо увереннее говорит Питер.
— Нет, ты должен сделать это не ради меня или кого-то еще, а ради самого себя. Потому что ты сожалеешь. Потому что хочешь вернуть доверие ребят. Потому что ты точно знаешь, что не хочешь терять друзей.
— Можешь прибить меня, если я этого не сделаю. Можешь сделать со мной все что хочешь. Можешь причинить мне любого рода боль. Боль, которую я заслуживаю.
— Просто больше не делай все эти глупости – и все будет хорошо. Не причиняй человеку боль, которая рано или поздно может вернуться тебе бумерангом. Если однажды ты предашь кого-то, то настанет тот день, когда кто-то предаст тебя.
