же сосредоточусь на своих прямых обязанностях — то есть обеспечении ее безопасности.
Так и поступил, проявив себя отъявленным тираном. Ну а как еще? Ставки высоки как никогда. Йорки на престоле, но война Алой и Белой розы не закончена, Ланкастеры далеко не побеждены и могут в любой момент воспользоваться слабиной Йорков. А оных Ланкастеров поддерживает Паук. Так что... В общем, вы понимаете.
Разговор с Мегги закончился, как всегда. Ну... сами понимаете, тесная баталерка, шум волн, треск корпуса, скрип такелажа, желанная женщина рядом... Одним словом, романтика, ёптыть. Оторвались мы друг от друга лишь когда шебека стала входить в порт Дувра. Мегги отправилась наводить марафет, ну а я занял свое место на мостике.
Ну что... Вот она, Великобритания. Я едва ли не всю Европу уже исколесил, а на этом острове еще не был. Любопытно, однако.
Над портом доминировал Дуврский замок, застывший мрачной громадиной на высоком холме. Гавань на его фоне, несмотря на впечатляющие, по средневековым представлениям, размеры, казалась обыкновенной рыбацкой пристанью. Множество кораблей, корабликов, лодок, лодчонок, ряды складских помещений и дичайшая вонь. Однако тут я предвзят: бритты, без сомнения — главные грязнули Европы, но так пахнет в ней везде.
— Мать твою... — Я с отвращением сплюнул, заметив вздувшийся сине-зеленый труп, медленно дрейфующий в открытое море. — Веселенькая картинка...
Низкие свинцовые облака и мерзкий моросящий дождь окончательно сформировали впечатление. Надо сказать, отвратительное впечатление. Тьфу...
Заход в любой порт, даже средневековый, сопряжен с многими формальностями. Для начала к нам рванул баркас таможенников под парусом, украшенным гербом кинга. Ничего необычного: таможенные пошлины — личный доход Эдика, прямо в его собственную мошну идут.
С этими разобрались быстро, Веренвен под запись засвидетельствовал, что блюдет законы, контрабанда отсутствует, и готов за нарушение ответить головой.
Да, все так просто на первый взгляд, но на самом деле это только предварительные ласки, так сказать, а основной и очень тщательный досмотр будет уже на берегу. Впрочем, не в нашем случае.
— Идиот! — с чувством выругался я, заметив, что причал, выделенный нам для швартовки, берут в оцепление латники в коттах с гербом Джона де ла Поля, графа Линкольна.
— В чем дело, Жан?.. — встревоженно поинтересовалась Мергерит.
— Смотрите, — я показал на причал. — К чему это все?
Нет, право слово, злости не хватает. О прибытии Мергерит никто, кроме самого кинга и вот этого тупицы Линкольна, не знает. Мегги должна была проскользнуть на берег мышкой, а тут...
— Не судите его строго, — усмехнулась герцогиня и кивнула на Анну: — Мы приняли меры предосторожности. Джон встречает свою родственницу, а я... А я ее скромная спутница.
И действительно, на фоне роскошно разодетой статс-дамы Мегг выглядела совсем незаметно.
— Святая Богородица… — простонала Анна. — Я хочу на берег... Жан, можно я прыгну в воду?
Осунувшаяся, с зеленым исхудавшим лицом, она смотрелась как настоящая утопленница.
— Нет, нельзя. Крепитесь, Анна, скоро все закончится. — Я ободряюще улыбнулся ей и отправился в очередной раз инструктировать Логана, принявшего команду над дружинниками.
Братец Тук выглядел спокойным, но на его морде то и дело проскальзывала блаженная улыбка.
— Предвкушаешь?
— Угу... Эля нашего хочу! — осклабился шотландец. — И бабу нашу...
— Это позже. Готовы?
— Готовы. Доспех и оружие — во вьюках. Под одеждой кольчуги, при себе только ножи и кинжалы.
Я окинул взглядом сгрудившихся на палубе дружинников и кивнул:
— Тогда, товсь...
— Товсь, мать вашу, желудки, набитые!!! — выслушав меня, немедленно рявкнул Логан. Эхом прокатился рев сержанта и десятников, дублирующих команду.
— Вот же ироды!.. Не на плацу же, идиоты...
— Не на плацу, идиоты!.. — опять продублировал младший командный состав. Но уже тише.
М-да... Умеют, черти, порадовать отца-командира. На этом фоне неприветливые берега Англии уже не так портили мне настроение, да и высадка прошла без сучка и задоринки.
После того как Мегги и Анна заняли место в возке, мы формально раскланялись с Джоном.
— Ваше сиятельство...
— Ваше сиятельство...
С графом я виделся всего пару раз, во время его визитов к Мергерит, но как-то неожиданно мы сразу сдружились на почве коллекционирования редкого оружия. А следующим сближающим элементом знакомства стала коммерция. Да, именно она. Публично дворяне шугаются этого дела как черт ладана, но по тихой воде вполне приторговывают. Естественно, далеко не все, а только те, кто поумнее. Ну и, конечно, не лично, а через посредников.
— Рад! — саданул меня по плечу граф Линкольн.
— Не меньше, — ответил я тем же. — Как и уговаривались?
— Да, в мое загородное имение, в Виндзор. Для ваших людей уже приготовили телеги... А лично для вас... — Джон махнул рукой, и ко мне подвели статного жеребца в роскошной сбруе и расшитом серебром накрупнике. — Его зовут Махаон; чистокровный шайр, между прочим.
— Джон, вы знаете чем порадовать меня… — Я потрепал по лощеной морде прядущего ушами жеребца. И озадачился — с каких таких делов скуповатый, как и все бритты, Джонни так расщедрился? Подарок не из рядовых. Такой скакун, да еще в полной сбруе, сейчас стоит бешеных денег.
— Вы тоже, — довольно ухмыльнулся англичанин. — Ваш подарок вчера на охоте играючи взял серую цаплю. Да так лихо и красиво, что за него мне сейчас предлагают две сотни розеноблей. Но это все мелочи, Жан. Есть разговор...
Как я и подозревал, такой шикарный подарок англ презентовал мне неспроста. А вот и фаворитские плюшки начали проявляться. Надо что-то от государыни? Просить лично — не комильфо, а значит, идем к фавориту. Ну-ну...
— По мере своих скромных сил, я приму
