к себе Бользена.
— С пяток наших подранено, двое или трое — наглухо... — Сержант чиркнул ребром кольчужной перчатки по горлу. — И полегли почти все латники его сиятельства Линкольна. Они первыми приняли удар.
— Понял. Вперед; сам знаешь, что делать.
На втором этаже раздался грохот — в дело вступили аркебузы мосарабов. Остальные дружинники встретили эти звуки одобрительным ревом и ускорили работу.
Я довольно выругался и поймал за шиворот пытающегося прошмыгнуть мимо меня невысокого толстячка — кастеляна имения.
— Стоять, Muchtar...
— Ваше... ваше... — У кастеляна от страха зуб на зуб не попадал.
— В подвале колодец. У тебя слуги. Живо таскать воду и расставлять в бочках на этажах. Понятно? Не справишься — лично четвертую. Пшел...
Кастелян, продолжая стучать зубами, быстро кивнул и понесся по коридору, сзывая прислугу истошными воплями.
— Вот это другое дело... — Я уже было направился на второй этаж — глянуть, как там дела у стрелков, но услышал глухие удары, идущие откуда-то снизу.
Понимание ситуации пришло мгновенно. Обследуя дом, я поинтересовался наличием каких-либо подземных ходов. На что мне ответили: да, есть такой, вот полюбопытствуйте сами, ваше сиятельство; но запорный механизм мощной двери давно сломался, поэтому вход туда намертво заблокирован. А исправить все руки никак не доходят, потому что имение почти всегда пустует. Тогда, на всякий случай и чтобы успокоить свою паранойю, я приказал наглухо забаррикадировать ту часть подземелья. И в запарке не проверил исполнение. Вот же паскудство!
И, надсаживаясь, заорал:
— Тысяча чертей!!! Логан, Бользен, разворачивайте людей, враги уже в подвале!
В подвал уходила винтовая лестница; едва мы успели перестроиться, как внизу послышались боевые кличи нападавших.
— Смерть узурпатору!..
— Смерть Йоркской Волчице!..
— Вперед!..
— Смерть!..
— Бей, убивай!..
Первыми, по трое в ряд, по лестнице поднимались рыцари, сплошь закованные в броню.
Защелкали арбалеты, тяжелые стальные болты с глухим стуком ударили в осадные павезы, которыми прикрывались рыцари. Крайний в ряду, верзила в новеньких нарядных доспехах с золотой чеканкой, словил болт прямо в забрало и с лязгом опрокинулся, сшибая с ног товарищей.
Колесцовые замки вышибли пучки искр, пистолеты в моих руках бешено дернулись, извергнув длинные снопы огня и дыма. Низенький крепыш с пышным плюмажем на бацинете ничком рухнул на ступени, его сосед упал на колено, уронил щит и сразу же, получив в кирасу пару болтов в упор, опрокинулся навзничь.
— А-а-а!!! Сиськи ундины!.. — Баумгартнер и Гаврила сообща с ревом зашвырнули вниз тяжеленную каменную кадку с торчащим из нее тощим плюгавым кустиком. Она смела еще одного рыцаря и покатилась дальше, давя и калеча остальных на лестнице.
Саданули аркебузы мосарабов Альмейды, посылая снопы жеребьев вниз. На лестнице образовалась сплошная мешанина из закованных в железо трупов и истошно вопящих раненых латников. В завершение, вниз полетели запечатанные кувшины с зажигательной смесью Чена, а вслед за ними — пара горящих факелов. Полыхнуло так, что у меня борода затрещала от жара. Да и хрен бы с ней, ничего страшного! Тут нечему гореть — один камень, само погаснет. Ух-х! А знатно верещат...
Нападающие оказались в заведомо проигрышном положении. Они поднимались вверх по узкой лестнице без перил, позволяющей идти только по трое в ряд. Мы же, находясь сверху, не особенно напрягаясь, могли сдерживать хоть сотню врагов. Словом, вот такие своеобразные Фермопилы образовались. А я — этот... как там его?.. Короче, царь там был... Ну вы поняли...
Наступление скоро захлебнулось в крови. Одним мощным натиском мы сбросили нападающих вниз, после чего в подвале началась банальная резня. Но не успел я насладиться победой, как затрещали входные двери — к ним успели подтащить таран из здоровенного ствола дерева. Вдобавок стали заканчиваться болты у наших арбалетчиков.
— Отходим на второй этаж!!! — заорал я, увидев, как одна створка дверей, звонко треснув, слетела с петель. — Держим лестницу, мои молодцы!
Пока положение оставалось не особо критическим. Нас гораздо меньше — это да, но в доме три этажа, Мергерит с Анной на последнем. Чтобы добраться до них, этим хреновым уродам придется преодолеть три проема лестницы, на которой мы опять получаем тактическое преимущество. Скоро наступит утро, рядом Виндзор, ну не решатся же они играть в войнушку неподалеку от резиденции самого кинга? Опять же утром сюда вернется де ла Поль. Короче, еще потрепыхаемся. На крайний случай, отступим на крышу... крышу...
— Принимай командование, братец! — бросил я Логану и побежал наверх, решив эвакуировать дам, не дожидаясь того самого «крайнего случая».
Ворвался в комнату — и застыл...
— Мегг! — Анна как раз повернулась от окна и с довольной улыбкой сообщила Мергерит: — Все получилось. Они уже здесь!
Не совсем понимая, что «получилось», я невежливо отодвинул статс-даму и... И с чувством выругался, упомянув всех святых и их визави из ада.
— Жан, — невозмутимо заметила герцогиня, — вы святотатствуете…
Анна лишь коротко усмехнулась и лениво хлопнула пару раз в ладоши.
— Тысяча чертей и преисподняя!.. — прорычал я, глядя в окно. — Но как?..
Из леса вылетали эскадроны конных жандармов в коттах с гербами кинга и сгоняли нападавших, словно баранов, в одну кучу. А это... Матерь божья! Да это штандарт самого Эдуарда! Сам кинг? Откуда?..
Понемногу стало приходить понимание. И дикая злость. Да нас просто использовали как приманку!!! Не знаю, какую дезу запулила Мегг, но ей удалось спровоцировать оппонентов на выступление, соответственно, дав своему братцу шанс поймать их на горячем. Одно дело сомнительные письма, и совсем другое — открытое нападение на единоутробную сестрицу действующего кинга. Ох, и полетят головушки! Ай да стерва, ай да умница... Но... твою же кобылу в дышло! А мои люди, ставшие сегодня трупами и калеками? А я...
