Практически порой это означает не один час потерянного времени. Будто в этой стране оно вообще не ценится. Но редко кто здесь сердится, когда вынужден выстаивать длинную очередь или ожидать перед запертыми дверьми. Индийцы посмеиваются, глядя на нервничающего европейца, не умеющего скрыть свое нетерпение. Ведь длительное ожидание неотъемлемо от повседневной жизни. И тут ничего не изменишь. Так зачем же расстраиваться?
Если вы собрались пойти к кому-нибудь в гости и не обладаете иной путеводной нитью, кроме адреса, то рискуете не попасть туда, куда вас пригласили. На больших калькуттских улицах номера домов следуют по порядку, но за многими зданиями скрываются небольшие лабиринты из нескольких улочек, на которых проживают сотни жителей. Порой дома обозначены не только номером, но еще и буквой — допустим, 234-А или 13-Д, иногда под одним номером значатся сразу три входа; ни о каких списках жильцов здесь и не помышляют, только представители разных фирм, адвокаты, врачи и вообще люди, занимающиеся дома каким-то доходным делом, помещают у входа табличку со своим именем и сведениями, как к ним попасть. Обычно не остается ничего иного, как ходить по коридорам, взбираться по лестницам, стучать в разные двери и терпеливо искать. Со мной дважды случалось, что вопреки довольно простому на первый взгляд адресу я просто не находил нужного мне человека и возвращался ни с чем из отдаленной части города, где тем временем меня напрасно ждали.
Спрашивать людей чаще всего бесполезно. Как-то меня пригласили в гости к одному молодому доценту Джадавпурского университета. Названный им номер дома был с той самой зловещей литерой «Б», под которой могло скрываться все что угодно. И действительно, у дома под этим номером вообще не было с улицы никакого входа, там располагалось лишь несколько магазинов и лавчонок. Никто моего доцента не знал, но мне посоветовали попытать счастье с боковой или с задней стороны дома. Только тогда я обнаружил по обе стороны дома узенькие улочки и несколько домов с подъездами. Попробовал зайти в один — безрезультатно. Из другого дома как раз в то время, как я туда попал, выходили две пожилые дамы. Я спросил, не знают ли они моего знакомого. Они даже не поняли, о ком я спрашиваю. Тогда па всякий случай я поднялся этажом выше, постучал в дверь — как ни странно, открыл ее сам доцент. Я стал рассказывать ему, как долго мне пришлось искать его жилище и расспрашивать разных людей, в том числе и его соседок снизу. Он этому нисколько не удивился и даже сказал, что и сам не знает, кто живет в квартире под ним. Я спросил, как давно он здесь поселился. Оказывается — лет пять назад.
Люди в этом муравейнике действительно не знают друг друга. У каждого свой круг знакомых и приятелей, но это отнюдь не всегда его соседи. Плохо, если вам точно неизвестен номер дома. Так я искал, например, одного писателя, о котором знал лишь, что он живет «напротив дома главного министра». Дом главного министра мне действительно показали, но напротив него возвышался ряд трехэтажных строений, разделенных узкими улочками. Я расспросил не менее дюжины человек. Жители Калькутты услужливы, а если вы еще говорите по-бенгальски, они- сама предупредительность и готовы помочь советом даже в тех случаях, когда сами толком на ваш вопрос ответить не могут. Меня посылали то в одну сторону, то в другую. Наконец спасение пришло в буквальном смысле слова свыше. Я как раз выспрашивал в одном из боковых проходов какого-то пожилого господина, с которым нужно было говорить довольно громко, когда из окна второго этажа выглянула женщина и крикнула:
— Я видела вас по телевидению! Кого вы ищете? Пулинбабу? Вторая дверь слева.
Действительно, он жил именно там.
Главное здесь — не торопиться. Никто вас не упрекнет, если вы опоздаете на час в гости. Порой во время своих поисков вы можете прекрасно с кем-нибудь побеседовать, а подчас узнать от него и нечто неожиданное. Остановленный мною пожилой господин хотя и не знал человека, которого я ищу, однако, заинтересовавшись тем, что я владею бенгальским языком, стал меня обстоятельно расспрашивать, из какой страны я приехал, а затем рассказал о своей большой семье и о племяннике — тот служил когда-то в посольстве Индии в Праге, и ему там «очень понравилось».
Как-то в поисках нужного мне адреса я на всякий случай позвонил в одну дверь. На мой вопрос, не здесь ли проживает тот, кого я ищу, меня тут же пригласили в квартиру. Я вошел с чувством радостного облегчения, что наконец-то нашел нужного человека. Но нет — хозяева просто хотели, чтобы я с ними немного посидел, поговорил, выпил чаю и отдохнул, — очевидно, они подозревали, что мне немало еще предстоит блуждать по улицам.
Прекрасные комнаты для приезжих, или общежитие института, где я провел последние месяцы своего пребывания в Калькутте, имели лишь один небольшой недостаток. В оборудовании ванной была какая-то неисправность, и вода текла непрерывным потоком. Поэтому в целях экономии воду перекрывали и давали всего на час утром и на час вечером. При такой жаре это очень неприятно — нельзя воспользоваться душем в удобное для тебя время, надо подстраивать распорядок дня к пуску воды. Но меня заверили, что слесарь уже вызван и скоро придет.
Однако слесарь так и не появился, не пришел он ни на второй, ни на третий день. Оказывается, в стране не хватает квалифицированных мастеров. Притом что в Индии большое количество безработных, такое положение дел поразительно, но, к сожалению, это так. Слова лок наи («нет людей») я слышал в Калькутте почти так же часто, как у себя на родине. Слесарь появился лишь через неделю.
Можно было бы как-то выйти из положения, будь у меня ведро побольше, куда я мог бы набирать воды для обливания. Но в перечне инвентаря оно, увы, не числилось. Сначала я хотел предложить, чтобы ведро купили, но потом сообразил, как мое ходатайство пойдет путешествовать от инстанции к инстанции, постепенно обрастая печатями и подписями, — и предпочел купить ведро сам. Это обошлось мне всего в три рупии, и я мог обливаться водой, когда хотел.
Однажды вечером я сидел в своей комнате под работающим в эту минуту вентилятором и читал книгу. Вдруг что-то стремительно закружилось возле моей головы и упало на пол возле стола. Там оно осталось неподвижно сидеть. Я пригляделся — это был коричневый таракан с первую фалангу большого пальца, с крыльями и длинными ногами. Я его тут же растоптал. Но не успел я вернуться к чтению, как прилетел второй. Вскоре и третий сел мне на рубаху. А следующий сел прямо на лицо. Привлеченные светом, они один за другим лезли снаружи через щель под дверью, проникали между створок закрытого окна. В тот вечер я убил их более тридцати, но утром по углам и на полу обнаружил еще больше живых. Подобных «вторжений» я пережил в Индии немало. Один раз это были крылатые муравьи, в другой — какие-то зеленые поденки, в третий —. жуки, их названия мне так и не удалось выяснить. По ошибке я принял их за тараканов. Как позднее объяснил мне специалист, это была особая разновидность сверчков.
