«Не может быть, чтобы задача не имела решения».
Единственное, за что я переживал — недостаточно прокачанная «Печать Хаоса». Что, если в Бада-Баром нужно было явиться, когда умение будет настолько развито, что составит по откату всего тридцать минут? Подумав, я всё же отмёл это предположение, представив, сколько же нужно времени, и какой должен быть уровень моего персонажа, чтобы с двадцати четырёх часов апнуть откат умения до получаса?
— Думай, Вова, думай! — приказал я сам себе, уже в который раз рассматривая ненавистные знаки.
Активированная ранее руна горела ровным светом, и у меня был всего час, чтобы найти решение, иначе всё это предприятие можно смело отправлять псу под хвост.
Нарезав ещё несколько кругов по залу, понял, что все эти демоновы руны даже самый тренированный вундеркинд не сможет удержать в памяти, поскольку в ломанных линиях сам чёрт ногу сломит. А мне снова нужно взбираться наверх, чтобы окинуть взглядом общую картину ещё раз.
Уже зависнув под сводчатым потолком, я старался разобраться в хитросплетении линий, и подвести этот став хоть под какое-то логическое обоснование, объясняющее именно такое расположение рун. Тщетно.
Казалось, что неведомые мастера нарочно их смешали, разбросав в хаотичном порядке, чтобы те, кто попытается в будущем запустить став, ни за что не разобрались.
Мне пришлось залезать на стены ещё не раз, пытаясь рассмотреть печать с разных ракурсов. Думаете я понял, где у этой хрени верх, а где низ? Конечно, нет.
Пока я организовывал скалодром, часы успели отсчитать сорок минут. Ещё двадцать, и «Печать » снова откатится, но я чувствовал, что если не придумать решения головоломки, дальнейшая активация заведёт меня в тупик. Не зря же по условиям задания я должен за двадцать пять часов активировать пятьдесят рун? Это ровно две руны в час, чтобы не выбиваться из навязанного графика.
Вот только как?
Безжалостный и неумолимый секундомер отсчитывал последнюю минуту отведённого времени, когда меня внезапно озарило.
Когда мы ещё шли по разрушенным улицам Бада-Барома, я же видел руны на остовах зданий, некоторые из которых имели обратное начертание, как выразился Ньютон. В моей интерпретации это была просто руна нарисованная вверх ногами.
Ещё раз присмотревшись, мне захотелось расхохотаться от облегчения, но для сомнений в правильности моего решения ещё присутствовала. Я боялся ошибиться.
Нет, я не нашёл разгадку, но успел снова сосчитать и понять, что рун в ставе всего двадцать пять, вот только половина из них была начертана наоборот: вверх ногами и отзеркаленная по горизонтали.
Быстро найдя ещё одну руну «Соул», я буквально кубарем скатился со стены и бросился к ней. Оставалась одна маленькая деталь — активация.
До отката умения оставалось несколько секунд, но как оживить рунический знак, я так и не догадался. Какая-то мысль вертелась в голове, но поймать её за хвост мне никак не удавалось.
«Вспомни, что когда-то говорила Поляна! Кровь — ключ ко всему! Единственная субстанция, с помощью которой можно сотворить наиболее мощное заклинание или нанести вред любому разумному. Только живая кровь, текущая в жилах, способна усилить любой вид магии… Любой!».
Или активировать руну, если остальные способы себя исчерпали.
Волнистое лезвие криса вскрыло кожу на ладони, словно скальпелем. Лишь когда на обескровленном разрезе набухли первые капли — пришла запоздалая боль. Сжав кулак, направил тоненькую струйку крови на руну, моля всех Богов, чтобы моя задумка удалась. В тот момент, когда секундомер отсчитывал последние крупицы, обратное начертание руны Соул вспыхнуло зловещим багровым цветом, а воздух вокруг ощутимо наэлектризовался.
Взметнувшись на уровень груди, руна, как и её товарка, несколько раз провернулась вокруг своей оси, а потом из оснований знака ударили тонкие нити моей крови, связывая обе руны в единое целое.
На моих глазах мана, заключённая в одной, сейчас намертво переплеталась с кровью, заключённой в другой руне, создавая искрящийся поток, видимый даже обычным зрением, не то что магическим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Врёшь, не возьмёшь, — рассмеялся я, понимая, что всё сделал правильно. — Ну а вот теперь — поехали!
Чётко по откату, влепил «Печать Хаоса» в следующую руну, уже не удивляясь визуальным эффектам, когда знак «Кеназ» активировался…
Если меня спросят, чем я занимался сутки, я отвечу: разгадывал загадки, нервничал, лазал по стенам, что твой таракан, и наносил себе увечья, пуская кровь. Не назову это лучшим времяпровождением, но то, что я видел в центре зала, уже наводило на определённые мысли.
Мана, переплетаясь с кровью, образовывала какой-то иной тип энергии, и мне кажется — более нестабильный. Когда были активированы шесть рун, получившиеся нити начало лихорадить, а они сами стали похожи на огромные электрические дуги, которые при соприкосновении друг с другом порождают сноп искр, ослепляя.
В центре рунного става расположился особый знак, больше напоминающий ещё одну печать, только более мелкую, но от этого являющуюся не менее насыщенной, если судить по сложности исполнения. Именно эта печать заискрилась после восьмой активированной руны, пробуждаясь.
Четыре дуги, перекрещённые между собой, соединились, чтобы получившимся перекрестьем притянуться к центральной печати. Силовые линии по контурам начали напоминать огромные лепестки неведомого цветка, который внезапно решил расцвести в самом сердце древней пирамиды.
Время ускользало, а я чувствовал, что начинаю выдыхаться, несмотря на почти часовой перерыв между активацией рун, в который я то и делал, что жрал двойную порцию эликсиров, восстанавливая ману и стремительно убывающее здоровье.
В один момент я понял, что печать начинает высасывать из меня жизнь, настолько стремительно начали убывать «хиты». Для обычного восстановления требовалось просто принять «лекарствие» и дожидаться, пока не отхилишься, а вот здесь такой вариант не прокатывал.
Каждый разрез, послушно затягивающийся после приёма «Зелья здоровья», ощущался, будто он не зажил, а полоска здоровья стремительно продолжала убывать, если я не подпитывался эликсирами. Руки просто горели от боли, хотя без нужды я старался ими не шевелить.
Вероятно, я бы так и не смог всё сделать правильно, если бы доступ к «Аукциону» отсутствовал, поскольку на такой бешеный разлёт расходников я не рассчитывал.
«Ну вот будет тебе наука», — проворчал внутренний голос. — Брать нужно с запасом».
Первые восемь рун я пользовался зелёными колбами. После активации девятой нити, понял, что если продолжать в таком же духе — до десятой я отброшу копыта.
Проблему решили эликсиры синего цвета, которыми я, не глядя, забил сразу несколько стаков. Их хватило только до шестнадцатой руны, после чего полоска здоровья резко ухнула вниз, грозя преодолеть отметку в двадцать процентов. Судорожно вытащив зубами пробки сразу из двух синих фиалов, торопливо влил в себя зелья, но ситуацию это кардинально не поменяло. Шкала замерла только на несколько секунд, после чего снова поползла вниз.
— Твою же мать, — выдохнул я. Вкладки аукциона замелькали с невообразимой скоростью.
Фиолетовых или оранжевых эликсиров просто не существовало, и теперь мне нужен только последний довод королей — «Зелье Восстановления» ранга «божественный». Даже находясь в шаге от перерождения, я смог обратить внимание на его цену, от которой мне снова захотелось крепко выругаться. Цены кусались, причём разлёт их был существенный, варьировавшийся от нескольких тысяч золотых до нескольких десятков тысяч.
Плевать, что уж теперь?
Просадив вместе с «хитами» шкалу собственного кошелька, я откупорил первый. Выдохнул я только тогда, когда здоровье не только остановилось у критической отметки, но и после медленно поползло вверх.
На очереди были семнадцатая и восемнадцатая руны, и я приготовился к самой, наверное, сложной схватке в «Даяне I» — схватке с собственной кровью и мощью рун.
