коридору и окажется…
Вон у той двери.
Цех кажется непостижимым жильем сумасшедшего великана. Всюду — грязь, пыль, запустение. Металлические лестницы тянутся под самый потолок. Ржавые механизмы окостенели в лучах света, пробивающегося через остатки потолочного остекления. Свисают какие-то цепи, тросы…
Некогда этот завод производил стройматериалы.
А потом что-то изменилось.
Ценное оборудование разобрали и вывезли, остальное бросили на произвол судьбы. На крыше второго корпуса уже выросли молодые деревца…
Мои шаги гулко разносятся под сводами цеха.
Коридор во второй корпус — это «тоннель смерти». Узкое пространство, хорошо простреливаемое с любой стороны. Выбрав в качестве укрытия громадную цистерну, я решил не соваться без надобности в проем. Двери были сорваны, и я видел противоположный конец коридора.
Движение.
Я вскинул оружие и, почти не целясь, сделал три выстрела, стараясь максимально накрыть сектор. Фигурка, сунувшаяся было в коридор, исчезла.
Так, обходим.
Я перебежал от цистерны к штабелю деревянных ящиков, затем — к неприметной боковой дверце. Дернул за ручку — подалась. Выбрался в пультовую, затем — в комнату с раскуроченными металлическими шкафчиками.
Вторая дверь.
Улица, кусты.
Слева — прямоугольник галереи, где только что велась перестрелка. Еще чуть дальше — невразумительное нагромождение железобетонных конструкций, серых цистерн, многоклеточных оконных проемов, в которых почти не осталось стекол…
Метнувшись вправо, я начал стрелять на ходу, двигаясь на полусогнутых ногах. Антонов, как и следовало ожидать, выдвинулся из боковой двери, но там было крыльцо и полуразваленные ступеньки.
Первую пулю я вогнал своему противнику в колено.
Отдача была мягкой, я быстро к ней приноровился. Говорят, «глоками» вовсю пользуются девушки. Слабые кисти, оно и понятно…
Вторая пуля зацепила парню бедро.
Третья впилась в плечо.
Пистолет выпал из руки Антонова, а его самого припечатало к стене. Я тут же поспешил сократить дистанцию и пинком ноги отшвырнул оружие врага со ступенек в траву.
Навел пушку на оппонента:
— Лежать. Только дёрнись мне.
Антонов и не думал.
Одежда дуэлянта пропиталась кровью, по цементу начала расползаться лужа. Продолжая держать ледяного мага под прицелом, я левой рукой достал из бокового кармана карго мобильник. Ткнул в контакт Вица, и когда тот ответил на вызов, произнес:
— Тащи целителя. У нас всё.
Глава 18
— Удачи, — Дамир протянул мне рюкзак.
Я вышел из авто.
Дамир — один из охранников, подчиняющихся Сереброву. Когда отец поехал за мной в «Таврию», этот чувак сидел за рулем одной из машин сопровождения.
Мы припарковались у здания приемной комиссии.
Позади — Кутузовская набережная.
Серая гладь Невы, в ней отражаются старинные дома. Чугунная ограда, высокие фонари. Разводной мост, по которому мы сюда и приехали.
А дальше — шок.
Я пожил в разных городах, насмотрелся на всякие-разные комплексы, университеты, кампусы… И ожидал от Академии Магикум чего-то более… монументального. Уж точно не двухэтажного особнячка со скромной дверью под металлическим навесом. Красная шильда сообщает о том, что я не ошибся — передо мной находится то самое образовательное учреждение для одаренных, в которое так рвутся отроки со всех уголков Российской империи.
Ругл-карта уверяет, что есть и другие приемные комиссии, причем они разбросаны по крупнейшим мегаполисам страны.
Интересная система.
Ладно, разберемся.
Обернувшись, я заметил, что Дамир садится в машину, заводит двигатель и выезжает с парковки. Что бы это значило, а? Надеюсь, он просто решил прошвырнуться по кафешкам и бутикам, пока я обозначаю своё присутствие в Магикуме.
На дворе — тридцать первое августа.
Последняя неделя лета промчалась незаметно, а я напрочь забыл про то, что должен вселиться в общежитие Академии. Хватало других забот. Антонов выжил на дуэли, его спас приглашенный целитель. Оказывается, мужик дежурил неподалеку, прикатив на собственном автомобиле. Результатом «американки» мой противник, естественно, доволен не был, но его род признал поражение и отказался от претензий в наш адрес. Я, впрочем, полагаю, что Юрий затаил обиду. Такой тип людей не забывает нанесенных оскорблений…
Я начал ежедневно бегать вдоль озера, заниматься на тренажерах и готовиться к инициации. Выяснилось, что глубокие медитации в сочетании со здоровым сном повышают шансы на выживание потенциалов. По утрам я практиковался в замедлении времени и почти научился контролировать переход на разные скоростные режимы.
Мне катастрофически не хватало времени.
И это внушало определенное беспокойство.
…Вестибюль первого этажа оказался полупустым. У электронного табло отиралось несколько абитуриентов, парней и девушек, которые не обратили на меня ни малейшего внимания. Приложив айди-паспорт к считывающему устройству, я получил заветный номерок.
Спустя десять минут ожидания мой номер высветился на табло.
Женский голос пригласил подняться на второй этаж, в четырнадцатый кабинет.
Что я и сделал.
— Виктор Корсаков, — мужчина в строгом костюме бросил на меня мимолетный взгляд, едва я переступил порог кабинета, и кивком указал на стул рядом с собой. — Присаживайтесь.
Мужчина быстро вбил с клавиатуры какие-то данные и протянул руку.
Я вложил в ладонь секретаря папку с документами.
В полной тишине секретарь изучил содержимое папки, ввел новые данные и попросил сбросить ему на смартфон виртуальную копию паспорта. К такому повороту я был готов — копия ушла через личный аккаунт в приложении «Госуслуги».
— Распишитесь здесь, — секретарь придвинул мне бумагу. — И здесь.
Документы оказались стандартными соглашениями… об отсутствии взаимных претензий. Магикум снимал с себя ответственность, если со мной что-нибудь случится в процессе инициации, на занятиях или практике. А практика, как вы помните, означает выезды в смертельно опасные зоны. Что ж, предсказуемо. А еще я утверждал своей подписью факт постоянного проживания на территории Академии.
— Поздравляю с поступлением, — тусклым голосом произнес секретарь.
— И что теперь?
— Жетон студента вы получите на торжественном открытии, — устало объяснил чиновник. — Возьмите на стойке инструкцию по доставке вещей в общежитие. И направляйтесь во двор, к пункту перехода.
— Спасибо.
Я поднялся со стула, подошел к стойке и взял кусочек цветного картона с инструкцией. Бросил мимолетный взгляд в окно… которое выходило в тот самый двор.
Что тут сказать.
Гребаный портал.
Очередная статичная арка, связывающая приемную комиссию не пойми с чем.
— Не задерживайте очередь, молодой человек.
Я вышел в коридор.
И внимательно прочел инструкцию. Оказалось, что родителям, членам семьи, слугам и другим посторонним лицам на территорию Академии въезжать запрещено. Поэтому личные вещи студентов отвозятся по указанному адресу и передаются представителям Магикума. Далее всё переправляется через портал и доставляется в общежитие. Студент уведомляется о привозе. Созваниваться с родней по телефону или посредством видеосвязи не возбраняется. В выходные и на каникулах можно навещать близких и друзей.
Не нравится мне эта Академия.
Порядки полувоенные.
Интересно, как Волков планирует отмазывать меня от занятий ради выполнения своей программы? Наверняка куратор предусмотрел все эти дисциплинарные заморочки…
Стала понятной и еще одна деталь.
Вчера Андрей Корсаков дал торжественный обед в мою честь, несмотря на явное неудовольствие двоюродных сестер и брата. Мать грустила и тайком утирала слезы. Милана была со мной особенно нежна — мы провели
