– А вам удалось обнаружить что-нибудь, представляющее интерес?
– Пока нет, – схитрил Девлин. Несмотря на все доверие к сэру Генри, он не спешил раскрывать свои карты, когда дело касалось расследования убийства. – Я вот что хотел: не могли бы вы подсказать мне, где найти девушку, обнаружившую тело мисс Теннисон?
– Имеете в виду Тессу Сойер? Она живет со своим отцом в нескольких милях к юго-западу от островка, в деревушке Кокфостерз. Мать у девчушки, кажется, умерла, а отец совершеннейший бездельник. А зачем она вам?
– Есть несколько вопросов, на которые, надеюсь, Тесса сможет дать ответ.
Себастьян почувствовал на себе долгий, пристальный взгляд магистрата. Но Лавджой только кивнул и отступил в шумную сутолоку.
Деревня Кокфостерз оказалась крошечным селением к западу от Кэмлит-Моут и состояла из церкви, древней харчевни и нескольких разбросанных коттеджей.
Следуя указаниям местного викария, виконт направился по разъезженной проселочной дороге к покосившемуся домику из побеленного камня под соломенной крышей, который стоял на дальнем краю деревни. Посреди пыльного, высушенного солнцем двора девушка лет пятнадцати-шестнадцати развешивала стирку на веревке, натянутой между углом дома и полузасохшей шелковицей. Хрупкая, миниатюрная, с тонкими, словно у ребенка, каштановыми волосами и глазами, которые казались слишком большими для ее личика, юная крестьянка мурлыкала какой-то привязчивый мотив и была настолько погружена в собственный мир, что, похоже, даже не заметила остановившийся у калитки элегантный экипаж.
Девлин спрыгнул на пыльный проселок и ощутил, как в предплечье толкнулась резкая боль: перед поездкой в Энфилд он избавился от повязки на руке. Задержавшись на миг, чтобы перевести дыхание, Себастьян окликнул:
– Извините, мисс, вы Тесса Сойер?
– Ой! – подскочила девчушка, прижав мокрую рубашку к груди и раздувши ноздри. – Ну, и напугали ж вы меня!
– Прошу прощения. – Виконт остановился, положив руку на ржавую щеколду калитки. – Можно войти?
Переведя взгляд с визитера на ожидавший в залитой солнцем улочке экипаж и породистых гнедых лошадей, отгонявших хвостами мух, Тесса округлила глаза и присела в возбужденном реверансе:
– Ох, конечно, заходите, сэр. Только если вам папаша мой нужен, то его дома нету. Подсобляет искать тела тех детишек, вот он где.
Девлину пришлось хорошенько толкнуть калитку бедром, чтобы заставить ее открыться.
– На самом деле, я хотел бы поговорить именно с тобой. Почему ты считаешь, что мальчики мертвы, Тесса?
Та в некотором замешательстве тряхнула головой:
– Да все так говорят, а разве нет? В смысле, дело-то ясное?
Виконт окинул взглядом подворье. Несколько тощих кур равнодушно поклевывали голую землю, коричневая коза с колокольчиком на шее тыкалась мордой в кучу мусора рядом с остатками старого каменного сарайчика. Если в окнах когда-то и стояло стекло, оно уже давно исчезло, некрашеные ставни пьяно перекосились. По виду старой, заплесневелой соломы не оставалось сомнений, что в дождь крыша домишка протекает.
– В воскресенье ночью возле рва ты не видела мальчиков? – поинтересовался Себастьян.
– Нет, сэр, – покачала головой Тесса. – И не видела, и не слышала ничего, разве какое-то плюханье. Даже не скажу, что это было. Может, водяная крыса, а может, лягушка.
– А ту леди, которая лежала в лодке, ты раньше не встречала?
Юная поселянка с напрягшимся личиком сглотнула:
– Разок всего.
– Правда? И когда?
– С неделю назад. Кажись, в воскресенье.
– В это воскресенье?
– Нет, еще в прошлое.
– На островке?
– Да нет же, сэр. Она сюда приезжала, в деревню.
Девлин ощутил вспышку удивления:
– Не знаешь, зачем?
Тесса закусила нижнюю губу и отвела взгляд.
– Расскажи мне, – попросил Себастьян.
Собеседница набрала в грудь воздуха:
– Она Рори Форстера искала. А потом как накинулась на него, прямо возле кузницы.
– Разве десятник живет в деревне?
– На ферме, к востоку отсюда. А вы что, не знали? – Крестьяночку явно потрясло невежество знатного гостя. – Почти все, кто копает на островке, из Трент-Плейс. А Рори сэр Стэнли нанял потому, что тот однажды работал у какого-то знатного джентльмена из Салисбери.
– У сэра Ричарда Колта Хоара? В Стоунхендже?
– Чего не знаю, того не знаю, – недоуменно уставилась собеседница.
– И зачем же мисс Теннисон понадобился Форстер?
Тесса отвернулась и принялась развешивать мокрую рубашку.
– Я при ихнем разговоре почти и не была.
– Но ты же слышала потом про стычку? Ведь слышала? – переспросил виконт, когда ответа не последовало.
Девчушка вытерла ладони о поношенное платьице.
– Толкуют, леди разозлилась на Форстера, потому как он разобрал каменную обкладку родника, что на островке. Совсем испакостил колодец.
– Колодец?
Тесса с застывшим лицом кивнула:
– Не надо было Рори творить такое. Там же особенное место.
– В каком смысле особенное?
– Знаете, бывает, сидишь в какой-нибудь старой-престарой церкви, одна-одинешенька, а вокруг тишина, солнце льется сквозь цветные стекла, и вдруг так радостно на сердце станет, так… покойно? – покосилась собеседница. – Вот возле колодца Белой дамы точь-в-точь так и бывает.
– Какой Белой дамы?
– Ну, Белой дамы. Я-то сама никогда ее не видала, а вот другие встречали. Она колодец стережет. И всегда стерегла.
Приглядевшись к тонким чертам, к мечтательному выражению больших карих глаз, Себастьян подавил желание отметить, что Белой даме явно недостало сил уберечь свои владения от лопаты охотника за сокровищами. Девлин слышал о девах колодца, по преданиям охранявших священные источники и родники Британии и Ирландии. Хотя подобные верования были еще дохристианскими, они не исчезли до конца, и в провинции еще можно было отыскать места поклонения этим древним духам природы. Наличие на островке священного колодца удивительно естественно вписывалось во все, что Девлину довелось узнать о Кэмлит-Моут. Он рассудил, что Габриель Теннисон, должно быть, заметила разрушения, когда посетила раскопки в компании Арсено и племянников.
– А мисс Теннисон приезжала в деревню на извозчике? С молодым мужчиной и двумя детьми?
– Да, сэр.
– Где мне найти Рори Форстера?
Тесса шмыгнула носом и мотнула головой в сторону перекрестка:
– Он в прошлом году женился на вдове Кларк. Ее ферма на краю старых охотничьих угодий.
Коснувшись шляпы, виконт отвесил юной крестьянке щеголеватый поклон:
