Брен изучила запечатанный конверт. На нем ничего не было написано. Она осторожно открыла его, стараясь не порвать бумагу. На маленькой карточке была напечатана в углу черная роза, и слова были написаны жирным и черным. Нельзя было сказать точно из-за отсутствия света, но казалось, что они написаны настоящей ручкой. Перьевой ручкой.
Я хочу танцевать с тобой. Джей.
Брен почувствовала, как все внутри нее запульсировало, потом она моментально стала влажной и сильно возбужденной. Она засунула карточку обратно в конверт и огляделась. Никто не обращал на нее внимания.
Кто написал эту записку? Рыжеволосая девушка, которая выступала в этот момент? Блондинка, которая мастурбировала у шеста? Или брюнетка, которая терзала женщину-посетительницу своими грудями? Брен попыталась представить кого-то из них в качестве загадочной незнакомки, и не смогла. С другой стороны, она никогда не видела женщину, которая подошла бы близко к тому, чтобы исполнить ее фантазии, и именно поэтому она начала писать книги. Она не только добилась успеха, но еще это давало ей удовлетворение, которое она не могла найти нигде в другом месте.
Так зачем рисковать идеальной мечтой ради неидеальной реальности?
— Что-нибудь передать? — спросил сзади бармен.
Брен осознала, что музыка скоро кончится и выступление тоже. Потом зажгутся огни, и ей нужно будет присоединиться к друзьям. К тем, кто ее любит и кого любит она. В безопасность и анонимность.
Она повернулась на стуле.
— Скажите ей «да».
Глава семнадцатая
— Там Брен, — сказала Лиз Кэндис, показывая на другой конец зала.
— Ну, хоть кому-то тут весело, — буркнула Кэндис.
Лиз, стиснутая между Кэндис и Рэйли, смотрела, как Кэндис барабанит пальцами по маленькому участку стола, не занятому стаканами и бутылками. Кэндис нервничала с того момента как Паркер села рядом с Рэйли, на противоположном от Кэндис конце полукруга из стульев. У Лиз не было времени, чтобы задумываться над реакцией Кэндис, потому что все прошлое выступление ее собственное бедро было прижато к бедру Рэйли, и думать она могла только об этом. Стриптизерша на сцене не казалась ей красивой, но она была согласна признать, что сидеть в темноте и смотреть, как женщина раздевается — это довольно волнующе. Тем не менее, гораздо более волнительным был тот факт, что рядом с ней Рэйли и она смотрит на то же самое. Лиз не могла не задаваться вопросом, привлекает ли Рэйли стриптиз. Как только она подумала об этом, она стала пытаться высчитать возможность этого. Как бы смешно это ни было, ей было неприятно думать о том, что Рэйли возбуждает кто-то другой. Хотя ей стоило бы больше озаботиться Паркер, которая как раз положила голову на плечи Рэйли, чем анонимной стриптизершей.
— Куда ты исчезла? — со злостью спросила Кэндис, прерывая спор Лиз с самой собой, когда Брен села на оставшийся пустой стул.
— Я осталась в баре, когда выключился свет. Было какое-то шоу, — сказала Брен.
— У нее были интересные движения.
— Думаю, это ты сказала Паркер, что мы будем здесь, не так ли?
— Может быть, я это и упомянула. Я ее не приглашала.
— Да ничего. Она мне нравится.
— Она лапочка.
Не дав Брен шанса ответить, Паркер перевалилась через колени Рэйли и громко сказала:
— Лиз, может, поменяемся местами? Я весь вечер разговариваю с Рэйли. Теперь я хочу поговорить с Кэндис.
— Конечно, — сказала, вставая с места, Лиз. Когда она протискивалась между столом и Рэйли, Рэйли положила обе руки на ее бедра, чтобы помочь ей. Это было легкое прикосновение, и Лиз подумала, что этот простой контакт — одновременно обнадеживающий и волнующий. Рэйли умела обратить на нее внимание — ей было важно, где Лиз, что она делает, что ей нужно, и от этого она чувствовала себя особенной и купающейся в заботе.
Паркер нетвердо встала на ноги и попыталась пройти мимо Лиз, пока Лиз еще не вышла из-за стола.
— Подожди минутку, — запротестовала Лиз, смеясь. — Здесь не хватит места для нас обеих.
— Ой, прости, — Паркер плечом задела грудь Лиз, лишая ее равновесия.
— Ой, — воскликнула Лиз, чувствуя, что теряет равновесие.
Рэйли поймала Лиз за талию и усадила себе на колени, осторожно поддерживая.
— Ты в порядке?
Лиз машинально обвила руками шею Рэйли. Почти прижимаясь ртом к ее щеке, она шепнула:
— Все хорошо.
Рэйли откинула голову назад, изучая лицо Лиз в тусклом свете.
— Уверена?
Их губы оказались на расстоянии в дюйм, и Лиз захотелось ее поцеловать. Вместо этого она запустила пальцы в густые волосы на затылке Рэйли.
— Тебе надо постричься.
— Правда? — голос Рэйли звучал хрипловато, руки бродили по спине Лиз вверх и вниз, она проводила пальцами по мышцам с обеих сторон позвоночника.
— Куда делся мой стул? — сказала Паркер, шаря впереди себя одной рукой.
— Подожди, — шепнула Рэйли Лиз.
— Что? — спросила Лиз.
Рэйли просунула одну руку под ноги Лиз, ухватила ее покрепче и перенесла на сиденье подальше. Осторожно усаживая Лиз обратно на свои колени, она сказала:
— Давай, Паркер. Путь свободен.
Паркер тяжело уселась, заняв оба стула, на которых только что сидели Лиз и Рэйли. Таким образом, Лиз оказалось некуда идти, да ей и не хотелось, сидя у Рэйли на коленях, она чувствовала себя очень комфортно. Ничего в объятиях Рэйли не выходило за рамки дружеской близости, но ее тело было таким горячим, таким твердым, кроме мягких возвышений ее груди, которая соприкасалась с Лиз. С ней было так хорошо, гак правильно, что Лиз пришлось бороться с собой, чтобы не прижаться бедрами к ногам Рэйли покрепче и не зарыться лицом в манящий изгиб шеи. Ее физическая реакция на Рэйли всегда удивляла ее, потому что она никогда так легко не возбуждалась. Возможно, такая восприимчивость появилась у нее из-за гормонов, но ей было все равно. Ей нравилось это ощущение, и, раз она знала, что ни к чему это привести не может, она могла предаться преступному наслаждению.
— Пожалуй, пока я останусь на твоих коленях, — сказала Лиз.
— Ничего.
— Я не загораживаю тебе сцену? — спросила Лиз.
Рэйли засмеялась.
— Нет, но даже если бы и загораживала, это неважно. Я взяла бы тебя на колени в любое время и предпочла бы всем им.
По коже Лиз рывком пробежался жар.
— Я не планировала исполнять приватный танец.
— Очень жаль. Готова поспорить, что у тебя неплохо получилось бы.
— Может быть, я как-нибудь попробую, — сказала Лиз, наслаждаясь этим легким флиртом.
— Только позови меня.
Огни снова погасли, и Лиз расслабилась в руках Рэйли, предвкушая следующий выход. Было здорово ни о чем не думать, а просто наслаждаться тем, что происходит. Рядом с Рэйли она всегда становилась беззаботной. Она понимала, что это чувство называется счастьем, и понимала, насколько оно для нее необычно.
