— Нарик! — добавил второй санитар. — Чертов нарик! Сука, ломка достала, потому и приперся. Ой, простите Анна Николаевна, — прикрывая рот.
— Так, ребята. Унесите его, у меня срочный отчет, нужно до десяти отправить в министерство. Осталось всего десять минут.
В помещении появился еще один санитар с носилками в руках. Незнакомца положили на них и тут же унесли.
— Еще носилки? — спросил санитар, смотря на Марию Борисовну.
— Я сама ей займусь, — махнула Анна рукой, набирая стакан воды. — Всё, идите.
Спустя некоторое время Мария Борисовна пришла в себя. В кабинете с Анной они пили чай.
— Машенька, я же тебя просила, умоляла.
— Анюта, я завязала. Вот тебе крест, — сказала Мария и три раза перекрестилась. — Уже три месяца.
Анна продолжала смотреть на нее исподлобья.
— Да Богом клянусь, — схватившись за золотой крестик на шее. — Это все его взгляд.
— Вы что, с Галей сговорились? — тяжело выдохнула Анна.
— Я…
— А перегар по утрам? — обрывая собеседницу, строго продолжила Анна. — Некачественная зубная паста. А после обеда бальзам для сердца? Это для здоровья.
— Аня, я…
— Я не закончила! — перебила Черевко. — А больничный лист? Бутылка того же бальзама? Вновь для поднятия здоровья. Ты опять на спиртовые настойки перешла? А потом, что потом? Или ты думаешь, что раз запаха водки я не чувствую, то и главврач не почувствует. А? А как это скажется на врачебной деятельности?
— Нет, Анна. Это все в прошлом. Я Богом клянусь.
— Не богохульствуй, — выдохнула Анна, бросив суровый взгляд на Марию. — Ты доиграешься, — указательным пальцем.
— Да не богохульствую я! Почему ты мне не веришь?
Анна тяжело вздохнула.
— Машенька, родимая. Тебя же уволят. По статье! Ты это понимаешь?
— Я не ребенок.
— С позором уволят! Жизнь-то зачем ты свою травишь? Да еще Богом клянешься.
— Завязала! Вот тебе крест…
— ДА, ХВАТИТ УЖЕ! — оскалилась Анна. — Хватит мне эти сказки рассказывать! Если Григорий Васильевич узнает… Ты хоть понимаешь, что будет? Он церемониться не будет! Ты же знаешь, как он относится к выпивке.
— Знаю, он трезвенник. Может он сектант?
— Так! Да причем тут это? Ты просто не отдаешь себе отчет. Своим поступ…
— Это все его взгляд, — перебила ее Мария.
— Хватит уже! Хватит!
— Да я тебе клянусь, Аня. Почему ты мне не веришь? Ну, почему? — вскочила она со стула.
— Маша, не выдумывай ерунды, — теперь монотонным голосом. — Сядь! — переходя на бас.
— Нет.
— Сядь, я кому сказала! — Черевко хлопнула по столу.
— Эй, сейчас на меня чай прольешь, — подпрыгнула Мария Борисовна и села обратно.
— Ну, извини, — пожимая плечами, она глубоко вздохнула. — Я за тебя переживаю.
— Ох, — на выдохе сказала медсестра.
— Ты должна пережить, — после небольшой паузы продолжила Анна. — Твоя мама ушла. Да, ушла, но ты должна жить дальше. Она не хотела бы, чтоб ты пила из-за этого. Что тебя еще беспокоит, почему ты опять пьешь?
В кабинет забежала худощавая медсестра в новых очках.
— Анна… — запнулась она, пытаясь отдышаться. — Анна Николаевна, это стоит увидеть, — запыхавшись, писклявым голосом.
— Да, что такое? — вскочила профессор, пролива чай на стол. — Черт!
Она вдохнула полной грудью и успокоилась.
— Что там? — спросила Черевко, взглядом ища полотенце.
— Этот человек. Он… Он действительно наркоман.
— Галя, ясное дело, — тяжело выдыхая, протирая стол. — Чуть лекции не залила. Мы же предварительно и так это установили. Ну, чему тут удивляться? Так что мне стоит увидеть?
— Это нужно увидеть своими глазами.
— Да, — вздохнула Николаевна. — Чувствую, что текст лекции я никогда не доведу до ума, — качая головой, она продолжала вытирать руки. — И если есть что-то, на что стоит посмотреть, то на это стоит посмотреть, — сказала она уже вполголоса, будто кого-то цитирует.
Глава 7. Странный посетитель (часть 5)
Мария пыталась понять, что сказала Анна Черевко, мысленно прокручивая последнее предложение. Только что-то у нее ничего не получалось.
— Лучше взглянуть, — поправляя очки, сказала Галина, — …своими глазами.
— Ну что же, ладно. Пойдем. По пустякам обычно ты меня не зовешь, это я точно знаю. А ты, Маша… В общем… Мы сегодня еще поговорим об этом. Галя, а Павлович анализ крови сделал? — повернула она голову в сторону худощавой медсестры.
— Да. Образцы взяты. В его крови есть еще что-то, что он пока определить не смог. У этого человека есть странные физиологические повреждения кровеносных телец. Тебе на них следует взглянуть, потому я и пришла за тобой.
— Теперь понятно, — бросив полотенце на соседний стол. — Но, это ведь не наше область? Мы не занимаемся исследованиями крови.
— Павлович, специалист в этой области. Оборудование у нас есть. Потому он и заметил это.
— Я с Вами? — встала Мария.
— Нет, Маша. Приди в себя сначала и допей чай.
— Я в норме.
— Машенька, сиди на телефоне. Я скоро. Хорошо?
— Ну, хорошо, хорошо, — растерявшись, она вновь села на стул. — Я поняла, — сделала глоток чая. — Голова еще немного кружится.
— Вот и сиди тут пока. Я скоро. Будь на телефоне. Хорошо?
— Хорошо, — полноватая медсестра качнула головой в ответ.
Пройдя по коридорам и лестницам, они оказались у кушетки с незнакомцем. Он по-прежнему находился в бессознательном состоянии — спал крепким сном. С головы до ног его опоясывали широкие кожаные ремни, а ступни были перемотаны бинтами.
— Галина, а почему вы положили его именно в эту комнату? — с недоумением на лице спросила профессор.
— Потому, что именно здесь установлено все новое медицинское оборудование, по пилотной программе Министерство.
— Ага, потому Павлович, вспомнил свою предыдущую работу и решил проиграться с анализом крови, — улыбалась профессор. — Я конечно не при делах, приемкой всего этого занимался и занимается один из заместителей Григория Васильевича, — сделала она небольшую паузу, беглым взглядом осматривая все в комнате. — Но почему все оборудование в этой комнате?
