по протоке на Казакевичево. Отряд же полковника Карлова, хотя и имел совершенно самостоятельную задачу в глубоком тылу противника, своими действиями, безусловно, оказал влияние на ход дел 5 января под Волочаевкой, а потому его следует учитывать. Бронепоезда красных на учет не взяты, так как из-за разрушений железнодорожных мостов 2 января белыми, еще не восстановленных красными, они участвовать в этом бою не могли.
Первоначально полковник Ефимов предполагал поставить 1-й отряд на центральный участок, 2-й отряд (полковник Аргунов) скрыть в кустах, что к югу от деревни, и 3-й отряд (Ижевско-Воткинская бригада) выдвинуть в тунгусские зимовья, что в двух верстах к северо-западу от деревни. Теперь же, ввиду событий 4 января и мотания в течение почти целых суток 1-го отряда впереди, полковник Ефимов решил выдвинуть в тунгусские улусы один
только Ижевский полк, которому ставилась задача удара в тыл и на левый фланг красных, после того как они будут откинуты к северу от железной дороги. Полки Воткинский и Добровольческий должны были усилить центральный участок, на который полковник Ефимов обратил особое внимание. Действительно, этот участок, хотя и пассивный, должен был быть все же достаточно устойчивым, чтобы фланговым бригадам пришлось бить врага, остановленного перед деревней, а не выбивать его из деревни. Одна малочисленность 1-й бригады уже не давала полной уверенности в успешном выполнении поставленного задания, но, кроме того, как то было уже указано выше, полковник Ефимов имел и иные данные для своих сомнений. Главную роль, удар с юга, должен был сыграть 2-й отряд (полковник Аргунов). Дабы не было перемешивания частей различных бригад на центральном участке, при необходимости подкрепить первую линию резервами, полковник Ефимов решил центральный участок разбить пополам: южный, прилегающий к железнодорожному полотну, поручался Уральскому полку, а северный (северная часть деревни) поручался Воткинскому полку. За уральцами в резерве должны были находиться егеря, а за воткинцами – добровольцы. Как те, так и другие находились в распоряжении полковника Ефимова, как общий резерв. Только что сформированный в Хабаровске бронепоезд № 1, или «Волжанин», должен был прибыть в Волочаевку в этот день, что еще более усиливало центральный участок, особенно левую часть его, занимаемую уральцами. Чтобы не нарушать организацию бригад (отрядов), по приказу полковника Ефимова, к сожалению не сохранившемуся, уральцы должны были составить отдельный центральный участок, подчиненный непосредственно полковнику Ефимову. Воткинцы и ижевцы составляли правый участок, под общей командой полковника фон Ваха, хотя по расстоянию, отделявшему эти два полка, это было несуразностью – дистанция в две версты. Артиллерия была объединена под командой старшего артиллериста – полковника Романовского. Штаб свой полковник Ефимов разместил в юго-восточной части деревни, в ближайшем к железнодорожному мосту домике. Связь с отрядами, включительно до ижевцев, была по телефону.
Призывы драться полковник Ефимов обыкновенно не считал необходимыми для остатков армий Восточного фронта, для воинов, которые составляли части белоповстанцев, тех бойцов, что провели три с лишним года в непримиримой борьбе с коммуной и которые доблестно исполняли свой долг, как могли, в тяжелой войне, полной всяких лишений. Надо было – дрались без понуканий, а было не под силу – отходили до новой встречи с врагом в лучших для себя условиях. Теперь же, перед боем в Волочаевке, полковник Ефимов счел необходимым обратиться ко всем чинам отрядов с разъяснением о значении предстоящего боя и необходимости разбить красных, ибо от результатов столкновения зависела участь Хабаровска и дальнейшая судьба боевых действий.
В результате разброски сил красными, а со стороны белых действиями отряда полковника Карлова, уже находившегося в пути, и бронепоезда № 1, не успевшего проскочить в Волочаевку, боевые действия охватили большой район и разбились на ряд отдельных эпизодов. Столкновение главных сил противников у Волочаевки, произошедшее ночью, в результате многих обстоятельств и случайностей также представило ряд последовательных эпизодов, давших интересный пример боя, во многих отношениях характерного для Гражданской войны 1918–1922 гг.
Войсковая разведка белоповстанцев дала было сведения о появлении 1 января в д. Архангельская частей 5-го и 6-го стрелковых полков, но позднее выяснилось, что в действительности означенную деревню занимал партотряд Шевчука. В 24 часа 4 января отряд выступил из Архангельской и через д. Джармен прошел в д. Дежневка, куда и прибыл на рассвете 5-го. Тов. Шевчуку было поставлено, овладев Дежневкой, разрушить железнодорожную линию в тылу белых и действовать на Волочаевку с тыла. В д. Дежневка никого из белых не было, таким образом, препятствовать Шевчуку было некому. Красные подожгли железнодорожный мост, что находится близ деревни. Совсем неожиданно для партизан со стороны Покровки подошел белый бронепоезд (№ 1, или «Волжанин», под командой капитана Микулина), на котором ехали генерал Молчанов и член Временного Приамурского правительства Н.Д. Меркулов. Орудия красных (два) стояли на улице деревни, недалеко от полотна железной дороги. Оба они дали по выстрелу, но снаряды пролетели над бронепоездом. Нарвавшись на противника, которого он не ожидал, белый бронепоезд отошел примерно на полверсты и открыл огонь по деревне. У красных началась паника, и их конница понеслась врассыпную из деревни. Среди первых исчез и тов. Шевчук. По показаниям пленных, его при первых выстрелах стали звать и искать, но нигде найти не могли. Поэтому красная пехота с орудиями вскоре покинула деревню и бежала на север. Это было около 10 часов 5 января. Между прочим, Н.Д. Меркулов, попавший в первый раз в боевую обстановку, по показаниям чинов бронепоезда, сильно растерялся, стал кричать «назад!», «спасите мою жизнь!» и пр.
Выбив красных из Дежневки, генерал Молчанов хотел было по горящему мосту проскочить в Волочаевку и отдал приказ командиру бронепоезда идти не назад, а вперед. Однако командир бронепоезда не рискнул провести бронепоезд по сильно горевшему мосту, хотя, по-видимому, это было возможно. Стрельба у Дежневки спугнула обозы белых, шедшие из Покровки в Волочаевку, подходившие уже к Дежневке, – они бросились назад. Бронепоезд нагнал их, и генерал Молчанов приказал им следовать в Покровку в порядке, так как «Волжанин» будет их прикрывать.
Утром 5 января полковник Ефимов был занят отдачей различных распоряжений и подготовкой к бою. Примерно около 8 часов Ефимов получил телефонограммы о том, что на Волочаевку из Хабаровска высылается бронепоезд, и вторую о том, что генерал Молчанов также выезжает на Волочаевку. Последний выехал из Хабаровска рано утром на санях и этим путем предполагал двигаться дальше, так как белый бронепоезд через Амур еще переправлен не был. Прибыв в Покровку, генерал Молчанов переговорил с полковником Ефимовым по телефону. Последний доложил, что в тылу Волочаевской группы не все благополучно, и просил генерала Молчанова не выезжать, пока
