не подойдет заблаговременно высланный ему навстречу один эскадрон воткинцев (красноуфимцев?). Во время разговора по телефону генералу Молчанову доложили, что на эту сторону Амура уже переправился бронепоезд. Генерал Молчанов передал полковнику Ефимову, что он не будет ждать эскадрона, и выезжает на только что переправившемся бронепоезде и по дороге выяснит, что делается в тылу Волочаевской группы. Сразу же после разговора, около 9 часов, быть может, в 9 часов 30 минут, связь с тылом порвалась. Ушедшему навстречу генералу Молчанову эскадрону был послан дополнительный приказ выяснить причину перерыва связи.
Партотряд тов. Шевчука, в беспорядке рассеявшийся в результате боя с бронепоездом в различных направлениях, потерял на время свою боеспособность: его нужно было собрать и привести в порядок. Поэтому участвовать в боевых столкновениях под Волочаевкой вечером 5 января он не мог, но сожженный им железнодорожный мост не дал возможности белому бронепоезду прибыть на фронт ко времени боя. Не прибыл в Волочаевку также и генерал Молчанов, присутствие которого могло бы иметь большое влияние на дух белоповстанческих частей и на лучшее их взаимодействие. Руководство боем осталось в руках полковника Ефимова. Перерыв связи с тылом, не восстановленной в этот день, указывал полковнику Ефимову на то, что там, в тылу Волочаевской группы белых, орудуют партизаны и потому необходимо по крайней мере наблюдение за тылом. Эскадрон красноуфимцев (воткинцы?), высланный полковником Ефимовым навстречу генералу Молчанову, при движении к Дежневке наткнулся на красную конницу, силу которой белые определили сабель в восемьдесят. В действительности тут было всего 60 красных всадников, но тем не менее и эта цифра превосходила силы белого эскадрона. Красноуфимцы остановились, замаячили. На поддержку к ним из Волочаевки прибыл вскоре 1-й батальон воткинцев, который и подошел к догорающему мосту около 16 часов 5 января. Если действия Шевчука невольно понуждали полковника Ефимова оглядываться на свой тыл и посылать туда небольшие части, то значительного морального воздействия на белоповстанческие части Волочаевской группы эти действия не возымели – чины большинства белых частей узнали о налете партизан лишь на следующий день, когда обстановка в корне изменилась.
Необходимость обезвредить партотряд Шевчука, откинуть его в сторону от коммуникационной линии группы полковника Ефимова понудили генерала Молчанова отдать следующий приказ:
«Секретно-оперативное
Генералу Сахарову, подполковнику Столову.
5 января 1922 г. 23 часа № 80/оп г. Хабаровск
Сегодня утром отряд Шевчука (около 300 пеших и конных) занял Дежневку, разъезд и деревню Николаевку.
По показаниям подвочика, часть отряда, занимающая деревню Николаевка, после полудня ушла в западном направлении.
Связи с частями, находящимися на Волочаевке, с утра не имею.
Приказываю:
1. Генералу Сахарову одним полком (Волжский) с броневиком на рассвете занять разъезд Николаевский, а за сим деревню Дежневку, откуда войти на станцию в связь с полковником Ефимовым. Другим полком (Камским), по прибытии на станцию Хабаровск Уфимполка, занять станцию Покровка. Уфимполком нести караулы и охранение города.
Полковнику Белянушкину до сожженного моста у разъезда Николаевский пехоту двигать на броневике, имея свою конницу на 4–5 верст впереди.
2. Ижполка подполковнику Столову со всеми здесь находящимися строевыми чинами бригады перейти в Покровку и поступить в распоряжение полковника Белянушкина. После занятия Дежневки идти на присоединение к бригаде.
3. Штакору вести провод за полковником Белянушкиным и организовать исправление моста у разъезда Николаевского».
Во исполнение вышеприведенного приказа все бывшие налицо чины Волжского полка были собраны и в спешном порядке выступили из Хабаровска походной колонной в Покровку, где и остановились на ночлег. Здесь же стояла какая-то батарея, которая формировалась (Иркутская). В 16 часов в Покровке была слышна артиллерийская стрельба, доносившаяся со стороны Волочаевки. При таких обстоятельствах угасал день 5 января.
Между тем у Волочаевки утром 5 января все было тихо. Все признаки говорили за то, что бой, долженствующий оказать решительное значение на дальнейший ход событий, близится.
Примерно около 11–12 часов 5 января Ижевский полк выступил из Волочаевки для занятия тунгусских зимовий. Вслед за ним 2-й отряд направился на юг, в кусты. Около 14 часов красные заняли водокачку, что находится в лесу на реке Поперечной, верстах в трех-четырех на запад от Волочаевки.
Полковник Ефимов приказал частям занять позиции и исходные положения для атаки. Однако противник, заняв водокачку, оставался неподвижен. У белых все было готово для встречи, а красные медлили.
Ждали ли они результатов разведок или сообщений от своих обходных колонн, чтобы ударить всем одновременно, или же решили уменьшить свои потери, ударив в темноте, – осталось невыясненным. Во всяком случае, по той или иной причине они засветло белых не атаковали.
За полчаса до того, как начало темнеть, полковник Ефимов отдал приказ артиллерии сниматься с позиции. Приходилось отправлять ее в тыл, так как ночью она становилась бесполезной, а потерять ее в переменчивых случайностях ночного боя, без всякой пользы для себя, полковник Ефимов считал недопустимым, – слишком дорогой ценой досталась она белым, в боях восстановить ее потерю было бы невозможно. Вместе с тем неблагополучие в тылу, указывавшее на возможность орудования там трехсотенного отряда Шевчука, требовало придачи артиллерии надежной защиты. Поэтому полковник Ефимов, направляя артиллерию и обозы в д. Дежнево, назначил в прикрытие к ним весь свой резерв – Егерский и Добровольческий полки под общей командой полковника Александрова.
Так затяжка красными своей атаки до темноты лишила белых больших преимуществ позиции, из которых особенно важно было действие артиллерии, управляемой с отличного наблюдательного пункта, и ослабляла белых на 400–450 человек пехоты – почти одну четверть общего количества штыков.
Полковник Ефимов остался без резерва. Вследствие этого ему пришлось изменить и план боя. Наступление с обоих флангов могло привести ночью к столкновению со своими же. Полковник Ефимов приказал полковнику фон Ваху подтянуть ижевцев к себе, усилив частью их свой участок, а один-два батальона полковник Ефимов предполагал, если бы они подошли до начала действий красных, отобрать в свой резерв.
Полковник фон Вах, находившийся с Ижевским полком, с которым он собирался атаковать красных в тыл, оставив пассивный участок в деревне своему помощнику подполковнику Болонкину, после переговоров с полковником Ефимовым по телефону двинулся к Волочаевке. 3-й батальон ижевцев, под командой подполковника Вагиянца с отрядом, не превышающим 120 человек, пошел в тыл к красным. Полковник Ефимов очень любил этот батальон и его командира подполковника Вагиянца, но он считает должным заявить, что не одна смелость или тем более какое-либо особое понимание боевой обстановки побудили Вагиянца с отрядом, не превышающим 120 человек, идти в тыл 2000 красных, которые только еще накануне его здорово потрепали. Здесь, кроме отваги (конечно, более робкий не
