мужчины плечом, крепко держа зажатый в руках конец, девушка внимательно отслеживала мозговую активность мужчины, не давая ему шевелиться. От перекрытого кровообращения он сначала потерял сознание, кулём свалившись ей под ноги, словно собачка на поводке, повиснув на ремне в её руках, а затем, ещё через несколько минут Непридумова констатировала смерть и полное прекращение мозговой активности.
Отпустила ремень, посмотрела на кожаные перчатки на руках, затем, хмыкнув, согнула руку мужчины, вложив в ладонь конец ремня. Вряд-ли кто-то обманется и подумает, что тот сам себя задушил, но некоторые сомнения в работу следователя внести было просто забавно.
Выскочив из дома и прикрыв дверь, она поспешила в машину к Роману, с тревогой следившему за всем происходящим.
– Всё, едем к дому первого.
– А этот?
– А с этим уже всё улажено.
Вздохнув, парень больше ничего не сказал и послушно нажал на педаль газа.
Глава 16
Глава рода Вяземских Илларион Ярославович, был в свои почти семьдесят ещё весьма и весьма крепким мужчиной с сильнейшим магическим потенциалом, и горе было тому, кто смел навлечь на свою голову его праведный гнев. Вот и сейчас, глава службы безопасности рода, Константин, опустив голову и понурив плечи, выслушивал крепко приправленную матами гневную речь главы.
– Два, за одну ночь, и оба отправленных выяснить, что за сволочь нас в убытки ввела. Константин, ты начинаешь терять хватку. Подобные потери для рода недопустимы.
– Простите, господин, – промямлил тот, – Они искали ту девушку, возможно что-то пошло не так.
– Да там всё пошло не так, – взорвался Вяземский, – пошли за девкой – не нашли, затем совершенно внезапно оба сдохли у себя дома. – Глумливо добавил, – Как думаешь, нет ли тут какой связи?
– Возможно это она их… – осторожно начал начальник безопасности, но был остановлен злым смехом Иллариона.
– Костя, ты совсем идиот? Как какая-то простолюдинка могла убить двоих магов? Я почти уверен, что её давно под лёд спустили, а нам голову дурят с её якобы звонками. Зачем, другой вопрос. Почему-то им было важно убить этих двоих. Вот это и надо выяснять, а не гоняться за мертвецом. Как, кстати, наши парни были убиты?
– Один задушен брючным ремнём, а второй, э-э… – замешкался безопасник с ответом, подбирая слова.
– Ну, – нетерпеливо подбодрил подчинённого Илларион, – не тяни, говори как есть.
– Второй тоже умер от удушья, только подавившись колбасой.
– Какой колбасой?
– Краковской, полукопчёной, – ответил мужчина, затравленно глядя на побагровевшего главу.
В воздухе резко запахло озоном, а с руки Вяземского сорвалась в средней толщины слепящая молния, ударившая в торшер в метре от безопасника. Тот отскочил как ошпаренный, затем упал на колени, заблажил:
– Не убивай, господин!
– Встань, не позорься, – презрительно буркнул Илларион, добавил, чуть подостыв, – не буду я тебя убивать. Что ещё сказали по убийству.
– Господин, боюсь, вам это тоже не понравится, – чуть сглотнув, ответил мужчина.
– Слушай, Костя, прекращай испытывать моё терпение, а то точно не сдержусь.
– Простите, господин, – мужчина быстро затараторил, боязливо поглядывая на главу, – проводившие осмотр места убийства полицейские, сказали, что нет никаких следов борьбы. Словно оба спокойно стояли и смотрели, как их убивают. При этом, когда их нашли, и ремень и колбасу держали сами убитые, следователь даже предположил, что возможно, это были самоубийства.
– Ну да, – фыркнул Вяземский, – сам себе он в горло палку колбасы запихал. Магия это была, явно.
– Все материалы мы у полицейских забрали, – добавил мужчина, – я отдал их нашим специалистам, они попробуют установить, какой магией воздействовали на парней.
– Ладно, работай, и забудь о той девке, это явно была очередная подстава со стороны наших противников, а может и не подстава, – Вяземский жёстко взглянул в глаза подчинённому, – очень может быть кто-то вкрай обнаглел и таким образом плюёт нам в лицо, показывая, что может творить всё что захочет.
– Возможно, господин, – произнёс Константин, осторожно подымаясь на ноги, – землю рыть буду, но дознаюсь, кто так нагло решил по нам ударить.
– Давай, работай, – взмахом руки отправил того на выход Илларион, а сам остался сидеть в любимом кресле, продолжая задумчиво размышлять, кто решил так нагло наехать на его род. Нет, враги были всегда, этого не отнять, но чтобы так, это надо быть или отморозком или иметь стальные шары. Трупы магов в мирное время никто не любит, а их и так, судя по сводке, за последние несколько недель увеличилось как минимум вдвое. Беспредел. Но один положительный момент всё-же был, если делом заинтересуется тайная канцелярия, то неизвестным придётся туго, а значит роду Вяземских можно будет и компенсацию пожирней потребовать, при разборе и свои потери отбить в несколько раз.
* * *
– Василий Андреевич, – заглянул в кабинет к полковнику один из оперов с УБОПа, – там вас требуют.
– Кто требует?
– Так это, – опер рефлекторно понизил голос, – с тайной канцелярии.
– Ох блин, – Плотников тут же поднялся, заторопившись на выход.
Сиятельные господа страсть как не любили кого-то дожидаться, быстро теряя терпение. А это было чревато неприятными последствиями.
Гость вольготно расположился в кабинете начальника Службы криминальной полиции, генерал-лейтенанта Кочубея Игнатия Апполинарьевича и о чём-то негромко беседовал с сильно потеющим хозяином кабинета.
– Вызывали? – поинтересовался Плотников, сразу признав в представителе тайной канцелярии давнего знакомца, если так можно было сказать.
– Вызывали, – кивнул тот. Сразу было понятно, что он тут всем заправляет, а генерал-лейтенант не более чем присутствующий. – Есть для тебя дело, Василий Андреевич.
– Внимательно слушаю, Родион Константинович, – наклонил голову полковник, ничуть не обманываясь нарочито дружелюбным тоном говорившего.
– Последнее время, – с непонятным выражением на лице, произнёс посланец тайной канцелярии, – стали находить слишком много убитых магов. Причем здесь, в Москве. Вести эти дошли до Государя и весьма разгневали. Нужно провести тщательное расследование твоими специалистами, выяснить кто и почему совершает эти убийства. Справишся?
– Справлюсь, – кивнул Плотников.
Впрочем, он бы ответил так в любом случае, потому что иного ответа просто бы не поняли.
– Вот и славно, – кивнул Родион Константинович, откидываясь в кресле, –
