— Следующий матч будет проходить на моей территории, — объявил он, направляясь к окну. — Майк с тобой свяжется, и ты будешь знать, что делать. — Он поднес пальцы к губам и послал ей воздушный поцелуй, а затем перелез через подоконник и исчез.
Оливия подошла к окну и посмотрела вниз. Ей показалось, что она видит, как он исчезает среди деревьев, но он двигался так быстро и бесшумно, что никакой уверенности у нее не было.
Неужели он думает, что она все бросит и по первому зову бегом помчится к нему? Неужели считает собственные планы важнее ее?
Конечно, считает. Что бы он там ни задумал, черт возьми! Можно дать голову на отсечение, что он задумал что-то опасное и незаконное.
Оливия вернулась к кровати, где среди скомканных простыней лежал сделанный его рукой набросок. При взгляде на него сердце у нее оборвалось: рисунок так и дышал чувственностью. Как будто каждое движение карандаша ласкало тело, которое он рисовал. Ей тут же вспомнилось ощущение его рук у нее на теле, когда они занимались любовью…
Оливия сунула листок с наброском между страницами Эсхила и забралась в постель. Рука ее скользнула под подушку и сжала платок Энтони. Она заснула, стиснув его в руке, как делала это каждую ночь после возвращения из волшебного сна на «Танцующем ветре».
Глава 10
-Вставай, лентяйка! — Фиби вбежала в комнату Оливии примерно час спустя после ухода пирата. Одной рукой она прижимала к груди младенца, а за другую руку держался ее старший сын. — У меня чудные новости!
Оливия заставила себя открыть глаза. Похоже, сегодня ей поспать не придется. Она растерянно заморгала, глядя на Фиби, в первую секунду не в силах понять, откуда та взялась. Но постепенно мир вокруг принял ясные очертания. Утреннее солнце, пение птиц, свежий запах травы, с которой испарялась ночная роса. Очаровательная улыбка Фиби и тихое гуканье младенца.
— Какие новости? — зевнув, пробормотала Оливия. Фиби загадочно улыбнулась:
— Отгадай. Даю тебе три попытки.
Сынишка выпустил ее руку и направился к комоду: он знал, что в шкатулке с драгоценностями у Оливии есть интересные блестящие предметы. Фиби проворно убрала ножницы и подушечку для булавок, прежде чем пухлые пальчики сына успели прикоснуться к ним. И тут ее взгляд упал на умывальник.
— Что это с губкой? — в изумлении воскликнула она. — Вся какая-то красная. Ты порезалась? — Фиби приподняла губку за уголок.
— А… это я экспериментировала с румянами, — сказала Оливия. — Мне показалось, что вчера вечером я выглядела слишком бледной. В общем, ничего не получилось.
Фиби бросила на нее испытующий взгляд.
— Где ты взяла румяна?
— У коробейника.
— Где они? Можно мне взглянуть?
— Я их выбросила.
— Оливия!
Оливия виновато потупилась. Она вообще-то не умела притворяться. Особенно перед теми, кто знал ее почти так же хорошо, как она сама.
— Здесь был Энтони. Загримированный под какого-то пьяного рыбака. Это краска.
Широко раскрыв глаза и потеряв от изумления дар речи, Фиби выслушала признания подруги.
— Пират? — с некоторым страхом спросила наконец она. — Он приходил сюда? Глубокой ночью к тебе в спальню? В те время как через две двери от тебя спит Кейто?
Оливия кивнула:
— Он забрался на магнолию и влез в окно.
— Боже мой! — воскликнула Фиби. — Что ему было нужно?
— Мы играли в шахматы.
Фиби взглянула на нее как на сумасшедшую.
— Ты сказала «шахматы»? — Ее изумленный взгляд метнулся к шахматной доске. Черный король был опрокинут; рядом с мозаичной доской стояли ровные ряды снятых фигур. Здесь действительно кто-то играл. — Мне кажется, ты говорила, что все кончено.
— Да, — ответила Оливия, теребя пальцами покрывало. — Он вернул мне книгу… ту самую, которую я читала, когда оступилась. Я забыла ее на корабле.
Фиби присела на сундучок у кровати и положила ребенка к себе на колени.
— Постой-ка… этот… этот самый пират, с которым ты не собиралась больше встречаться, вдруг посреди ночи забирается в окно твоей спальни, чтобы вернуть книгу и сыграть партию в шахматы?!
— Звучит, неправдоподобно, — согласилась Оливия. — Но он довольно необычный человек.
— Ты ничего не скрываешь? — бросила на неё пронзительный взгляд Фиби. — Тебе не удастся меня обмануть. Мы слишком хорошо друг друга знаем.
Оливия твердо решила не рассказывать Фиби, что пират и напыщенный болван мистер Кэкстон — одно и то же лицо. Раз Энтони играет в некую игру, причем как противник Кейто, то Фиби не следует знать об этом.
— Я просто пытаюсь разобраться, Фиби, — задумчиво произнесла она. — Я была ошеломлена. Мне казалось, мы никогда больше не увидимся. Я же говорила тебе, что воспринимала свое пребывание на корабле как сон, а теперь наконец проснулась.
Оливия машинально отбросила покрывало и села на край кровати, подыскивая нужные слова:
— Но когда я снова его увидела, то у меня возникло странное чувство… чего-то нереального. Ты можешь себе представить — играть посреди ночи в шахматы с мужчиной, который… — Она растерянно пожала плечами.
— Играть посреди ночи в шахматы с преступником в доме своего отца — все это представляется мне признаком расстроенной психики! — резко заявила Фиби и, нахмурившись, взглянула на Оливию. — Это действительно все? Вы больше ничем не занимались?
— Естественно, — отозвалась Оливия, — это все. — Кроме его прикосновений и быстрого легкого поцелуя. Ее взгляд упал на книгу, между страницами которой лежал рисунок. Она не собиралась показывать его Фиби.
— Знаешь, мне это не нравится. Какое-то глупое безрассудство! — выпалила Фиби.
— У тебя сейчас ханжеский тон старшей сестры, — недовольно поморщилась Оливия. — Ты ведь не такая. Вспомни-ка про свои безумства. Кто поехал за моим отцом и втайне от него спрятался на его корабле?
Фиби откинула со лба растрепавшиеся волосы.
— Я не думала, что ты это так воспримешь… я вовсе не ханжа, просто я волнуюсь за тебя, Оливия. Раньше ты никогда так не поступала.
— Это уж точно, — невольно улыбнулась Оливия. — Просто не представлялось возможности.
— Такая легкомысленность… О, милый, ты стукнулся головкой? — Фиби бесцеремонно переложила младенца на колени Оливии и бросилась к плачущему Николасу, который с размаху сел на пол, ударившись головой о ножку стула.
Оливия держала маленького Карла, играя его пальчиками, и ждала, пока прекратятся рыдания и поцелуи.
— Не исключено, что я опять буду играть с ним в шахматы, — задумчиво произнесла она, когда внимание Фиби вновь переключилось на нее.
Фиби покачала головой:
— Мне не хотелось бы выглядеть ханжой, правда, Оливия. Но это безумие. А что, если вас застанет Кейто?
