у себя в особняках… Что ж, теперь я точно знаю, где они. С другой стороны, кто знает, где ваза? Может, Рубен глаз с нее не спускает, обнял и лежит с ней на кровати. Или ваза у Донала? Что он с ней может делать? Придется плавно «одолжить» ее, эту вазу. Но никто не должен знать, что это я. Если все удастся… будет еще та заварушка. Дилетанты сами себе отгрызут головы».
Но все было не так радужно, как мне казалось. Карта (да, та самая карта, что я выторговал у друга Бассо) говорила, что мне надо было прямиком в черную бесконечную трубу. Я поковырял ее мыском сапога — та затрещала, словно стая цикад. Я провел по ней перчаткой и сразу же отдернул руку. «Фу, ну и мерзость!». Вслед за этой мыслью появилась другая: «Откуда тут столько металла?». Но ответа я так и не получил, потому что на тупые вопросы принято отвечать молчанием.
Какое-то время, стуча сапогами, я удалялся вглубь трубы. Она постоянно виляла, и я поворачивал за ней. Наконец, показалась заляпанная лестница, только в стороны отходили еще две трубы. Одна была закрыта металлической затворкой. Такой толстой, что ее и всей английской пехотой не выбить! «Наверх или вбок?» — подумал я и решил обратиться к карте. Карта промолчала всем своим количеством точек, линий и квадратов, и я стал подниматься по лестнице, к свету.
«Свет — это зло» — в очередной раз убедился я, когда эхо голосов раздались прямо над моей головой. Я аккуратно опустил ногу на мокрый пол и ретировался. В случайную трубу. «А из какой я там пришел? Не хватало еще и заблудиться!»
Но я сделал правильный выбор, ибо та труба оказалась ниже, так что следующие часы моя макушка собирала остатки чего-то мерзкого, темно-зеленого. «Да уж, ну и работенку я себе подкинул! Но оно того стоит!».
Когда мне уже начало казаться, что труба реально бесконечная, в конце загорелся свет. Я снова стоял на твердой земле. Разминал спину и шею, ибо при моем росте идти прямо было невозможно.
— А я уж думал, меня никто не сменит! — вскрикнул обеспокоенный голос, — Ты, Борис?
Я замер и прислушался.
— Кто ж еще!
— Давай иди скорее! Я больше не могу так! Пять часов стоял! Что остановился, иди!
— Боишься?
Недовольный голос вздохнул и продолжил.
— Просто ощущение, что кто-то за мной следит, глаза из темноты, крысы… А ты иди, иди!
— Ладно. Я уже того — мне и лучше.
— Того?
— Ребята праздновать собрались…
— Праздновать? Ч-что праздновать?
— Ну, иди и узнаешь.
— ХВАТИТ ПУДРИТЬ МНЕ МОЗГИ!
Раскатистое эхо сапогов опять наполнило холл, но я все еще был напряжен. Достал дубинку. Так, на крайний случай.
— Постой! Ключ у тебя?
— Ключ у Таффера, да-м. Это ж приказ Донала, не помнишь что ли?
Вор откинулся на стул у двери. Его профиль белел при свете одинокого факела. Нас разделяла пропасть с журчащей водой. Очередной спуск во влажные объятья трубы. В последний момент я заметил листок папируса, прикрепленный к двери. Стало вдвойне интересно. Вор повернул голову, и я спрятал свою за углом.
Машинально рука потянулась за водяную стрелу. «Могу себе позволить».
Первая стрела ливневым дождем поразила факел. На деле капля воды тихо омыла его, а стрела отлетела от стены и покатилась по полу. Вор приподнялся в недоумении. Но факел все еще горел, мерцал, как мотылек.
«У тебя, брат, точно поехала крыша, если ты еще не понял, что тебя обводят вокруг жирным пальцем».
Просвистела вторая стрела, и катакомбы с сотней переходов и мостов погрузились во мрак. Я выдохнул, но чуть не задохнулся от мысли, что я сам ничего не вижу. Между нами была пропасть. От этого становилось еще хуже. Дышать было тяжело и неприятно, словно груда камней засыпали все мое горло. Я слушал, слушал и анализировал. Прошло какое-то время, а вор даже не колыхнулся. «А был ли он вообще?». Я напряг глаз и мне даже показалось, что я видел черный силуэт на стуле.
Вода издавала звук «плин», когда я медленно шагал, держась за стену. «Вода никогда не перестанет капать. А я приближаюсь, иду, крадусь — берегись, парниша!». И, тем не менее, руки холодели от мысли, что из темноты мог показаться меч.
Вор сидел на месте. «Сидел?». Вроде сидел. Впал в такой глубокий ступор, что и не смел пошевелиться. А куда ему бежать? Я скользил вдоль стены. Черный сгусток все еще не двигался. «Он меня ждет что ли? В смысле, он ожидает моего маневра или…?». Локоть уперся в ручку двери. Передо мной предстал образ, сам по себе. «Вот плащ, капюшон, пояс, подпирающий худой живот, длинный нос и спадающие давно не стриженые волосы». В голову лез образ самого себя. Пелена спала и, кажется, я разглядел смазанную фигуру. «Он встал?».
«Пора!», — сказал я себе, закинул блэк-джек и…
Выпад!
Удар!
Удар точно выше плеч. По голове. От напряжения глаза наполнились ночным небом с его миллиардами звезд.
Х-ха. Мой профессионализм куда-то улетучился. Удар разрезал пустоту, а образ испарился. Я выгнулся, чтобы не упасть. Сбоку раздался шорох.
Блок — шаг назад! Руку свело от внезапного удара. Он атаковал меня первым.
«Внизу темнее» — мелькнула мысль, и я присел. Передо мной плясало черное пятно. Туда-сюда. Как буйный конь. Когда глаза привыкли к темноте, я бил уже с единственной целью — причинить ущерб. Это была не та ситуация, где у меня был выбор. Только выживание и искаженное наслаждение свободой.
Не теряя ни секунды, я нанес еще удар. Глухой звук, и тело отлетело на пол. «Умер?» — мое сердце сковал страх. Неожиданный страх. Нечто подобное я уже испытывал, но такой страх… Человек лежал неподвижно, и этот факт вызывал дрожь. «Я не могу убить. Убийство неприемлемо для вора». Я подставил ладонь к его губам.
«Дышит», — выдохнул я и вспомнил про историю с ключом. Пергамент на двери. Все дурные мысли испарились. Стены вокруг обрели новые формы и цвета. Это я достал огниво из кармана дилетанта.
«Наверное, забыл про него». Скорее понимал, чем это чревато, смышлёный парень.
…
Никто не войдет через эту дверь, пока не будут решены все вопросы с нашей уважаемой «Головой». Сразу говорю — вазу не отдам! И мне плевать, зачем вы пытаетесь проникнуть ко мне — дверь закрыта. Она закрыта! Если у вас все-таки есть какие-то дела — прошу к люку 47. Там вас осмотрят и решат, пускать
