они орудуют. Особенно ножами. Но не за этим я приперся в ту дыру, потому я поспешил к лестнице, ведущей наверх. Как только моя нога коснулась второй ступени, я понял, что отдаляюсь от цели. «На втором этаже Гильдия не поместилась бы».
За дальней дверью я уловил приглушенные разговоры. Очевидно, туда мне было не надо. Что ж тогда делать? Я решил осмотреться. Исследование комнаты не заняло много времени. В первую очередь я искал вход, дверь, люк — да что угодно! От отчаяния я даже стал двигать ящики в надежде отыскать это что-то. В здании стоял пьяный гул, так что я мог беспроблемно двигать все, что было нужно. Пот так и тек с меня, а подлатанный костюм прилипал к коже. Единственная дверь, которую я не обследовал, находилась под лестницей. Я ее не сразу заметил. Мое возбужденное сознание говорило: «Вот та дверь, что ты ищешь!». Может быть, это и было и так, однако мой профессиональный глаз дал заключение: «Нужен ключ». С такими замками я еще не имел дело — хороший знак.
Я выдохнул все свои сомнения. «Что же найду другой вход». И другой вход нашелся. Отодвинув заслонку на подозрительном возвышении, я увидел дыру. Не глубокую. Но на другом конце горел свет. «Что ж, была не была. Опять колодец». И я прыгнул.
А что оказалось под таверной, м-м, конфетка! Совершенно другой мир! Мир роскоши и шика. До моих ушей доносилась тихая музычка. Успокаивающая мелодия, почти колыбельная, состоящая из свистящей флейты, ритмичных ударов по барабанам и переливающихся звуков арфы. Это место напоминало больше загородное владение богатого мецената, чем подвал грязной таверны.
Впереди за аркой виднелись игорные столы с ровными колодами карт. «Кто-то серьезный тут всем заправляет. Неужели я опять попал к Городским Смотрителям?». Ответ на этот вопрос пришел быстро.
Пока в моей голове тянулись нити мыслей, я заметил, как стражник отошел в сторону, чтобы хлебнуть пойла, а позади него показалась дверь со штампом «ПГ». Если мои догадки были верны, то за этой дверью должна была находиться Ветреная Гильдия, что часто называют Подветренной.
«Так вот, значит, чем промышляют дилетанты!», — но недолго я радовался находки. Стражник воротился и устало зевнул.
«Как тогда его отвлечь?».
Очень кстати у меня на поясе оказалась водяная стрела. После похода к Зеленоглазой я чувствовал силу в своих руках. Я был практически уверен, шум привлечет внимание. Я натянул тетиву, и свет в комнате потух. Люди отложили карты.
— Извините, уважаемый, кажется, я выигрывал, а сейчас, в такой тьме, и не уверен вовсе, — сказал кто-то противным писклявым голоском.
Стражник закряхтел и сдвинулся с места.
— Нет, я точно проиграю из-за этого недоразумения! — опять воскликнул недовольный голосок.
— Уважаемый, подождите, не Вы одни находитесь в неловком положении. Может, это Вы и подстроили!
— Хватит! Держите карты ровно! — рявкнул третий игрок.
Пока стражник возился с огнивом, пытаясь выделить искру, я начал подкрадываться к нему. Чувствовал себя, как змея, потому что дышал ровно и размеренно.
Раз — чиркнул стражник.
Два — его серая мантия на секунду окрасилась в желтый.
Три — его напряжённое лицо сосредоточилось на искрах.
Четыре — я занес дубинку.
На пятую самую яркую искру, моя перчатка закрыла рот неудачливому человеку, и его тело рассладилось. «Ух и веса-то в нем!». Пришлось обеими руками тащить.
— И в самом деле, чего Вы так долго, уважаемый! Куда только смотрит Рубен!
«Рубен, значит? Кажется, я по адресу!».
2
Когда я избавился от охранника, то дело было за малым — отпереть дверь и зайти внутрь. А внутри начиналась каменная пещера. Было сыро, но я практически не придавал этому значения, ведь в конце тоннеля горел свет. Мерцали тени. Слышались шаги. В конце концов, сколько таких пещере я навидался за последние месяцы. Я затаился и стал слушать.
— Фто-то Донал и Рубен фофсем голову потеряли. Зафели, значит, в ффоих офобняках и не выходят. А когда выхофят, то крику-то фколько!
— И в чем же дело?
— Да фот не поделили вазу ту!
— Сап-п-фировую, что ли?
— Да, которую вмести из особняка Лорда Рэндалла и свистнули. Черт! Она целого фофтояния стоит!
— Завидуешь? Мерсер сказал, что отбирали только лучших…
— Молчи! Нет, конефно, дурак, меня… не фзяли.
— Так что за дело-то такое? Ваза? Ну, ваза и ваза…
— Э, дурак, не у фсего ценна одна! Коль Лорд, фак и нофовой платок имеет фвою цену. Ваза же «Фапфировая»!
— Это камень такой что ли?
— Может, лучше перекуфим чего? А-то я готоф тефя фъесть! Кстати, та Лондонфкая кофбаса еще офталась?
— Колбаса? О чем ты?! Расскажи что было дальше. Не чужие люди.
— А кофбаса, кофбаса-то как?
— Да осталась, осталась! — голос умолк, а потом продолжил, — Расскажешь — получишь.
В воздухе повисло молчание, благо недолгое, и я смог расслышать продолжение бессмысленной беседы.
— Эх, Рубен долго фледил за офобняком, делал заметки, группу такую набрал: эти ребята юркие из Кфартала-то Южного.
— Из самого Южного!
— Ага, и ночами ходил, фсе писал и писал. И вот, прихофит и гофорит: «Все, мол, готово, фобирай людей и двинули!». Донал дофжен был вофглавлять его фуровых парней. Типо главный… Чрез день приносит, фначит, вазу, фтавит ее на стол и гофорит: «Хорошее, хорошее дело мы затеяли. Принес». Ага-ага, и вправду хорофее… жаль, меня не фзяли…
— Дальше! Что дальше-то? Ты так просто не отделаешься.
— Ха, да фот беда — ваза одна, а их дфое! — рассмеялся человек с неприятным голосом, — И поняфлись тогда крики: «Да я дал тебе карту!», а он: «Ты-то фидел на месте, а я рисковал!», а Рубен: «Да без моих парней ты бы и фтену не перелез, флизняк!». А Донал…
— Во как! В армии такого уж точно не было бы.
— А тебе почем знать?
— Да так, печальный опыт прошлого.
Спустя минуты молчания, первый намекнул: «Ты, кстати, угофтить меня обещал».
— Черт, так колбаса одна, а нас двое!
— Ах ты морда наглая, я тефе покажу!
— Шутка, шутка, пошли, я ее в казарме оставил.
Двое скрылись за кирпичной аркой. Я выглянул и проводил дурачков взглядом. Гильдия находилась в длинном таком винном погребе. Только голые алые стены и факела. Было сыро и темно, ощущение точь в точь, как в Клагслефте. Воровать там тоже было совершенно нечего. Это даже на мгновение огорчило меня, но потом я вспомнил о разговоре и… о том, зачем пришел.
«Кажется, я завалился вовремя. И, кажется, я знаю, чем займусь. Они будут в восторге!».
3
«Значит, Донал и Рубен заперлись
