— Колэм видел эти рисунки?
— Что? — переспросила Алекс, оглушенная на мгновение его резким тоном. Ей пришлось напрячься, чтобы вспомнить, кто такой Колэм. — Нет, — ответила она. — Никто не видел их, кроме тебя.
— Насколько серьезно было между вами?
— Там вообще не было ничего серьезного, — сказала она, пожав плечами.
— Ты целовалась с ним! Я это видел!
— Один торопливый поцелуй на переднем сиденье машины? — произнесла она с насмешкой над его ревностью, затем негромко добавила: — И это все.
Но ее слова не убедили Дэйва. Он сжал ее плечи, хмуро глядя на нее сверху вниз. Алекс вздохнула, отметив, как ловко он опять свалил все на нее, заставив оправдываться в том, чего она не делала. Затем улыбнулась полной нелепости этой ситуации.
— Ты опять выглядишь, как дьявол, принимающий огненный душ.
— Я хочу поцеловать тебя! — заявил он.
— Что? Здесь, в твоем офисе? — с притворным испугом спросила она и насмешливо добавила: — Ты что-то перепутал. Я принадлежу другому твоему миру, не забывай!
Но Дэйв стал яростно и страстно целовать ее. Она качнулась навстречу ему, ее руки обвили его шею, а пальцы погрузились в шелк его волос. Кончики их языков коснулись друг друга, и Алекс почувствовала, как стали наливаться ее груди, и его тело задрожало в нетерпении. Дэйв целовал ее до тех пор, пока она полностью не забылась в сладостной истоме. Тогда он прошептал:
— Я люблю тебя, Алекс.
— Знаю, — шепнула она в ответ, нежно прикоснувшись губами к его шее. — Мне кажется, я снова могу поверить в это.
Он вздохнул с огромным облегчением и снова приник к ее губам в долгом поцелуе.
В этот момент один из телефонов начал звонить. Дэйв, не выпуская Алекс из объятий, переместился вместе с ней к письменному столу.
— Не двигайся, — шепнул он ей, протянув руку к телефонной трубке, затем присел на край стола и отрывисто произнес свое имя.
Удивительно, как легко он перевоплотился из страстного любовника в холодного собранного бизнесмена, подумала Алекс, с любопытством вглядываясь в его лицо. Казалось, что за какие-то секунды его черты претерпели физические изменения: стали строже, четче, в глазах появился холод, несмотря на то, что они не потеряли контакта с глазами Алекс. Губы сложились в тонкую линию, потеряв чувственную красоту. Он стал резким, проницательным, уверенным.
Она грустно улыбнулась, и Дэйв нахмурился, не прерывая разговора. Какой-то чертик проснулся в ней, и Алекс захотелось разрушить броню финансового магната. Она протянула руку и ласкающим движением провела ладонью по его бедру.
Дэйв задохнулся от неожиданности и свирепо накрыл ее руку своей. Его глаза вспыхнули, голос сорвался. Алекс засмеялась.
— Я перезвоню вам позже, — сказал он в трубку и бросил ее на рычаг. — Это был важный клиент! — возмутился он, притягивая ее к себе. — Ты сделала это нарочно!
— Я люблю тебя, Дэйв, — тихо произнесла Алекс.
Он побледнел и судорожно сглотнул.
— Скажи это еще раз, — попросил он охрипшим от волнения голосом.
Алекс потянулась вверх и поцеловала его в губы.
— Я люблю тебя, — повторила она.
Дэйв глубоко втянул в себя воздух, его ноздри затрепетали, как будто он хотел насладиться ароматом этих слов.
— Я так скучал по этим словам, — сказал он. — Мне так не хватало света, который излучает твое лицо, когда ты произносишь их.
И он нежно обхватил ее лицо ладонями. Полуденный свет, льющийся из окна кабинета, ласкал ее щеки.
— Я полюбила тебя, когда мне было семнадцать, — тихо сказала Алекс, — и никогда не переставала любить тебя с тех пор. Моя любовь к тебе не умерла, она просто получила ушибы и вмятины от этих ударов, вот и все.
— Значит, ты скрывала это, превращая наши ночи в настоящий ад, — с тяжелым вздохом сказал Дэйв. — Это молчание и эта темнота… Это было ужасно…
— Поедем домой, — пробормотала она, охваченная желанием обнять его, прикоснуться к нагому телу, увидеть, как мерцает в лучах дня обнаженная кожа. — Ты можешь оставить все это? — с беспокойством спросила она, оглядывая кабинет.
— Я могу делать все, что хочу! — надменно заявил он. — Я ведь босс. Я здесь хозяин!
— Ах, да, — сказала она, — я забыла, ты ведь миллионер, ты говорил мне об этом. — Ее синие глаза задумчиво посмотрели на него. — Это означает, что половина твоего достояния принадлежит мне в случае развода. Интересно, стоит ли…
Дэйв твердо взял ее за плечи и развернул по направлению к двери.
— Мы едем домой, в наш новый дом, не в старый, — решительно заявил он. — Там мы оставим детей на попечении нашей новой экономки, а сами пойдем осваивать новую спальню, и тогда ты узнаешь, какое мое достояние для тебя важнее!
— Звучит интересно, — задумчиво сказала Алекс.
— Это будет более чем интересно, — пообещал Дэйв.
— Не забывай, что я в довольно деликатном положении.
— Раньше это никогда не вызывало проблем, — отверг он ее возражение. — На самом деле, — вкрадчиво добавил он, — я помню по прошлому опыту, что ты даже более чувственна в такие периоды.
Как раз в этот момент дверь кабинета открылась, и вошли дети, избавив Алекс от необходимости опровергать последнее провокационное замечание.
Дэйв подхватил на руки Джеми, засыпающего на ходу. Малыш прислонил голову к плечу отца, и Алекс с нежностью улыбнулась им обоим.
Они спустились вниз на лифте и пошли к стоянке машин. Дэйв нес спящего малыша, свободной рукой обнимая Алекс за плечи. Сэм носился вокруг них кругами, изображая истребитель «Торнадо». Кейт крепко держала мать за руку. Перед тем как покинуть кабинет, она дотянулась до щеки матери и поцеловала ее с молчаливым раскаянием.
— Я никогда больше так не сделаю, мама, — серьезно пообещала девочка.
Кейт твердо усваивала свои уроки, Алекс это знала.
Был солнечный день, и по меньшей мере половина служащих «Мастерсон Холдингс» высунулись из окна, глядя, как их работодатель и его семейство шествуют через стоянку автомобилей.
— Не могу в это поверить, — заметил один из служащих. — Я знал, что он женат, но трое, почти четверо детей!
— Я работаю здесь несколько лет, — вставил другой, — и понятия не имел, что он женат. Он всегда был таким беспощадным. Что, черт возьми, заставило такое нежное создание, как она, выйти замуж за такого мужчину?
— Сейчас он выглядит совсем не таким, — заметил первый. — Пожалуй, добрым и симпатичным. Может, дома он другой?
— А, может, она не так нежна и невинна, как кажется, — высказал подозрение второй. — В конце концов, четверо детей. Это о чем-то да говорит.
