дубом Метрикас остановился, прислонился к стволу. Брат сел рядом в тени. Теперь Зена разбирала каждое слово.
— Они хотели меня убить! Драконт не понимает! Скажи ему! — Метрикас бушевал.
— Сам скажи! Давай, лезь в петлю, — Мерониас тоже был взбешен. — Говорю же, он зол. Два года я налаживал отношения, а теперь ты собираешься все разрушить!
— И не думай меня одурачить, Мерониас. Ты нужен Драконту, чтобы держать в узде весь этот сброд.
— Он и сам справится, если захочет. А в таком случае… — Мерониас выразительно провел ладонью по горлу. Тишина. Братья молча глядели друг на друга. Метрикас стоял к Зене спиной. Она могла разглядеть только нечесаную Копну рыжих волос и плечи громилы. Лицо Мерониаса все еще пылало от бега и ярости, а глаза метали молнии. Рыжие волосы, глаза, огромный рост — сходство на этом кончалось. В лице Мерониаса, несмотря на ярость, угадывалось достоинство и работа мысли.
— Послушай, Метрикас, — заговорил брат, внезапно сменив тон. — Я у тебя немного прошу, так? Держи своих головорезов в рампах, не трогай слуг и не подпускай свою пьяную банду к женщинам. Пусть сидят в лагере и к стадам — ни на шаг. Кстати, спасибо, что поставил часовых у лодок… Но ослушаться приказов Криноса — это уж чересчур! В следующий раз, если только следующий раз будет, при Драконте помалкивай. Ах, да! Ты его не сразу заметил!
— Там была эта девушка! Она из тех, кто…
— Что я, Зену не знаю? Всем известно, что это она стукнула тебя по голове и оставила под палубой. Зачем ты бегал по острову и рассказывал об этом каждому встречному?
Метрикас в бешенстве выругался:
— Она знает, кто был на корабле.
— Не будь ребенком, брат! Конечно, знает. Только тебе она выдаст моряков, когда рак на горе свистнет. Ты только попусту тратишь силы.
— Кринос мог бы пойти в деревню и выяснить… Мерониас вскочил на ноги и оказался рядом с братом.
— Послушай, все кончено. Эту историю забыли. Разумеется, Кринос должен был узнать имена моряков еще до того, как корабль вышел в море. И ему это ясно, потому что сегодня утром я все ему объяснил. Но мы не можем изменить прошлое, правда? Кстати, Драконт не жаловался, что Зена оказалась в лагере, так? — Молчание. — Так. Головы с плеч не полетели, насквозь никого не проткнули. Вряд ли Драконт ожидал, что воительница появится здесь, тем не менее, никто не наказан. Подумай, что это значит, — на этот раз молчание затянулось. — Поклянись, что забудешь о мести, брат.
— Отстань!
— Нет! — перебил Мерониас, и к удивлению Зены громила замолчал. — Собираешься командовать людьми, так начни с себя. Клянись, или, даю слово, завтра ты со своей бандой высадишься на материке. Станешь захудалым разбойником, как тебе на роду написано.
— Я… — громила привалился к дереву. — Я не виноват! Знаешь, сколько таких шаек развелось? И всем надо убивать, грабить, насильничать. Им нужны жертвы. А где их взять? Все разграбили до нас. Знаешь, как головорезы опасны, когда голодны.
— Зена не годится на роль жертвы. Успокойся. Пока я в лагере Драконта, у тебя будет еда, и кров, и доля от награбленного. Ты будешь командовать теми, кого привел с собой. Все, что требуется — держаться подальше от военачальника. И Зены. Она тебе не по зубам. Клянись, говорю!
— Ну ладно, — промямлил Метрикас, — Клянусь.
— Отлично. Ты не пожалеешь.
— Я уже пожалел, — в раздражении ответил Метрикас. — Ты хоть знаешь, как у меня болит голова? Мерониас хлопнул в ладоши:
— Ты сегодня ел? — брат осторожно покачал головой. — У меня остался хлеб и уха. Пойдем, — он повернулся и зашагал вниз по склону.
Метрикас дал ему отойти и взглянул туда, где солда-ты вытаскивали крутобокую лодку дальше на берег.
— Клянусь, — проворчал он. — Да, клянусь, что Зена за
все заплатит. Кровью.
Мерониас выкрикнул его имя. Громила обхватил го-лову руками и прокричал в ответ: — Иду!
Некоторое время Зена не двигалась с места, обдумывая услышанное. Слабая улыбка тронула ее губы:
«Конфликт начальника и подчиненного всегда кстати. Но как его использовать? Время покажет». Воительница бросила по сторонам внимательный взгляд и, перебираясь с ветки на ветку, спустилась на землю. На мгновение она остановилась в нерешительности: пойти вверх или вниз? Собственно говоря, это не имело значения. Стоял ясный и светлый день, облаков почти не было. Заметить воительницу не составляло труда. «Ну и пусть. Пусть привыкают, что я здесь, и к концу дня они перестанут обращать на меня внимание», — рассудила она.
Зена взобралась на вершину холма, но не увидела оттуда ничего нового. Один склон отвесно уходил в море, вдоль другого тянулась опасная каменистая тропа. Корни согнутых ветром сосен и редких кустов едва удерживали валуны на месте. Вдали открывался вид на материк. Песчаная коса у подножия холма исчезала в набегающем приливе. Кажется, по мокрому песку к травянистым склонам вела тропинка, но с того места, где стояла Зена, она виднелась неясно.
— Думай, — ворчливо велела себе воительница. Пока у нее не появилось ни одной дельной мысли. Двести вояк против нее и Габриэль.
Лагерь загораживали высокие скалы, Зена разглядела только две палатки и одинокий столб дыма. Дворец словно вымер, деревня и корабли отсюда не видны. Воительница вздохнула и направилась вниз, скользя по крутому склону. Она повернула в сторону и оказалась в дубраве. Недавно тут паслись козы и свиньи. Других признаков жизни Зена не заметила. «Ты и не думала найти здесь подкрепление, — обратилась воительница к самой себе. — Теперь ступай во дворец. Пора составлять план». Однако, выходя из дубравы, она увидела приближающегося Драконта. Воительница прислонилась к дереву и подождала командующего.
Широко улыбаясь, он остановился в тени:
— Изучаешь обстановку? Зена подала плечами:
— Как всегда. Ты меня искал? Или просто бродил?
— Один из мальчишек видел тебя на вершине. Я подумал, тебе будет приятно разделить со мной и моим войском хлеб и вино.
Зена обдумала предложение и согласилась. Драконт вышел вперед, но вскоре замедлил шаг, чтобы Зена поравнялась с ним. Воительница очень удивилась. Драконт заговорил, лишь когда они оказались у подножия холма:
— Узнала что-нибудь интересное?
— У тебя здесь целое войско. А до материка далеко. Военачальник отрывисто рассмеялся:
— Только не говори, что тебе страшно.
— И не собираюсь.
Он резко остановился и заглянул Зене в глаза:
— В прошлый раз, в деревне, ты застала меня врасплох. Много воды с тех пор утекло, но ты помнишь?
— И что же?
— Ты, кажется, решила, что, пора покончить с разбоем. Так думают многие, но их хватает ненадолго. Это
