— Не заговаривай мне зубы! Ты все врешь, хочешь запутать меня!
— Нет, она права, проверь ее воспоминания, они у нее довольно разнообразные! — усмехается Сатана, проникая в мое сознание.
— Я ненавижу вас! Ненавижу Лилит!»
Режущая боль в лопатках вырывает хриплый стон беспомощности, зажмуриваю налитые кровью глаза, почти не чувствуя изнеможженного тела, алые струйки стекают с носа, но новые крылья, которые так нужны нефилиму, не отрастают.
Рык отчаяния бьет колоколами в голове, разъедая ядом органы, липкие щупальцы проходятся по моей памяти, словно просматривая фотоальбом пережитого, оставляя обжигающие полосы на листах. Последней картиной предстоит искромсанное тело, валяющееся в комнате со сливочными обоями в цветочек.
«— Ты должна встать! Ты обязана! — нефилим пытается воздействовать на разум, но я не подчиняюсь ему, чувствуя, что силы иссяки, а жизнь медленно утекает из-под пальцев, и я смиряюсь. Смиряюсь со своей участью. — Проклятье, — только хрипит ослабленный голос. — Лилит, ты была неправа, — вдруг отчетливо говорит он и под сотрясающий скрежет сирены вдруг исчезает…»
Мелкие иголочки рассыпаются по телу до оглушающего звона в ушах, пронзая и царапая кожу. Комната окутывается серой мглой, которая закручивается воронкой и вмиг рассеивается…
Крупица за крупицей боль отступает, оставляя после себя только фантомную дымку опустошения. Я свободна. Свободна?
Да, я свободна!!!
Какое сладкое слово — свобода… Но я не забуду никогда об ужасе, который мне пришлось пережить, если вообще выживу…
Проходит целая вечность или одна секунда… Не знаю, откуда беру в себе силы, но встаю и на негнущихся ногах подхожу к зеркалу, где на меня смотрят лазурные глаза, на одном из которых остались красные вкрапления, в знак напоминания о пережитом… Может быть, со временем исчезнет, уже неважно, мне все равно не забыть этот Ад.
Как просто оказалось победить нефилима, с которым обошлись несправедливо еще с рождения, и как тяжело. Неужели получилось разбудить в нем светлую сторону? Просто не верится! Главное, что все кончено, и я могу начать новую жизнь…
Пророчество Лилит обернулось против нее же, и та, которая должна была помочь нефилиму убить Сатану, спасла его…
18. Соединяя сердца (финал 1)
Ты можешь убежать
от обстоятельств и людей,
но ты никогда не убежишь
от своих мыслей и чувств.
Эрих Мария Ремарк
Ветерок приятно обдувает щеки и вырез декольте. Я глажу антрацитовые крылья и всматриваюсь за горизонт. Вот и все. После всех чудовищных событий, произошедших в логове Сатаны, слава обо мне распространилась как на небесах, так и на всю преисподнюю, и я спокойно восстановилась в институте ангелов и демонов. Со слов мамы, даже она не была столь популярна в свое время. Спасибо, что хоть автографы не брали. А может, я бы и не отказалась.
Теперь могу спускаться на землю без прежней тоски и трепета. Это всего лишь работа и вытренированная хладнокровная выдержка. Чего я лишилась? Жалости к себе и другим. Я даже как-то встретила на задании мимо проходящую Эшли с коляской, но сделала вид, что не заметила ее, и вернула-таки телефон домой, в последний раз увидев отца.
Это было вчера…
Родной город встретил палящим солнцем. Вид знакомого тротуара пытался пробиться скорбью сквозь толщу льда невозмутимости моей души, но я глушила в себе это чувство.
Прокравшись в открытое окно своей комнаты, оставила на тумбочке мобильник и последний раз окинула глазами такой близкий сердцу интерьер. Сюда я больше не приду…
Стоя уже на улице, вдруг поняла, что на полках снова стоят наши самолеты, которые мы собирали вместе с отцом. Не выкинул, значит… На столе лежит свежая модель. Я рада, что отец нашел в себе силы жить — с этой мыслью и мне будет проще.
— Девушка, Вы что-то хотели? — родной голос проник в каждую клеточку, наполняя колющее сердце. Я думала, это полегче будет — противостоять силе любви.
— Извините, просто засмотрелась на коллекцию самолетов, — сказала первое, что пришло в голову, чувствуя себя воровкой, пойманной с поличным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вы увидели ее прямо с тротуара? — насмешливо протянул отец, встречаясь со мной взглядом.
— Нет… Просто… — я не знала, что сказать, какую придумать ложь, но папа, кажется, и не ждал моего ответа.
— Она на самом деле чудесная… — задумчиво произнес отец, и мне показалось, речь шла совсем не о самолетах. — Если хотите, можем пройти в дом, посмотрите поближе. Вы же не похитительница чужих коллекций? — он усмехнулся, и я тоже улыбнулась.
— Конечно, нет! Спасибо за заманчивое предложение, но мне пора, — хотя на самом деле испугалась, что не сдержу своих чувств.
— Эту коллекцию мы собирали вместе с дочерью, но ее больше нет… — он устало прикрыл глаза, разливая горячую лаву боли в душе. — Но я жду время, когда мы встретимся вновь. Там… — он разомкнул веки, являя взрору свои карие глаза, которые на мгновение приобрели красный окрас, заставляя меня остолбенеть от увиденного. Демоны ведь видят пороки других, видят подобных себе!
В голове туманной дымкой мелькнула картина страшного боя между демонами, но мираж тут же развеялся. Неужели ты демон, папа? Ничего не понимая, я отошла к дороге, даже не попрощавшись, и возвела глаза к безоблачному небу — скоро будет водоворот.
Не сдержавшись, все же обернулась к отцу. Он тоже смотрел на небо, но вдруг наши взгляды встретились. Заговорщически подмигнув, папа вернулся в дом, оставляя меня полной размышлений над тем, кто же на самом деле мой отец?
***
— Как настроение? — тонкая ладошка Вивиан опускается на плечо, я и забыла, что она сидела рядом, с ней всегда легко помолчать. — Волнуешься?
— Немного, — откровенничаю я. Вив поддерживала меня на протяжении всей учебы, позволяя нашему общению перерасти в настоящую дружбу. — Не верю, что все позади и можно просто расслабиться…
— Расслабиться? — дьяволица мелодично смеется. — Ты даже не представляешь, какие страсти кипят в крови демонов! Признаюсь честно, я и сама не верила до последнего, что ты станешь одной из нас! Зато представляешь, как рад этому Эзоп?
— Эзоп? — недоумевая смотрю на демонессу.
— Своей демонической сущностью ты сняла пелену перед глазами Лео. Теперь ты не сможешь на него воздействовать, хотя, зная тебя, я думаю, ты далеко пойдешь по иерархии и уже скоро станешь Архидемоном, намного быстрее, чем того достигла твоя ангельская мать! Кстати, как Андреа восприняла эту новость?
— Неоднозначно, — вздыхаю я. Конечно, мама не высказывала слов удивления или протеста, но однозначно не осталась довольной моим решением. Увы для нее, я сама выбрала свой путь, здесь ничье слово не стало бы законом. Главное, что мы принимаем друг друга такими, какими являемся.
— Зато как наверняка обрадовался Люцифер! — дьяволица лукаво усмехнулась, но ее тут же окликнул Иво, который сегодня как раз собирается сделать предложение.
Я же вновь погружаюсь в воспоминания, но теперь уже о Люцифере, которого будто невзначай упомянула подруга.
До сих пор не знаю, как отношусь к нему, и пусть Вивиан убеждена, что я ему нравлюсь, но за все время он практически не давал повода удостовериться в этом, хотя если посмотреть на взбешенную Джину, которую не касается внимание Люцифера, то в душе появляется надежда на то, чему я сама не могу дать ответ.
Да, я все еще вспоминаю томными ночами тот взгляд, который он дарил в сражении с нефилимом. Тот взгляд, который с тех пор касался меня только во снах…
Демон продолжает править адом, судя по слухам, не хуже своего отца. Новый статус сделал его взрослее, а лицо еще более непроницаемым, но каким бы Люцифер не стал, он лично проследил за тем, чтобы я научилась блокировать свое сознание. Но как же безобразно он вел себя во время первого занятия!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Первое занятие
Новый Владыка Ада входит в маленькую аудиторию. Черная рубашка с закатанными рукавами сидит идеально, подчеркивая каждый стальной мускул. Несколько расстегнутых пуговиц обнажают татуированную шею. Черт, как же хочется посмотреть эти узоры вблизи! Не о том ты думаешь, Кэт!
