у меня сладко защемило сердце. Я почти задохнулась от восторга, а он ещё крепче прижал меня к себе.
– Известно ли тебе, что я самый счастливый парень на свете? – На щеках Матса снова появились ямочки.
– Почему? – прошептала я, и мой вопрос показался мне немного глупым.
– Ну, потому что я не только верю в тебя, но ещё и ужасно в тебя влюблён. А ещё... – Он заглянул мне в глаза. – Ещё я догадываюсь, что ты считаешь меня неплохим парнем.
Я засмеялась и кивнула:
– Очень даже неплохим.
Матс обнял меня за плечи, и мы поцеловались. Мои колени внезапно сделались как мягкий пудинг, а в животе вспорхнули сотни бабочек.
– Между прочим, я тоже самая счастливая девчонка на свете, – прошептала я.
Глава 30
В коридорах лабиринта так чудесно пахло миндалём и ванилью, что я с трудом могла сосредоточиться на наших предстоящих делах.
Впереди меня бежал Бенно, касаясь ладонью обоев. Рядом со мной шёл Матс и то и дело сверял план с реальным размещением коридоров и комнат.
Позади нас Элоди спорила с Леоном о том, как надо правильно обращаться с дистиллятором. Я слушала их с улыбкой. Леон разбирался во многих вещах, но, к сожалению, не годился для работы в аптеке ароматов. Однако Элоди не сдавалась и в сотый раз объясняла, в каком порядке нужно класть в дистиллятор все компоненты. Леон же и сегодня делал вид, словно ему всё ясно и Элоди не обязательно повторять сто раз одно и то же.
Все последние дни мы каждую свободную минуту проводили в лабиринте под виллой «Эви», исследуя его. Но он был слишком огромным, и впереди у нас было ещё очень много работы. Всякий раз мы обнаруживали ещё один коридор, ещё одну лестницу, ведущую вниз или вверх, или комнату, которой прежде там не было. Наш старый дом вместе с его потайными ходами, казалось, непрерывно рос и изменялся. Каждый день понемногу.
Почему так происходило? Людям, незнакомым с нашей аптекой, объяснение Даана могло бы показаться безумным. Но мы нисколько не удивлялись, что лабиринт увеличивался из-за огромных запасов метеоритной руды, спрятанной под нашим домом.
Но хотя у Даана и нашлось объяснение тому, что происходило здесь, внизу, для него всё стало такой же новостью, как и для нас. Он тоже видел каждый коридор и каждую комнату впервые. Потому что Эвелина сооружала всё это в его отсутствие, а воспоминание об их совместном замысле он стёр при помощи «Аромата вечного забвения». Точно так же сделала и сама Эвелина, когда строительство было закончено, а лабиринт замурован.
И всё же новое занятие помогло Даану постепенно оправиться после потрясения из-за потери Виллема. Кажется, он даже начал строить новые планы, хотя и не спешил делиться ими с нами.
В одном из помещений в центре лабиринта мы устроили нечто вроде чертёжного бюро для уточнения плана подземных коридоров. Оттуда мы делали вылазки во всех направлениях. Мы притащили туда мебель из разных комнат, чтобы было уютнее работать.
Матс с Бенно часто садились за стол и наносили на план изменившиеся участки лабиринта. Даан рассматривал при свете лампы пробы метеоритной руды. Он брал их в разных коридорах лабиринта, чтобы проверить, различаются ли они между собой. В конце концов он объявил, что не увидел никаких изменений. Блестящая метеоритная руда была повсюду отменного качества.
– Просто невероятно, что тебе удалось сделать такое открытие! – сказал он, отложив в сторону пробы.
– Спасибо, – улыбнулась я. – Без вас у меня ничего бы не получилось.
– Ах, Люци, неправда. Ты гораздо сильнее, чем я. Аптека ароматов будет в хороших руках. – Он вздохнул и, немного помедлив, достал из кармана пиджака хорошо знакомый мне флакон. В нём бурлила нежно-лиловая жидкость.
– «Окно времени»? – спросила я.
Даан кивнул:
– Да. Аромат, который ты создала, дорогая Люци, и я бесконечно благодарен тебе за него. Он совершенно особенный и сейчас нужен мне больше всего.
Я сразу догадалась, что задумал Даан. В последнее время он часто грустью смотрел в зеркала, словно ждал чего-то. Он хотел вернуться назад в прошлое.
– Но... господин де Брёйн... – пробормотала я.
– Виллем был прав, Люци, – перебил он меня. – Я тоже сделал всё, что хотел сделать за свою долгую жизнь. Самое время уйти, ведь я ещё старше Виллема и живу уже целых сто девяносто шесть лет. Пожалуй, этого достаточно. – Даан казался необычайно счастливым. – Полагаю, я научил вас всему, что знал сам.
– Но куда вы хотите уйти? – спросила я, хотя уже догадывалась, каким будет ответ.
– В наши последние с Эвелиной годы. Как ты знаешь, я много времени проводил в экспедициях на Амазонке, а моя жена строила метеоритные штольни. Она была дома одна, её болезнь стремительно наступала. Я слишком долго не придавал значения её состоянию, а потом стало слишком поздно. В последние десятилетия я жалел, что редко бывал с ней рядом. Но теперь у меня появилась возможность исправить эту ошибку. – Даан сжал мою руку. – Как сказал Виллем, наше время прошло. «Аромат вечности» утрачивает своё действие, и я чувствую, что мой конец уже близок. Я хочу провести с Эвелиной время, которое у меня осталось.
Я хотела возразить и отговорить Даана от его решения. Но что я могла сказать? Ведь я понимала его.
– Я буду ужасно скучать, – наконец с трудом проговорила я.
Даан улыбнулся:
– Я тоже, дитя моё. Я бесконечно рад, что познакомился с тобой. Теперь я знаю, что вилла «Эви» в надёжных руках. Ты лучшая преемница аптеки ароматов.
Мои глаза наполнились слезами.
Даан обвёл взглядом Элоди, Матса и Леона.
– Всегда верьте в себя! – сказал он. – Вместе вы сможете управлять аптекой ароматов и передадите её следующему поколению.
– Неужели мы больше никогда не увидимся?! – воскликнула я. – А вдруг мне понадобится ваша помощь?
– Тогда ты просто найдёшь зеркало. – Даан засмеялся и отпустил мою руку. – Так же, как и Эвелина, я тесно связан с этим домом. И я скромно полагаю, что я, как она, навсегда останусь тут, на вилле «Эви». Так что не беспокойся, Люди, ты не одна. Мы всегда будем рядом с вами, обещаю.
Даан открыл флакон, который держал в руке, и выпустил лиловые пары
